Страница 47 из 69
Ответив ещё на несколько вопросов, я обратил внимание, что бульон стал золотым, словно церковный купол на закате. И главное — он был совершенно прозрачным!
— Бульон почти готов! Вытаскиваем мясо. А затем цедим жидкость через двойное сито, выстеленное марлей.
— Простите, шеф! А как же отработавшие овощи? — поинтересовалась пушистая девушка-волколак.
— В мусор без сожаления. Они отдали всё, что имели. А требовать от них большего было бы крайне неблагодарным. — пояснил я.
Ученица кивнула, а настроение Волгина упало ниже плинтуса. Ну что, великий ты наш? Уже пожалел, что пришёл?
— Теперь берём чугунную сковороду. Ставим на средний огонь! А в неё кидаем масло и кусочек сала. Последнее нужно растопить до прозрачных шкварок, а затем вытащить. Нам нужен только вкус! Дальше режем лук кубиком. Жарим его до цвета золота! Ни в коем случае не до коричневого. Если передержать, то появится отвратительная горчинка. А мы готовим лучший борщ! Запомните это. Теперь морковь. Её мы нарезаем ножом в тонкую соломку! Никаких тёрок. Нам надо, чтобы морковь держала форму. Теперь пассируем пять минут. Пока всё женится на сковороде — вооружаемся свёклой. Вот именно её можно натереть на крупной тёрке. После чего — закидываем и пассируем ещё пять минут.
Девчонки во всю записывали. Причём выглядели реально заинтересованными. Теперь до меня на все сто процентов дошли слова Стеллы Симоновой — старшей сестры Амелии, когда мы впервые встретились на выездной вечеринке байкеров.
Шеф — это не просто повар. Это ещё и имя, которое должно вызывать трепет. И если у тебя такового нет, ты просто человек, который умеет готовить. Только и всего.
Слушали бы ученицы, не будь я ведущим популярного кулинарного шоу? Скорее всего, закидали бы вопросами о том, почему первогодка проводит для них урок, и потом оставили бы жалобное письмо в том самом окошечке, о котором говорил Ратибор.
И так сейчас было со всем. Популярный сетевой узловик рекламирует у себя фирму с китайскими пылесосами, которые разработал «сибирский Тони Старк»? Не вопрос. Верим! Купим.
Умный парнишка вещает о тайнах Вселенной на канале с десятью тысячами подписчиков? Наверное, какая-то дичь. Мы такое не смотрим.
В кино играет популярный актёр, имя которого звучит со всех динамиков? Да! Дайте два!
Реально крутой и талантливый актёр, который решил удариться в творчество, вместо «жвачки для мозгов» или очередного блокбастера про чуваков в обтягивающих трико? Нет. Это не наша тема.
Такая вот цена современной популярности. Тут ценится не твой талант, а сколько денег ты вложил в свой пиар. Се ля ви!
— А теперь, паста! — продолжил я: — Полторы ложки томатной пасты отправляем прямо в сковороду, к свёкле. Обжариваем её ровно девяносто секунд. Не забываем помешивать.
Запах в аудитории тут же сменился с резкого консервного на сладко-дымный, как от печёного помидора.
— Кислота, девчата! Одна из нот нашего идеального вкуса. Добавляем столовую ложку уксуса. — я специально сделал шаг в сторону, чтобы всем было видно.
Свёкла буквально вспыхнула! Из бурой — в рубиновую. Всего за две секунды, словно кто-то включил свет внутри сковороды.
Волгин у стены переступил с ноги на ногу. На этот раз он выглядел задумчивым.
— Щепотка сахара для баланса. И буквально половник бульона в сковороду, чтобы наша суповая основа не жарилась, а именно томилась. Самое главное — НИКАКОЙ КРЫШКИ! В противном случае, конденсат будет заливаться обратно и нагло красть наш вкус. Томим двадцать минут на минимальном огне!
Девчонки продолжали с интересом записывать.
— Начинаем финальный твист! Картошку режем кубиком по полтора сантиметра.
— Простите, шеф! — Солт вновь подняла руку: — А обязательно именно полтора?
— Примерно, дорогая. Если вы ошибётесь на пару-тройку миллиметров, то ничего страшного не произойдёт. Комета не упадёт. А бандиты не захватят небоскрёб с женой Джона Макклейна.
По аудитории прошёлся тихий смешок, что заставило Волгина вновь нахмуриться.
— Видите? Бульон закипел! Отправляем нарезанную картошку прямиком туда и оставляем на семь минут. Теперь — капуста! Посмотрите, какая тонкая? А главное — ровная! Та соломка, которой я до сих пор втайне горжусь. Закидываем ровно на шесть минут. Самое время достать мясо! Отделяем его от кости. Разбираем по волокнам и запускает обратно в кастрюлю. Обожаю, чтобы в борще было ароматное мягкое мясо!
Аромат от супа быстро заполонил аудиторию. Честно говоря, мне самому уже хотелось попробовать! Я даже вспомнил урок с Тётенькой Котенькой.
— И теперь пришло время нашей заправки. Добавляем прямиком в кастрюлю! Обратите внимание на цвет. Суп стал красным. Не розовым. Не бурым. А именно — красным! Практически гранатовым.
— Ох… — Тайра облизнулась, словно не ела уже пару суток. Я её прекрасно понимал.
— Теперь берём ступку. Растираем в пасту сало, чеснок, соль и укропные стебли. Кто-нибудь знает, почему именно стебли?
Волгин сделал вид, что ему это всё уже не интересно. А девчонки смущённо опустили глаза.
— Не страшно! Вы пришли сюда учиться. Укроп — не просто украшение для супов и гарниров. В первую очередь — это яркая приправа. Сами веточки — только если хотим немного улучшить вкус. Стебли — чтобы вкус укропа был в меру раскрытым. А семена… Вот тут нужна предельная точность! Весь концентрат укропного вкуса содержится именно в семенах. Поэтому для супов типа борща лучше всего использовать стебли. Записали?
— Да, шеф!
— Отлично! Выключаем огонь. Берём нашу пасту, закидываем в кострюлю и накрываем крышкой.
— А как же конденсат⁈ — возмутилась Солт.
— Теперь он нам не страшен. Огонь-то не горит. — пояснил я: — Теперь мы ждём сорок минут. Потому что горячий борщ — это четыре ингредиента, которые кричат друг на друга. Настоявшийся — это четыре ингредиента, которые ведут неторопливую светскую беседу. Поверьте! Вам очень понравится.
Волгин снова улыбнулся, и наконец-то, подошёл к своей кулинарной станции.
— Сорок минут? — повторил он: — Очень хорошо! Мне как раз хватит.
* * *
Как только Ратибор начал готовить, я старался зафиксировать каждое его движение.
Врать не буду — это выглядело завораживающе! И девчонки смотрели, открыв рты.
Волгин работал, как настоящий специалист. Создавалось впечатление, словно его руки думают быстрее головы.
Он ничего не планировал. Казалось, будто рецепт уже вживлён в подкорки его мозга.