Страница 53 из 84
Добавил в описание: «Французский кавалерийский пистолет, образец начала XIX века, период наполеоновских войн. Состояние — идеальная сохранность для своего возраста. Хранение — чердачное, сухое, без доступа влаги. Клейма все читаются, механизм требует проверки. Продаётся как исторический артефакт, не как огнестрельное оружие».
Потом подумал и добавил: «Возможен торг. Самовывоз или доставка по договорённости. Цена — сто двадцать тысяч рублей».
Перечитал текст, поправил пару запятых, ещё раз просмотрел фотографии. Вроде всё правильно. Нажал кнопку «Опубликовать».
Сайт задумался, кружок загрузки крутился, крутился, крутился… И вдруг высветилось: «Ваше объявление на модерации».
Выдохнул. Всё. Первый шаг сделан.
Взял банку пива из холодильника, открыл, отхлебнул. Пиво было холодным, приятным. Пистолет выставлен, теперь дело за покупателями.
В дверь постучали.
— Ваше высокоблагородие! — раздался голос Василия. — Всё сделал! Весь инструмент в сарае.
— Заходи, — сказал я.
Василий вошёл, раскрасневшийся, довольный. Видно было, что работа ему в радость.
— Садись, — я кивнул на соседний табурет, открыл холодильник, достал недопитую бутылку водки. Налил в рюмочку. — Молодец, Вася. Справился.
Он выпили молча, закусил колбасой. Я смотрел на него и видел, что он хочет ещё. Глаза его блестели, но он молчал.
— Давай, — я налил ему вторую. Он выпил, крякнул.
Телефон зарядился до 93 процентов. Меньше, чем я хотел, но хватит.
— Ладно, Василий, пора возвращаться.
Мы подошли к шкафу. Я пропустил его вперёд, потом шагнул сам.
В сарае я спокойно уселся в коляску. Огляделся — сарай понемногу наполнялся. Коробки, мешки, инструмент, тачки. Всё это ждало своего часа. Запасы росли, и это радовало.
Василий вышел за Ивашкой. Я остался один, и мысли мои потекли своим чередом.
Инструмент был. Но я понимал — этого мало. Крестьяне в имении — народ хозяйственный, но практичный. Дадут им новую лопату — завтра её или сломают, или потеряют. И не со зла, а по привычке. Поговорка «с возу упало — то пропало» родилась не на пустом месте. Оставь вещь без присмотра — она переходит в разряд бесхозной, а значит, ничейной. А ничейное добро грех не взять.
Я усмехнулся. В моём времени эта логика работала ничуть не хуже. Строительные материалы на объектах исчезали с такой же лёгкостью. И не потому, что люди злые, а потому, что так устроено. Поэтому инструмент надо будет раздавать под отчёт, записывать, кому что дали. Но это потом. А пока — запасаться. Вдвое, втрое больше. Половина сломается, четверть потеряется, остальное пойдёт в дело.
Я не злился. Просто понимал, как устроен этот мир.
В сарай вошли Василий и Ивашка.
— Готовы, ваше высокоблагородие? — спросил денщик.
— Поехали.
Меня покатили к дому, занесли на второй этаж, пересадили в кровать. Василий сходил за ужином.
Доел, отодвинул тарелку. Выпил ещё пива. Василий закончил смотреть, вернул телефон. Я сунул его под подушку, рядом с собой, откинулся на подушки.
— Спасибо, Вася, — сказал я. — Иди отдыхай.
— Спите спокойно, ваше высокоблагородие, — ответил он, забирая посуду.
Свечи погасли. Закрыл глаза и почувствовал, как сон накрывает меня. Сегодня был неплохой день.