Страница 54 из 84
Глава 16
Проснувшись, я первым делом сунул руку под подушку и нащупал телефон. Время — 06:17. Что ж, стандартное время моего пробуждения. Что здесь, в прошлом, что там, в будущем, — внутренние часы работали безотказно.
Потянулся, размял шею и позвал:
— Василий!
Денщик появился в дверях почти мгновенно — видимо, ждал. В руках у него был привычный столик: тарелочка с кашей, чашка и хлеб.
— С добрым утром, ваше высокоблагородие, — произнёс он, ставя поднос на столик.
Взялся за ложку, а Василий уже тянулся к телефону. Включил очередную серию мультфильма, он уселся на табурет и замер с блаженной улыбкой на лице. Я ел кашу, поглядывая на него, и вдруг понял, что эта каша, с ягодами, — начинает меня откровенно тошнить. Утро за утром одно и то же. Организм требовал разнообразия.
Когда Василий закончил смотреть серию и вернул телефон, заявил:
— Василий, так дальше не пойдёт. Каша по утрам надоела. Завтра чтобы на завтрак была яичница-глазунья. Из двух яиц. С жареными колбасками. И чаю чёрного.
Василий виновато опустил глаза.
— Ваше высокоблагородие, — начал он осторожно, — питание вам доктор прописал. Вениамин Карлович строго-настрого наказывали — каша по утрам, взвар, без разносолов. А вдруг поплохеет?
— Не поплохеет, — отрезал я. — Всё будет хорошо. Яичница, колбаски, чай. И не обсуждается.
Василий вздохнул, но спорить не стал. Понимал, видимо, что барина переубедить невозможно.
— Кстати, — добавил я, — надо пригласить того самого Ануфрия Степановича. Будем утверждать его на должность управляющего и ставить задачи.
— Будет сделано, ваше высокоблагородие, — ответил Василий, поклонился и вышел.
К тому моменту, как меня выкатили на террасу, Ануфрий Степанович уже стоял у столика, ожидая. Суховатый, подтянутый мужчина с умными глазами и аккуратно подстриженной бородкой. Увидев меня, он вежливо поклонился.
— Здравия желаю, ваше высокоблагородие, господин полковник.
— Здравствуйте, Ануфрий Степанович, — ответил я. — Присаживайтесь, разговор есть.
Подозвал Василия, который возился с настойкой, и шепнул ему:
— Там в новом сарае, у правой стены, коробки с монетами. Достань горсть и принеси сюда. Быстро.
Василий поспешно ушёл.
Повернулся к Ануфрию. Тот сидел на табурете, чуть подавшись вперёд, готовый слушать.
— Ануфрий Степанович, — начал я, — я решил назначить вас управляющим моим имением. Дела предстоят большие. Я хочу изменить порядок, который здесь сложился. И мне нужен человек, который понимает и поддерживает.
— Я весь во внимании, ваше высокоблагородие, — ответил он, и в глазах его я увидел живой, неподдельный интерес.
— Первое, — я поднял палец, — я хочу организовать факторию. Торговую лавку, где крестьяне смогут покупать инструменты, семена, всё необходимое для хозяйства.
— Это можно, — кивнул Ануфрий. — Место под лавку есть.
— Второе, — продолжил я, — я хочу избавить крепостных от барщины. Не сразу, конечно, постепенно. Вместо принудительной работы — наём за плату. Товарно-денежные отношения, понимаете? Одно дело — заставлять работать бесплатно, другое — платить. И человек старается больше, и толку от него больше.
Ануфрий задумался, почесал затылок.
— Мысль дельная, ваше высокоблагородие. Но крестьяне — народ тёмный, они к барщине привыкли. А тут — плата, деньги… Не сразу поймут.
— Поймут, — сказал я уверенно. — Когда увидят, что работа приносит доход. И для этого я ввожу новую систему расчётов.
В этот момент вернулся Василий. Он высыпал на стол горсть блестящих жетонов — тех самых, что я заказал в будущем. Ануфрий замер, глядя на них.
— Что это, ваше высокоблагородие? — спросил он, осторожно беря один жетон.
— Кредитные жетоны, — ответил я. — Мои личные кредитные обязательства. Ими я буду рассчитываться с крестьянами за работу. На эти же жетоны они смогут покупать в фактории инструменты, семена, всё необходимое. Жетоны имеют хождение только в моём имении и только среди моих крестьян.
Ануфрий взял несколько жетонов разного номинала, поднёс к глазам. Прочитал надпись: «КРЕДИТНЫЙ ЖЕТОНЪ СТРЕЛЬНИКОВЪ». Потом номинал: копейка, две, пять, десять, пятьдесят, рубль.
— Ваше высокоблагородие, — произнёс он с восхищением, — да это же… отличная задумка! Можно двойной доход получать! И качество выделки — лучше, чем на монетном дворе! Чисто, чётко, тяжело.
— Стоп, — перебил я, поднимая руку. — Ни в коем случае не употреблять эти жетоны как монеты. Это не деньги. Это мои кредитные обязательства. И только. Оборот жетонов — только в имении, только среди моих крестьян. Никаких расчётов с посторонними. Поняли?
— Понял, ваше высокоблагородие, — кивнул Ануфрий. — Всё понял.
— Жетоны посчитаны и учтены, — продолжал я. — Василий покажет вам, сколько и чего подготовлено для расчётов. А также инструменты, которые мы будем продавать крестьянам. Опять же, только нашим крестьянам. Никому больше.
— Всё запишу, всё учту, — заверил меня Ануфрий.
— Кроме того, — добавил я, — необходимо организовать производство самых востребованных у крестьян инструментов и приспособ. Люди не дураки, плохое брать не будут. А вот то, что будет востребовано, то это необходимо производить в имении, и тогда можно на сторону продавать. И к этому производству обязательно привлекать крепостных. И платить им — кредитными жетонами.
— Замкнутое обращение, — прошептал Ануфрий, и в глазах его зажглось понимание. — Круг замыкается внутри имения. Деньги не уходят на сторону, капитал работает на нас.
— Именно, — кивнул я. — Более того, закуплены новые сорта семян для посадки. Лучшие. Их тоже можно продавать за жетоны. Уверен, что и новые породы животных в скором времени закупим. Свиньи, овцы, может быть, телята. Обновим поголовье на английские и французские породы.
Ануфрий внимал с трепетом. Я видел, как он впитывает каждое слово, как шевелит губами, запоминая.
— И ещё, — продолжал я. — На неудобьях, на землях, которые не обрабатываются и где не косят траву на прокорм скоту, насадить сосны и дубы. Организовать крестьян на посадку и платить им теми же жетонами. Лес строительный всегда нужен. Свой лес — своя прибыль.
— Всё сделаем, ваше высокоблагородие, — ответил Ануфрий. — Мужиков поднимем, землю под посадку определим. Лес — это надолго, это на десятилетия.
Понимание в глазах Ануфрия меня радовало. Новый управляющий схватывал на лету. Кажется, с выбором я не ошибся.
Разговор прервал Василий, который стоял на террасе и всматривался в даль.