Страница 20 из 71
Уже через мгновение меня зажимают в тиски объятий, парни орут мне в уши, поздравляя с передачей, а Эйдена — с идеальным броском, который принес нам первую победу в сезоне.
— Да, черт, детка!
— Кубок Стэнли, встречай нас!
Мне едва удается отыскать просвет между облепившими меня телами. И хотя Шей из-за того крупного мужика разглядеть толком не получается, я вижу, как ее сын прыгает от радости, вскинув руки.
И почему-то от этого победа становится еще приятнее.
Мы все быстро расходимся на послематчевые интервью, но я то и дело оборачиваюсь в сторону Шей. Как же мне хочется ее увидеть. Но пока я пообщаюсь с прессой, пока мы соберемся с командой в раздевалке и я схожу в душ, будет уже одиннадцатый час ночи. Ждать меня до такого времени они точно не станут.
И все же я отправляю ей короткое послание, надеясь, что она прочитает его перед сном.
Привет, док!
Как тебе мой танец
?
Готов поспорить, я видел, как ты улыбнулась. Пялилась на мою задницу, признайся
?
Спасибо, что пришли.
Защитник с задницей, спелой как персик, Слик.
Я улыбаюсь, представляя, как она закатывает глаза и с такой силой лупит по клавишам, отвечая мне, что они вот-вот вылетят.
Взяв бутылку из ящика со льдом возле раздевалки, я делаю быстрое селфи, чтобы выложить для фанатов — делаю так после каждого матча.
«Видели этот финал
?
Вот так это делается, ребята. #ИдемЗаКубкомСтэнли»
.
Улыбка сползает с моего лица, когда телефон вибрирует в руке и на экране высвечивается знакомое имя. Я даже не удосужился ответить на его прошлое сообщение, так что теперь это выглядит так, будто он просто шлет мне одну гневную тираду за другой. Не знаю, почему я до сих пор теряюсь, когда он пишет. На данный момент его сообщения приходят куда регулярнее, чем он сам появлялся в моей жизни как отец.
Отец:
Хороший пас сегодня, но форма — дерьмо. Двигался медленнее, чем зомби, ради всего святого!
Спасибо за веру в меня, пап. Ну и пошел ты к черту!
Я, как всегда, блокирую экран, стараясь не позволить ему испортить мне хорошее настроение.
Я не разговаривал с отцом уже месяцев шесть. В последний раз это было после его автомобильной аварии, когда я позвонил спросить, все ли с ним в порядке. Но вместо того, чтобы хоть немного раскаяться в пьяной езде, он начал разглагольствовать о том, что к этому моменту своей карьеры уже выиграл два Кубка Стэнли, и что ему стыдно за сына, который до сих пор не взял ни одного.
И хотя с тех пор я не ответил ни на одно его сообщение, он знает, что я их читаю. Наверное, поэтому и продолжает писать.
Мне бы заблокировать его к чертям, как сделала моя сестра Пайпер еще много лет назад, но какая-то часть меня переживает, что у этого человека буквально никого не осталось, даже той женщины, на которой он женился после мамы. И если случится очередное ЧП, мне не хочется, чтобы ему некому было помочь.
Мерзкий внутренний голос шепчет, что я, возможно, все еще надеюсь получить от него хоть что-то — например, одну искреннюю похвалу вместо постоянного недовольного бубнежа. Но если этого не произошло за двадцать семь лет, с чего бы этому случиться сейчас?
Мой друг Брукс, наш вратарь и еще один из братьев Беккета, находит меня в раздевалке после душа.
— Эй! Команда идет сегодня обмыть победу. Ты с нами?
В любой другой день я бы согласился, но, во-первых, я чертовски вымотан, и мое бедро реально умоляет о льде и покое. Во-вторых, идея идти куда-то и флиртовать с кучкой девиц, которые просто хотят перепихнуться с игроком НХЛ, сегодня не привлекает от слова «совсем». Ну и в-третьих, какая-то часть меня все еще надеется, что Шей ответит, и, честно говоря, я бы лучше посидел дома и поболтал с ней.
Интересно, смогу я уговорить ее встретиться сегодня?
Я качаю головой и, натянув джинсы, бросаю полотенце в корзину для использованного белья.
— Не, не сегодня. Я труп.
— Да ладно тебе! Мы же договорились отмечать каждую победу. Не сливайся сейчас.
Я прячу кошелек и ключи в карман.
— В следующий раз, ладно? Мне нужна перезагрузка.
Брукс разочарованно хмурится, но протягивает кулак для прощального удара.
— Ладно, брат. Тогда до следующего раза.
Дойдя до машины, я решаю проверить почту. Я был уверен, что она не ответит, но сердце уже порхает, как обожравшаяся кофеином бабочка, стоит мне увидеть ее имя во входящих. Господи, ну и размазня же я.
Мистер Паркер, Задница, спелая как персик
?
Неудивительно, что я никогда не любила персики. Я не улыбалась и не пялилась на вашу задницу. Я делала артикуляционную гимнастику — это часть моего ежедневного ухода. Спасибо за приглашение. Поздравляю с победой. Каков ваш уровень боли после игры
?
Д-р Шейла Кумар, физиотерапевт, DPT.
Мой взгляд спотыкается на слове «артикуляционная», и член в штанах уже дергается. Она вообще понимает, на что напрашивается? Я быстро набиваю ответ, прежде чем открыть машину и сесть за руль.
Дорогая Док, мне кажется, я повредил плечо и ту самую большую ягодичную мышцу, которая вам так нравится. Впрочем, ничего такого, что не исправили бы ваши руки на моем теле. Может, мне удастся уговорить вас на массаж
?
Кроме того, мне очень интересно узнать побольше о вашей артикуляционной гимнастике. Есть шанс получить наглядную демонстрацию
?
И спасибо за поздравления.
Защитник, чья задница стала темой для легенд и шепотков по углам, Слик.
Я сижу в машине, уставившись в телефон и обновляя почту, как игровой автомат, пока не всплывает новое письмо.
Мистер Паркер, Я вижу, вы снова переступаете профессиональные границы, о которых мы договаривались ранее. Я физиотерапевт, а не массажистка, так что никакого массажа ягодиц не будет. Мне жаль, что вы, похоже, усугубили травму, хотя напомню: я просила вас отдыхать. Если новые повреждения продолжат вас беспокоить, я смогу осмотреть их завтра вечером во время нашего планового приема.
Д-р Шейла Кумар, физиотерапевт, DPT.
Я ухмыляюсь, глядя в экран, и строчу следующее сообщение.
Дорогая Док, Не уверен, что мы договаривались о каких-то там профессиональных границах. Кажется, вы наплели мне что-то про свои правила, а я задал простой вопрос, на который так и не получил ответа: хотите знать, какая награда ждет за нарушение правил
?