Страница 13 из 68
Она упала в форме морской звезды, впечатываясь в пыль, которая, кажется, радостно приветствовала нового постояльца.
— Финита ла комедия, — прокомментировала мелочь, садясь ей на затылок. — Великая рестораторша сломалась на этапе ознакомления с объектом. Ну и ладно. Спи, «звезда» навоза. А я пока подумаю, как завтра впихнуть в тебя афродизиаки, чтобы ты хотя бы до туалета добежала с должным энтузиазмом.
Утро началось не с пения птиц, а с того, что кто-то очень любопытный попытался отгрызть пуговицу на рукаве ггшки.
Она приоткрыла один глаз и столкнулась взглядом с крысой. Последняя была размером с хорошего кота, носила на морде выражение глубокого интеллектуального превосходства и явно не собиралась уходить.
— Познакомься, это Бир, — прозвучал над ухом бодрый голос крылатой стервочки. — Он тут за главного по санитарному контролю. Сказал, что ты на вкус как дорожная пыль и разочарование, так что пуговица — это просто десерт.
Катька попыталась вскочить, но тело отозвалось таким скрипом, будто она сама была той самой антикварной мебелью. Магия, о которой так сладко пелось в романе, молчала. Никаких искр из пальцев, только стойкое желание ампутировать себе спину.
— Ну что, королева помойки, пора огребать чудеса! — мелкая зараза зависла перед носом подруги, сияя чистотой, которая в этом месте выглядела как личное оскорбление. — Гертруда уже на кухне, бьет копытом и ждет, когда ты начнешь свой блицкриг против копоти.
Авторша доковыляла до кухни. Кухарка молча указала на гору столовых приборов, которые выглядели так, будто ими копали могилы в болоте, и на стену, черную от копоти настолько, что она поглощала солнечный свет.
— Тряпку в зубы — и вперед, — отрезала Гертруда. — Магия, говоришь, у тебя? Ну-ну. Посмотрим, как она справится с этим жиром.
Осоловевшая героиня взяла в руки нечто, что когда-то было вилкой, и начала тереть. Час, два... Жир не сдавался. Он был сильнее чьей-либо воли к жизни. Пальцы сводило судорогой, ладони горели, а из глаз начали капать злые слезы.
— Давай-давай, плачь громче! — подначивала фейка, кружа над чаном с грязной водой. — Говорят, настоящая магия ромфанта просыпается только тогда, когда героиня доходит до кондиции «жалко до смерти». Ты уже близко. Твои страдания сейчас — это чистый высокооктановый бензин для волшебства. Дави на жалость мирозданию.
И тут, когда горемыка в очередной раз сорвала ноготь о намертво прикипевший кусок сажи, внутри что-то щелкнуло. Пальцы вдруг стало покалывать, как от слабого тока, а тряпка в руке начала... светиться?
— О! Началось! — заверещала мелкая засранка, отлетая подальше. — Щас как бабахнет чистотой. Главное, кухарку не дезинтегрируй нечаянно, она нам еще пригодится афродизиаки в суп закидывать.
Магия сработала именно так, как работает всё в этой жизни — то есть наполовину и с издёвкой. После ослепительной вспышки и облака вонючего пара, от которого Бир едва не лишился усов, на стене образовался идеально чистый, сияющий круг размером с блюдце.
В этом «зеркале чистоты» Катька увидела своё отражение: всклокоченное нечто с размазанной по щекам сажей и безумным блеском в глазах. Остальные триста квадратных метров кухни по-прежнему утопали в первозданном хаосе.
— Ну, поздравляю! — мелкая злыдня приземлилась на край чистой зоны. — Теперь у тебя есть иллюминатор в нормальную жизнь. Можешь смотреть в него из этого дерьма и представлять, что ты в сказке. А остальное тереть будем? У нас тут ещё примерно три тонны жира в очереди на «чудо».
Авторша посмотрела на свои стёртые в кровь пальцы, на этот сияющий пятачок и на монументальную спину Гертруды, которая даже не обернулась. И тут в ее голове, измученной пафосом и физическим трудом, наконец-то проклюнулась первая по-настоящему здравая мысль за всё время пребывания в этом мире.
— Нет, — отрезала она, отбрасывая тряпку, которая тут же радостно утонула в жиже. — Хватит с меня «магии страданий».
— Ого! — фейка заинтересованно склонила голову. — Неужели мы решили сдаться?
— Мы решили применить магию более высокого порядка, — Катька решительно направилась к своей наволочке, стоявшей в углу. — Она называется «рыночные отношения».