Страница 33 из 43
Он завернул за угол пансиона и зашел в кухонную дверь. Сьюзен, маленькая дочка миссис Кеннеди, ела большой кусок кекса.
– Зубы испортишь, – сказал Хэмиш.
– Иди ты, – невнятно ответила девочка, набив рот кексом.
Когда Хэмиш направился к двери, она добавила:
– Или дай денег на конфетки.
– Нет, – сказал Хэмиш. – Ни гроша не дам. А что, миссис Томас не всех вас посадила на вегетарианскую диету?
– Не, только мужа. Мамка говорит, она не хотела жильцов отпугивать своей ерундой. Рассказывала, что сахар есть вредно, а сама все время торты жрала, когда думала, что ее никто не видит. – На ее остреньком личике вдруг появилось злорадство. – Хочешь, расскажу, чем они в спальне занимались?
– Нет, не хочу, – отрезал Хэмиш и вышел из кухни через дверь, которая вела дальше в дом.
Он пробрался обратно в гостиную, где проходили поминки, – Блэр как раз уходил. Хэмиш подождал немного, а затем пробился на середину комнаты и попросил тишины. Все взгляды обратились на него. Он заметил Присциллу. Разумеется, она пришла: положение обязывало. Она была в черном – платье и шляпка.
– Я ищу банки вещества под названием «Крысомор», – объявил Хэмиш. – Год назад оно продавалось у Пателя. Это яд для крыс. Если у вас такой есть, как можно скорее принесите его в участок.
Миссис Веллингтон пришла в ужас.
– Да как можно о таком на поминках?! – воскликнула она. – Хорошо, что бедный мистер Томас пошел прилечь.
– Мне нужно найти банки с ядом, – терпеливо объяснил Хэмиш, – а здесь собрался почти весь Лохдуб. Иначе пришлось бы по домам ходить.
К вечеру он был вполне доволен собой. Перед ним стояло пятнадцать банок с крысиным ядом. Неплохо, учитывая, что год назад их продали чуть больше двух десятков. Каждую банку Хэмиш аккуратно подписал именем владельца.
Доктор Броуди встал на пороге кухни и посмотрел сначала на жену, а потом на свою тарелку. Салат с козьим сыром. Он снова и снова повторял, что не может такое есть, а она повторяла, что не хочет больше травить его жирным мясом и картошкой. Она была кремень. Ему казалось, он вообще не с Анджелой разговаривает – словно в его доме поселилась инопланетянка.
– Я подаю на развод, – сказал он.
Анджела вздрогнула.
– Ты о чем? Ты разве не понимаешь, что я это делаю ради тебя? Готовлю здоровую еду, убираюсь в доме, не даю тебе пить?
– Ты это делаешь, потому что хочешь издеваться над людьми, как твоя подружка Трикси. Я рад, что ее отравили. Надеюсь, ей было больно. Я уже позвонил адвокату Поллету из Стратбейна, велел составлять заявление.
Анджела побелела как бумага.
– На каком основании? – спросила она.
–Непримиримые противоречия. Ну ладно, слава богу, в гостинице теперь готовят по-старому. Доброй ночи,
милая
.
Доктор Броуди пошел в гостиницу. Он почти ничего не чувствовал. Его жена все равно что умерла, а та, с кем он разводился, просто тиранша, занявшая ее законное место. От мысли о том, что этой бабы, Трикси, больше нет, жить становилось как-то легче.
– Откинула копыта, травоядная, – сказал он и расхохотался.
– Чего смеетесь? – спросил констебль Хэмиш Макбет. Он тоже шел в гостиницу – под мышкой у него была коробка с яйцами.
– Пойдем отпразднуем, – сказал доктор. – Я позвонил в Стратбейн и подал на развод.