Страница 16 из 62
Глава 16
Несмотря на худобу, маг жрал аки сивый мерин, да ещё и добавки просил, а сам между делом страшные байки травил о старом замке в горах, да об озёрных девах, которые при грозе могли путника в тихий омут сманить и поужинать им. Стригой слушал внимательно, прикрыв глаза, будто дремал, но я уже хорошо знала его хитрый ход. Усыпить чужую бдительность, а потом вылезти с коварным вопросом и застать врасплох. Двойняшки верили каждому слову мага, а вот Малыш с Ауром усмехались, видимо, ещё ни разу не встречали красивых обманщиц-оборотних. Я кинула взор на Лиссу, девушка презрительно скривила губы и ушла, якобы подышать свежим воздухом. Федориус выпросил у меня ещё одну миску квашеной капусты, всё слопал под чистую и покинул наш слишком уж гостеприимный дом.
— Стригой, думаешь, про девок не наврал? — поинтересовался Аур у главаря.
— Ой, да я по твоим блестящим глазёнкам вижу, что уже на озеро намылился, — фыркнула я, убирая грязную посуду со стола.
— Ревнуешь, да? — осклабился Аур и выпятил колесом грудь.
— Грозу надо подождать, — тихо отозвался Стригой. — А там и посмотрим.
Все разбрелись по спальням, я же осталась чистить картошку на кухне, пристроившись у открытого окна, которое выходило на проезжую улочку. Мыслей в голове было много, но самая главная — рвать ноги из Белозёрска. Стригой, видимо, был иного мнения, припёрся ко мне и уселся напротив, начав точить короткую саблю. У меня аж внутри всё сжалось от скрежета металла по точильному камню. Жуть!
— Анетта, ты ничего не хочешь мне сказать? — от вкрадчивого голоса Стригой по спине пробежали колючие мурашку.
— Хочу! — почти выкрикнула я, чувствуя, что не могу сопротивляться его властному голосу.
Вот же злодей окаянный! Сейчас и выложу ему про мешочек с деньгами. Вот же позор-то какой!
— Балаур! — выдавила я из себя, вспомнив встречу с колдуньей.
Стригой аж вперёд подался, вперившись в меня пристальным взором, будто кожу сдирая.
— Откуда это имя узнала?
— Бабка на рынке обмолвилась, — привычно соврала я, вернув себе остатки самообладания, даже плечиком повела, ощущая себя прежней. — Ну, я уши-то и развесила. Мол, на болоте объявился Балаур, злодей каких свет не видывал.
— И?! — поторопил меня Стригой.
— Всё, — развела я руки в стороны. — Я к ним не стала подходить, пошла себе дальше.
— А на рынке чего делала? — не унимался Стригой, словно я злодеяние задумала.
— Платье себе искала, да ничего не купила.
— Не подошло ничего? — усмехнулся Стригой, вызвав у меня на лице алый румянец дикой злости.
— А тебя, смотрю, нравится, когда я в лохмотьях хожу!
— Да ты в любой одежде хороша, — и в это мгновение главарь стал похож на сытого кота, объевшегося сметаны.
Я открыла рот и уставилась на Стригоя, чёрно-рыжая лиса впорхнула в окно и сбила у меня с колен миску с очищенной картошкой.
— Стервь! — заорала я.
Лисса выплюнула индейку перекинулась в человеческий облик. Выглядела она испуганной, попятилась и выгнулась, будто ещё лисой была.
— Жопу прикрой! — я швырнула в оборотниху полотенце, за крыло приподняла задушенную птицу и промолвила: — Не могла пожирнее выбрать? Она же в супе уварится и одни ножки останутся.
— Там... — Лиссу трясло от страха. — Там...
Стригой поднялся со своего места, стянул с себя рубашку и помог девушке одеться, а потом усадил ей на скамью и споил ей чашку тёплого чая.
— Пёс с зелёными глазами, — наконец-то нормально смогла произнести Лисса. — Я сунулась в соседний двор, только приноровилась к птичке, как он перепрыгнул высокий забор и встал передо мной. Глаза горят, с языка капает бешеная пена...
— У страха глаза велики, — язвительно поддакнула я, не веря оборотнихе на слово.
— Да ты сама бы от ужаса взвыла! — огрызнулась Лисса.
— Тихо! — тут же встал между нами Стригой. — Иди и отоспись, кажется, ночь будет долгой. Анетта, ты сразу и на завтрак что-нибудь приготовь. Думаю, мы выйдем очень рано.
— Так жопа Аура ещё не зажила, — засомневалась я.
— Потерпит, — махнул рукой Стригой и выпроводил Лиссу из кухни, забрал короткий меч и сам ушёл, оставив меня одну.
Я, ворча от злости, принялась потрошить тощую индейку, а в соседнем дворе случился переполох. Хозяин не досчитался аж двух птичек! Заметался по двору, заголосил, а потом и на улочку выскочил. Сунулся он ко мне в открытое окошко и хрипло спросил, тряся окладистой бородой:
— Ничего, повариха, плохого не видала?
— Не видала, — ласково улыбнулась я дядьке-соседу, успев отрубить голову индейке, и теперь её даже родной отец не признает без перьев и башки. — А что за шум-то?
— Да мои девки говорят, мол, лисица пробегала, — пожалился мне сосед.
— Да вы что такое говорите! — неподдельно изумилась я. — Посреди бела дня да в городе? Они там, что ли, травки-буравки объелись?
— Ох, и правда! — закивал дядька, покраснев от злости. — Маги же наш город тройным кольцом заклятий обложили. Откуда-то лисе взяться?! Вот я им сейчас всыплю!
— Хорошего дня! — крикнула я соседу вдогонку, а затем сунула тощую тушку птицы в кастрюлю с холодной водой.