УПС, ПОЛОМАЛИ!

13.

Авторша любовно организовала быт в таверне. Удобный второй этаж для себя и доверенной прислуги, которую она собиралась нанять, когда отыщет. Зал сверкал белыми скатертями на столах и даже букетиками цветочков. Её даже не сильно расстраивала гулкая пустота во вверенном ей заведении. Она радовалась, что её никто не отвлекает от воплощения грандиозных замыслов.

— Твой бизнес-план безупречен, — зудела неугомонная маленькая ехидна — Идеальный сервис: ни одного недовольного клиента, потому что нет ни одного клиента.

— Зато посмотри, как я развернулась! — хозяйка таверны обвела рукой стерильный зал.

— О да, — фыркнула мелкая, — свершения настолько грандиозные, что даже здравый смысл решил не мешать и тихо вышел через черный ход. Если так пойдет и дальше, таверну можно смело переименовать в «Обитель тишины». Или в «Посетителям вход запрещен».

— Ты ничего не понимаешь в стратегии!

— Куда уж мне, — фейка зависла в воздухе, заглядывая в пустую кассу. — Я-то думала, таверна нужна, чтобы кормить людей, а не чтобы вызывать у них желание в ужасе сбежать в соседнее королевство.

Маленькая зараза картинно развела руками в пустом зале:

— Ты — мастер эксклюзива, Кать. В этом заведении теперь отдыхает только твоё эго, зато ему тут очень просторно! Да ты же фактически изобрела новый вид обороны. Крепость, которую никто не хочет штурмовать.

Писательница лишь отмахнулась, продолжая с упоением черкать в блокноте. Крылатая зараза заглянула через плечо и нервно икнула, прочитав список ингредиентов.

— Погоди, ты серьёзно? — пискнула мелочь. — Если окрошку ты использовала как биологическое оружие, то борщ, я вижу, милостиво приберегла на десерт — как финальный гвоздь в крышку гроба этого заведения?

— Это высокая кухня с элементами магии! — гордо отозвалась повариха.

— Это статья за геноцид в трёх королевствах, Кать! — фейка схватилась за голову. — Ты планируешь меню или ведение партизанской войны? Посетители, которые выжили после твоего супа, надеялись на амнистию, а не на кисло-сладкое нечто с капустой в конце пути!

Авторша молча строчила что-то в блокноте.

— Я вижу этот блеск в твоих глазах, мать, и мне страшно! — мини-Элька приземлилась прямо на край блокнота подружки. — Ты серьёзно хочешь выкатить еще и «шубу»? В мире, где розовый цвет бывает только у ядовитых слизней и приворотных зелий? Местные же решат, что ты заставила рыбу разложиться до состояния сахарной ваты!

Кулинарша попыталась что-то возразить, но засранка была неумолима:

— Твой план «осчастливить» их нашей классикой звучит как объявление войны. Они едва переварили концепцию окрошки, решив, что ты просто порезала салат в пиво по ошибке. Но селёдка, накрытая слоями овощного паштета? Это же кулинарный хоррор! Ты хочешь, чтобы они гадали: это закуска или ты так хоронишь своих врагов?

— Это классика! — фыркнула повариха. — В нашем мире за неё дрались 1 января!

— В нашем мире люди вообще закалённые, мы и не такое ели! — маленькая пессимистка экспрессивно замахала крыльями. — Но здешние рыцари привыкли к понятной еде: кусок мяса на вертеле, хлеб и эль. Если ты выставишь перед ними гору тёртых овощей с солёной рыбой внутри, они решат, что ты пытаешься их приворожить... или отравить.

— Зато это привлечёт искателей приключений! — писательница упрямо скрестила руки на груди.

— Ага, отряд инквизиции это привлечёт! — простонала злыдня, падая лицом в ладони. — Они посмотрят на твой салат и объявят таверну филиалом Бездны. Кать, остановись, пока селёдка не пошла в контрнаступление.

Авторша жевала кончик пера, задумчиво глядя на пустые столы. В её голове наконец начала рождаться мысль: статус «городской сумасшедшей с розовым салатом» — это, конечно, эксклюзивно, но крайне нерентабельно.

— Слушай, — повариха наконец подняла глаза на подружку, — А может… может, стоит их сначала чем-то заманить, прежде чем добивать десертным борщом? Ну, чтобы они зашли добровольно, а не под конвоем любопытства?

— Ого! — фейка чуть не свалилась с подоконника. — Неужели в штабе верховного главнокомандующего гастрономической атакой зародилась мысль о капитуляции перед здравым смыслом? Ты решила, что клиенты всё-таки лучше смотрятся за столами, чем убегающими в закат с криками «Чур меня!»?

— Я просто думаю, что нам нужен какой-то… гуманный посредник между моим гением и их неразвитыми желудками, — Катька деловито поправила передник. — Что-то, что привлечет их в таверну раньше, чем стража оцепит здание как зону биологического бедствия.— Наконец-то! — мини-Элька картинно возвела глаза в небо. — Неужели мы заменим «Селёдку-убийцу» на обычную яичницу, которая не пытается вступить с гостем в философский диалог? Давай, хозяйка, яви миру чудо. Приготовь что-нибудь, от чего у людей не будет возникать желания немедленно составить завещание.

Повариха на секунду замерла, и в её глазах вспыхнул такой недобрый огонь, что крылатая подружка невольно попятилась.

Действие резко переместилось в кладовую. Пока хозяйка таверны пересчитывала запасы муки, мелкая лихорадочно соображала, стоит ли выдавать главную тайну этого сезона.

Мини-Элька где-то краем уха слышала, что за пределами этих стен уже вынашивались планы по захвату жены герцога. Местная оппозиция в лице оскорбленных мужиков мечтала передать надоевшую герцогиню в «нежные» руки инквизитора. Это казалось единственным способом восстановить мир, привычный уклад жизни и достоинство местных.

Но авторша, не подозревая о готовящемся «этапировании» к супругу, решила зайти с козырей и добить оставшихся выживших выпечкой.

— Значит, говоришь, нужно что-то завлекательное? — промурлыкала она, доставая скалку, похожую на дубинку карателя. — Что ж, если селедка, как ты считаешь, их напугает, то против моей выпечки «с сюрпризом» не устоит ни один мужлан.

— Ты хочешь завлечь в таверну местных или окончательно превратить её в филиал камеры пыток, но уже с запахом ванили? — фейка в ужасе прикрыла нос крошечным кулачком, глядя, как подруга с энтузиазмом раздувает огонь в печи.

Разумеется, дельные советы мелкой подельницы изучить местные вкусы и не злить лишний раз мужиков были благополучно выброшены в мусорку.

Зачем подстраиваться под чьи-то неразвитые рецепторы, когда можно устроить полноценную гастрономическую экспансию и размазать противника на его же поле? Писательница не собиралась ассимилироваться — она собиралась покорять.