Страница 8 из 76
Я нарисовал на его руке руну и, взяв за прием пятьдесят копеек, пошел провожать. Однако, как только взялся за ручку двери приемной, старик меня остановил:
— У меня есть для вас плохая новость, — прошептал он и с сочувствием посмотрел на меня.
— Какая? — удивился я.
В голове замелькала вереница предположений, прежде чем старик снова заговорил.
— Ваш дядька, — он бросил взгляд на дверь. — Он скоро помрет.
— С чего вы так решили?
— Я увидел на нем печать смерти.
— Что конкретно вы увидели? Как она выглядит? — насторожился я.
Однако ответить он не успел: дверь открылась, и в проходе показался Ерофей.
— Ну что? Есть болезнь? — спросил он меня.
— Нет.
— Ну тогда не надо задерживать остальных, — грубо сказал он старику. — Когда совсем плохо станет — идите в богадельню.
Старик еще раз с сочувствием посмотрел на меня и неторопливо двинулся к выходу.
— Ты с него хоть сколько-то взял?
— Пятьдесят копеек.
— И то хорошо. А то столько времени зазря занял.
Прием продолжился. К вечеру вернулся Семен. Он явно был в плохом настроении.
— Ну что? — подошел я к нему.
— Ничего. До самого вечера в постоялом дворе просидела, а недавно вышла и поперлась домой. Вот что она там делала?
Я лишь развел руками. Проголодавшийся Семен набросился на еду, а я вышел на улицу, чтобы покормить лошадей. В это время к забору подъехал извозчик, и показался Илья.
— Степа, поехали! — крикнул он.
— Куда?
— Дом смотреть. Я нашел подходящий. Только что оттуда.
Я крикнул Семену, чтобы тот покормил лошадей, и поспешил к экипажу. Ну наконец-то нам больше не придется ютиться в этом маленьком старом доме. Начнется новая жизнь.