Страница 11 из 93
Парень выдыхает, прикидывая и оценивая объём работы, который ему предстоит выполнить в довольно сжатые сроки. Более ста различных заявок, транспортных листов, товарных накладных, счетов на оплату Всё в хаосе, ничего не систематизировано. Ему приходится метаться между вкладками, открывать и закрывать программы, сверять данные в старых файлах. И ошибки всплывают одна за другой.
Курьерская доставка в нерабочее время. Странные суммы, проведённые, как «расходные материалы». Дважды списанная со склада партия ручек и карандашей, которая в итоге становится одной. И куда пропала вторая в процессе — неизвестно.
Артемий создаёт таблицу для того, чтобы внести в неё все несостыковки. Вписать дату, номер документа, фамилию сотрудника и комментарий, но останавливается, понимая, что это непосредственный компромат на каждого в отделе логистики. Халатность, невнимательность или воровство?
Север такой же человек, как и все, поэтому он позволяет себе сделать десятиминутный перерыв. Он откидывается на спинку стула, прикрывает уставшие глаза, массирует виски. В кабинете стоит удивительная тишина: каждый занят своим делом, которое выдал Кречетов, каждый старается успеть до судного дня для отдела логистики. За окном уже опускаются густые сумерки, поглощая серость в ещё более чернильную темноту, освещаемую редкими всполохами света.
Руководитель бездумно листает ленту новостей, а после переводит взгляд на Артемия в попытке понять: справляется тот с заданной задачей или нет. Парень замирает над бумагами и компьютерной таблицей. Видимо, Щенок наконец-то осознаёт с чем именно ему приходится работать. В этой стопке документов не просто цифры, а срез ошибок каждого сотрудника, их маленьких грешков и систематической лени. Взгляд переводится на Чижова, который усерднее всех старается подчистить хвосты. Оно и не удивительно.
Было интересно, что предпримет Артемий, как поступит. Вопрос был не в том, выполнит ли Щенок поставленную перед ним задачу, а в том, как именно он её выполнит. Молча сделает то, что ему сказали и бровью не поведёт, когда будет отсылать таблицу с именами своих коллег на почту Северу? Или же проявит человеческую слабость, сделает вид, что не заметил огрехов?
Экран монитора выжигает Тёме глаза, превращая бесконечные колонки цифр в пляшущие, расплывчатые пятна. Он жмурится, массирует переносицу, пытаясь отогнать пелену, и тут же возвращается к базе данных. Он вычищает её методично, почти механически, чувствуя, как с каждым закрытым окном и переложенным листом в стопку «выполнено» внутри что-то надрывно вибрирует.
В тишине кабинета Артемия накрывает страшное осознание. Если он составит этот список, этот беспощадный реестр чужих ошибок, то коллеги получат выговор, а кто-то, возможно, и увольнение. В глазах отдела он навсегда останется тем самым Щенком, который предал своих ради одобрения наставника. Но если промолчит, притворится, что ничего не видел, Север Николаевич уничтожит его без тени сомнения. Раздавит, выставив сентиментальным, непригодным к работе глупцом. А такого допустить никак нельзя.
Артемий делает глубокий вдох и перестаёт искать виноватых, выбирая между двумя вариантами. Вместо этого он избирает свой собственный, третий.
Он вглядывается сначала в бумаги, потом в экран компьютера, и вдруг закономерности начинают проступать сквозь сумятицу данных, как чертёж через кальку. Он видит, как хаотично распределяются накладные, как накладываются друг на друга списания, как петляют даты в программе. Это не злонамеренность, это не заговор. Это просто катастрофическая нехватка системы.
Он открывает новую вкладку и начинает писать отчет, но не в виде «доноса», а в виде предложения по оптимизации. Он перегруппировывает все «грехи» коллег в сухие категории: «Технический сбой ПО», «Отсутствие регламента списания», «Дублирование операций из-за неверной настройки фильтров». Имена исчезают. Остаются лишь цифры и холодная логика.
Стрелки часов лениво доползают до цифры семь. Здание «Графита» постепенно пустеет. Кто-то торопится забрать ребёнка из садика, кто-то домой смотреть премьеру фильма, кто-то просто спешит покинуть эти стены. Севера дома никто не ждёт и спешить ему некуда, а от приглашения пропустить по рюмке вместе с Седым — он отказывается.
По коридору разносятся шаги вахтёра, проверяющего помещение. Валентин Витальевич идёт вроде бы ровно, но внимательный слух с лёгкостью улавливает заминку в его шагах — одну ногу он ставит на землю на секунды позже другой. Он не хромает. Скорее, чуть заметно заваливается на левый бок при ходьбе, а правое плечо всегда идёт немного ниже. Последствия травмы, о которой сам вахтёр отзывается: «Спасибо, что вообще могу ходить». Где-то в коридоре хлопает дверь, потом разносится щелчок выключателя, погружая коридор в полутьму. Через какое-то время неровные шаги становятся громче, дверь в отдел логистики приоткрывается. Охранник окидывает взглядом оставшихся двоих сотрудников, после уходя, прикрыв за собой дверь.
— Если не успеваешь закончить, — окликает Север, наблюдая, как Артемий продолжает коптеть над таблицей, — Есть ещё завтрашнее утро.
Север выключает свой компьютер, погружая офис в ещё более оглушительную тишину. Он аккуратно, с привычной педантичностью протирает стёкла очков, избавляясь от малейших следов пыли. Накидывает на плечи тяжёлое шерстяное пальто, на котором ещё держится запах мороза, принесённого с улицы. Повязывает кашне, поправляя узел, и уже делает первый шаг к выходу, собираясь оставить этот серый бетонный лабиринт до утра, как за спиной разносится настойчивый голос Артемия:
— Север Николаевич, я проанализировал массив данных, — Северу приходится развернуться к мальчишке, чтобы скептично оценить того взглядом. — Проблема не в людях. Проблема в том, что текущий алгоритм списания материалов провоцирует ошибки в 40% случаев. Я нашёл критические точки, где система даёт сбой, и устранил их в реестре. Вот график, который показывает, как снизить потери.
Север замирает. Он ожидал увидеть список предателей компании, ожидал услышать невнятные оправдания, что не справляется с поставленной задачей.
Но вместо этого перед ним на мониторе открыты сухие, безупречно структурированные выводы, которые не просто латают дыры в отчётности, а приносят отделу реальную, осязаемую прибыль. Артемий не подставил никого из сотрудников, он не выдал грязное бельё отдела на растерзание, но при этом выполнил задачу даже лучше, чем требовалось: он трансформировал хаос в инструмент для повышения эффективности.