Страница 80 из 93
— Да какой это фол?! — Север вскидывается в кресле, тыча пальцем в экран. Его движения снова стали резкими, уверенными, очки чуть съехали на кончик носа. — Судья слепой или просто купил диплом в переходе?
— Спокойно, крот, — смеётся Сергей, подвигая к нему очередную порцию текилы, разбавленной соком. — Твои подопечные сейчас сами себе в ворота заколотят, если ты продолжишь так орать. Ставлю сотку, что они сольют в дополнительном времени.
— Идёт, — Север небрежно отмахивается, принимая стакан. — Если выиграют, с тебя щелбан. Как в старые добрые, когда мы ещё в общаге сидели.
Артемий наблюдает за ними из угла дивана. Эта старая традиция выглядит почти абсурдно в сочетании с тем, что он видел недавно. Двое взрослых мужчин, один из которых только что стоял на грани саморазрушения, сейчас азартно спорят о спортсменах, бегающих по газону, и требуют друг от друга детских наказаний.
— А ты за кого? — вопрос Севера застает его врасплох. Тот даже не поворачивается, его взгляд прикован к экрану, но он явно ждёт ответа.
Артемий чуть замялся, имитируя нерешительность, а затем, стараясь говорить максимально искренне, произнёс:
— Честно? Я вообще-то не особо слежу. Но если судить по темпам игры, то Ваши… — он сделал паузу, будто подбирая слова, — …они сейчас выглядят более сплочёнными. Так что, думаю, они дожмут.
Север, который до этого был напряжен, вдруг хмыкнул. Он бросил быстрый взгляд на Артемия — впервые за вечер не как на пустое место, а как на человека, способного к анализу.
—Дожмут, — повторил Север, пробуя слово на вкус. — Грамотно. Сергей, слышал? Стажёр мыслит здраво, в отличие от тебя с твоими пессимистичными прогнозами.
— Не тебе говорить мне про пессимистичные прогнозы, — хмыкает Серый, а потом разворачивается к Артемию. — А ты почему всё к нему на «Вы», да на «Вы». Понимаю, что Север старый дед в твоих глазах, — Север выразительно сморит на друга, поправляя слетевшие на кончик носа очки. — Я тоже, наверное. Но мы же не, как Васильевич. Мы ещё молоды и в самом рассвете сил! Так что давай без фамильярностей, когда мы не в офисе. Да, Север?
— Ага, — отзывается мужчина. — Я не против. Хотя не буду скрывать, что полное обращение мне льстит.
— Ты не Кречет, ты Павлин, — тихо посмеивается Сергей, откидываясь на спинку дивана.
Артемий делает небольшую паузу. Он чувствует, как внутри что-то меняется, словно невидимая стена, разделявшая их до этого момента, становится чуть тоньше. Он подбирает слова, стараясь не звучать слишком наигранно, хотя сердце в груди колотится предательски быстро.
— Хорошо, — произносит Артемий, едва заметно улыбаясь. — Как скажете… Как скажешь, Сергей.
Север переводит взгляд на него, и в этом взгляде больше нет той ледяной отстранённости. Теперь он смотрит как на равного, пусть и временно. Артемий делает глоток текилы, и этот простой жест кажется ему сейчас самой важной частью всей его роли. Он стал своим.
Матч подходит к концу, и команда Севера, словно по заказу, вырывает победу на последних секундах. Север вскакивает с кресла, победно вскидывая руки, высказывая чистое, почти мальчишеское торжество, которое никак не вяжется с его обычным сдержанным обликом.
— Да! Я же говорил! — он искренне смеётся, и этот звук, кажется, окончательно разгоняет гнетущую атмосферу.
Сергей, подпирая щёку рукой, с ухмылкой наблюдает за другом. Он не спорит, лишь довольно качает головой, будто радуясь не столько победе команды, сколько тому, что Север позволяет себе просто радоваться.
— Ладно, ладно, признаю, — Сергей допивает остатки из своего стакана. — Ты оказался удачливее.
— Кажется, Север говорил что-то про щелбан, — смело произносит Артемий.
— Серый, слышал, — тянет Север, едва заметно улыбаясь. — Артемий ждёт справедливости и берёт дисциплину в свои руки.
Сергей картинно закатывает глаза, но в уголках его губ играет добрая ухмылка. Он подаётся вперёд, подставляя лоб.
— Только не как в прошлый раз, когда мне пришлось ходить с красным пятном. У меня завтра важная встреча!
— Опять какая-нибудь длинноногая брюнетка? — Север смеётся коротким, довольным смешком и, не теряя времени, отвешивает другу смачный щелбан прямо по лбу. — Это которая по счёту будет?
Гостиная постепенно наполняется густым, горьким дымом и тяжёлым ароматом текилы. Разговор, начавшийся с обсуждения очередной пассии Сергея, стремительно обрастает деталями, переходя в хаотичный поток историй о женских странностях, нелепых свиданиях и офисных интригах. Артемий, поначалу лишь кивающий в такт, постепенно втягивается в полемику. Он подхватывает ритм, вставляя ироничные замечания, которые заставляют Сергея одобрительно хохотать, а Севера сдержанно ухмыляться. Теперь они говорят на одном языке, легко перебрасываясь фразами, как мячом, и грань между «старшим» и «подчинённым» окончательно стирается.
Однако Север, чей взгляд после нескольких порций текилы становится более тяжёлым и расфокусированным, внезапно меняет траекторию беседы. Он делает резкий выпад в сторону последних политических перестановок, его голос приобретает жёсткие, властные интонации, а слова начинают звучать как критический разбор чьих-то провалов.
Сергей громко, нарочито пренебрежительно фыркает, перебивая Севера на полуслове, и с невозмутимым видом начинает рассказывать совершенно нелепую историю о том, как пытался научить свою кошку ходить на унитаз, чтобы сэкономить на наполните для лотка.
Стрелка часов на настенных часах замирает на отметке час ночи, когда Сергей, вдруг став серьёзным, с шумом опускает пустой стакан на стол. Он тянется в сторону прихожей, перебивая на полуслове очередную историю Артемия.
— Всё, мужики, пора. Завтра надо ещё протрезветь до той самой важной встречи, — он слегка пошатывается, хлопает Севера по плечу. — Рад был посидеть.
Артемий тоже встаёт, всем своим видом показывая готовность уйти, он не хочет выглядеть навязчивым. Он открывает приложение с такси, смотрит на время ожидания и ценник. Что ж, ожидаемо, но Тёма ничего не говорит, нажимая на кнопку «Заказать». Время ожидания около получаса. Сергей же, уже стоя на пороге, небрежно бросает через плечо:
— Как хорошо, что ты его пригласил. Хороший парень.
— Да, хороший, — соглашается Север, отворяя входную дверь.
Они ещё перекидываются парой фраз, а после обнимаются за плечи, прощаясь окончательно. Север закрывает дверь, кидая ключи на тумбочку.