Страница 7 из 46
«Два дня назад. В воскресенье днём. Она пошла в школу, чтобы поставить оценки по контрольным работам».
«Она ставила оценки по контрольным работам в воскресенье?» — спросил Алек, внезапно взяв в руки блокнот и ручку.
«Учитель работает гораздо больше, чем сорок часов в неделю. Она была там постоянно», — пояснил он. «Школы предъявляют высокие требования. Множество правил и предписаний по поводу всего».
«Во сколько она ушла?» — спросил Алек.
«Около полудня. Сначала мы пошли в церковь, вернулись домой, и она снова вышла из дома. Она сказала, что вернётся к четырём или пяти, но так и не вернулась», — сказал он, и его голос дрогнул на последних словах.
«Что вы тогда сделали?» — спросил Алек.
«Я позвонил ей на мобильный, но она не отвечала. Около шести я начал звонить родственникам, друзьям, всем, кто только приходил мне в голову. Никто её не видел. Около семи я проехал мимо школы, но она была закрыта. Потом я позвонил в полицию, но мне сказали, что она должна пропадать без вести двадцать четыре часа, прежде чем они начнут расследование. «К тому времени, как истекли эти двадцать четыре часа, полиция сама пришла ко мне», — сказал он, уставившись в пол.
Я бросила взгляд на Алека. Мне казалось, он не знал, что именно мы обнаружили её тело. Я не была уверена, будет ли это для него иметь значение, но решила, что нам не стоит об этом упоминать.
«Есть ли кто-нибудь, кто, по-вашему, мог бы захотеть навредить вашей жене?» — спросил Алек.
Он покачал головой. «Нет. Никто. Она была учительницей начальных классов. Общалась с людьми, похожими на неё. С другими учителями».
«Мистер Роуз, у вас с женой были дети?» — спросила я.
«Нет. Айрис действительно не хотела их. У неё было не самое счастливое детство, и она не хотела повторять это со своими детьми. Не поймите меня неправильно, она любила детей, но сама их не хотела», — сказал он, по-прежнему глядя на свои ноги. «Мне это не мешало. Я хотел того же, чего хотела она».
Я не была уверена, что смогу понять человека, не желающего иметь детей, но решила, что лучше узнать об этом сразу, чем обнаружить это постфактум.
«У неё были другие родственники в городе?» — спросила я. Помимо того, что Дженнифер училась у Айрис, я практически ничего не знала о ней.
Он фыркнул. «О да. Её мать — это что-то. Я в жизни не встречал человека, у которого была бы такая потребность контролировать других».
Мы с Алеком переглянулись.
«В каком смысле?» — спросил Алек, что-то записывая в свой блокнот
«Она пыталась всё контролировать. Когда Айрис захотела поступить в колледж, мать хотела, чтобы она стала врачом. Айрис всегда мечтала преподавать. Мать отказалась поддерживать её материально, когда та отказалась поступать в медицинский институт. Она даже не помогла ей заполнить документы на получение финансовой помощи. А когда Айрис стала учительницей, мать постоянно пыталась контролировать и это. Говорила ей, как украшать класс, как учить учеников, чему их учить. Это не прекращалось никогда. Между ними постоянно шли ссоры», — сказал он. Его лицо покраснело, пока он говорил, и напряжение между ними было очевидным.
«А как насчёт вашего брака? Ваша теща не вмешивалась в это?» — спросила я, понимая, что это было бы невозможно, если бы женщина была такой же властной, как он о ней говорил.
Он рассмеялся, но в этом смехе не было радости. «Она пробовала всё, что могла, чтобы помешать нам пожениться. Угрожала отречься от неё. Говорила, что не придёт на свадьбу. А потом, когда Айрис последовала зову сердца и всё-таки вышла за меня замуж, она пыталась контролировать нас на каждом шагу. Она постоянно указывала ей, как вести себя в браке. Она была одержима идеей иметь внуков, поэтому постоянно искала всевозможные народные средства от бесплодия. Она заварила Айрис чай, который, по её словам, был от экземы, но от него Айрис три дня болела. Позже она призналась, что это был чай для повышения фертильности, и отказалась сказать, что в нём было. Айрис отказалась пить его дальше, и Хильда пришла в ярость, требуя, чтобы она выпила его, чтобы забеременеть», — сказал он. «Самое безумное было в том, что она вовсе не была бесплодной, просто не хотела детей. Но Хильда не хотела слушать».
«Хильда — её мать? У неё часто бывали такие приступы ярости?» — спросил я.
Он кивнул. «О да. Всякий раз, когда не получала того, что хотела».
«Как её фамилия и как с ней связаться?» — спросил Алек.
«Её фамилия Биксби, и она живёт в квартире над моим гаражом».