Страница 71 из 71
— Я думал, что Кубок и есть моя мечта. Думал, это единственное, чего я хочу, и что моя жизнь будет полной, только если я его завоюю, — я качаю головой и еще раз целую ее в губы. — Оказалось, я ошибался, Док.
Она отстраняется с непонимающим видом.
— Что ты имеешь в виду?
Я смотрю вниз на Кая, который улыбается во весь рот.
Поймав мой знак — точь-в-точь как мы договаривались вчера, когда я просил у него благословения, — он достает из кармана маленькую бархатную коробочку, отчего Шей судорожно выдыхает.
Она закрывает рот руками, и прямо на глазах у изумленной публики я опускаюсь перед ней на одно колено.
— Роуэн... боже мой, да!
Я запрокидываю голову и хохочу.
— Ты дашь мне хотя бы спросить, Док? Я эту речь три недели готовил!
— Да! — она кивает, на глазах у нее наворачиваются слезы, а Кай обнимает ее за талию. Сзади подходят ее лучшие подруги — вернее, названые сестры — и улыбаются так же широко. — То есть да, я дам тебе спросить, но просто знай, что мой ответ в любом случае «да».
Вот уж точно — в такие моменты чувствуешь себя на самой вершине этого мира.
Я открываю коробочку, чтобы она посмотрела на двухкаратный бриллиант-солитер, который купил ей еще на Рождество, но хотел дождаться, пока мы окончательно обустроимся вместе.
— Шейла, пока ты не спросила: да, это этичный бриллиант, добытый без ущемления чьих-либо прав.
Она хихикает, ее глаза блестят.
— Малышка, я полюбил тебя с первой секунды, как увидел через камеру телефона...
Где-то позади нее подает голос Дилан, радостно подпрыгивая на месте. Три месяца назад у них с Кортни родилась дочка, Уиллоу.
— Боже, это, пожалуй, первая история любви с первого взгляда, которая мне реально зашла за долгое время!
Я не совсем понимаю, к чему это, поэтому продолжаю:
— Я люблю твой характер и твое сердце, но больше всего — то, как ты делишься ими с окружающими. Я люблю твои страхи и сомнения, но больше всего — то, как ты с ними справляешься. Я люблю твои причуды и все, что делает тебя уникальной, но больше всего — то, как они выделяют тебя в мире, где это так сложно. Я люблю твой ум и твою дерзость, но больше всего — то, как ты умеешь держать меня в тонусе. От родинки на щеке до всегда накрашенных ногтей на ногах — я люблю в тебе абсолютно все, Шейла Кумар. Настолько, что даже умудрился полюбить ту болотную жижу, которую ты каждое утро готовишь мне на завтрак. Ты мое вдохновение и единственная женщина, способная сладить со мной — со всеми моими заскоками. И даже с моей задницей, о которой трубят во всех новостях, — она, как и ожидалось, закатывает глаза, но мои собственные глаза уже так сильно застилают слезы, что я почти ничего не вижу. — Так ты окажешь мне честь стать моей женой и позволишь мне любить тебя с каждым днем все сильнее, милая?
— Да! — она кивает еще до того, как я заканчиваю, и протягивает левую руку, чтобы я мог надеть кольцо ей на палец, перекрикивая всеобщий ликующий гул. — Да, я выйду за тебя.
Я снова притягиваю ее для поцелуя, тихо стону ей в губы и мысленно запечатлевая этот лучший день в моей жизни.
Две победы за один вечер. Чувствую себя королем мира, когда в одной руке у меня Кубок, а в другой — будущая жена. Лучше жизни и быть не может. #КубокСтэнлиНаш #ОнаСказалаДа
КОНЕЦ!
Перевод ТГ-канал —
@Risha_Book
БОНУСНЫЙ ЭПИЛОГ2 года спустя
Я нажимаю кнопку на телефоне, чтобы включить камеру, и поднимаю его, собираясь сфотографировать сына на его первом хоккейном матче.
Уследить за ним непросто: он мчится по льду, не сводя глаз с шайбы, но я все же приближаю кадр, чтобы поймать момент.
— Да! — ревет Роуэн, вскидывая обе руки и крича в сторону льда, как будто Кай может его услышать. — Отличная защита, приятель! Так держать, заблокировал бросок!
Я поворачиваю телефон и фотографирую мужа, чтобы запечатлеть восторг и гордость, сияющие на его лице. Он безумно рад быть здесь, в VIP-ложе на трибунах, и смотреть на игру моего сына. В конце концов, именно он помог Каю исполнить мечту. Роуэн учил его кататься на коньках, убеждал — точнее, умолял — меня разрешить сыну играть в хоккей, а потом сам тренировал его. Он стал для Кая лучшим отцом, чем я вообще могла надеяться.
И к нашей дочери он относится точно так же.
Словно почувствовав, что я думаю о ней, наша трехмесячная малышка Киара хнычет в своей люльке-переноске, просыпаясь после сна. Ее крошечный кулачок оказывается во рту, она чмокает губами и жмурится от яркого света.
Она крутит головой из стороны в сторону, прислушиваясь к шуму арены, пока ее золотисто-зеленые глаза не находят мой взгляд, и тогда она гулит, улыбаясь мне своим беззубым ртом. Боже, разве есть на свете что-то более трогательное, чем эта улыбка?
Я как раз наклоняюсь, чтобы достать ее из переноски, когда рука Роуэна ложится мне на плечо.
— Я сам. Отдыхай, — он переводит нежный взгляд на нашу дочь. — Привет, соня! Хорошо, что проснулась. Теперь ты не пропустишь первую игру своего брата!
Роуэн отстегивает дочку, берет ее на руки и утыкается носом в ее шею. Малышка заливисто смеется, когда он повторяет это, шумно целуя ее в щечку.
Я поднимаюсь и надеваю обратно пинетку, которую она успела скинуть чуть раньше, а потом перевожу взгляд на Роуэна. Он придерживает меня свободной рукой за затылок и наклоняется, чтобы поцеловать в губы.
— Ты невероятная, и я люблю тебя больше всех на свете, миссис Паркер.
Я закрываю глаза и улыбаюсь ему в губы.
Я слышу эти слова далеко не в первый раз. Вообще-то он говорит их при каждом удобном случае, и они мне никогда не надоедят. Этот мужчина чертовски близок к идеалу.
Он невероятно заботливый и надежный отец и муж. Я не перестаю восхищаться его самоотдачей: во время беременности он буквально пылинки с меня сдувал, после рождения дочки вставал к ней по ночам — в некоторые недели даже чаще, чем я, — и при этом всегда находил время для Кая и возил его на тренировки. Даже при его сумасшедшем графике поездок он четко дал понять, что семья для него на первом месте.
Но это не значит, что мне не нужна была помощь лучших подруг.
Они стали моей опорой и выручали, пока Роуэн был в разъездах. Девчонки даже сидели с Киарой и Каем целыми днями, чтобы дать мне возможность побыть наедине с собой. Большинство таких дней начинались с тихой ванны с кучей дорогой косметики Роуэна, разумеется. Этот мужчина обожает свои баночки.
Эта книга завершена. В серии Мамкомы есть еще книги.