Страница 64 из 82
Глава 21.1
Нудииандер, в спальне Оттиль
Истинная выглядела измотанной. Бледная, уставшая, похудевшая. Я осторожно очертил абрис её лица пальцем. Такая хрупкая и маленькая. В дверь постучали.
— В пекло всех, дела подождут! — рыкнул я.
Шодер тихо открыл дверь.
— Что с ней?
— Переутомление, мой император. Ваша супруга вызывала меня ночью, не могла уснуть.
— И чем вызвано это переутомление? Точно не отравление?
Лекарь тяжело вздохнул.
— Насколько откровенным я могу с вами быть?
— Предельно.
Я сжал Оттиль крепче.
— Ваша жена несчастна. Нервы не способствуют здоровью. Возможно, в этом причина отсутствия беременности.
— Разве ей чего-то не хватает?
— Не в этом дело, мой император. Женщины — существа эмоциональные. Мы мыслим иначе. Убил врага — защитил. Для женщины важно чувствовать себя любимой, знать, что её уважают. Знаете, что мне сказала ваша жена, когда очнулась? Что она не хотела приходить в себя.
Оттиль засопела и недовольно поморщилась. Я коснулся губами её виска, не стесняясь лекаря.
— Что за бред? Я же стараюсь. Комната в золоте, личные стражи, работы минимум. Я войну собираюсь развязать против отца Хранителя Охенора! Не может понять сама, объясни ей ты. На что я иду и чем рискую!
Обветренные губы царапнули кожу шеи, я вздрогнул. Нужно говорить тише.
— Да, мой император.
— И прекрати со мной разговаривать этим тоном. Знаешь что-то — говори.
Шодер ответил не сразу.
— Мой император, возможно ли пригласить во дворец того барда? Вашу супругу порадовала бы встреча со старым другом.
— Этого не будет. Вон! За дверью передашь, чтобы перенесли всё на завтра. Я останусь с женой. И лекарство давай, я сам ей волью.
Лекарь подчинился, оставив рекомендации. Пришлось вставать. Оттиль свернулась клубочком и поёжилась. Холодно?
Я перелил лекарство в стакан. А дальше как? Попробовать напоить из него? Пить истинная не хотела, красное зелье впиталось в подушку. А если ложкой? Не просто так же Шодер её оставил? А если там не укрепляющее? Я попробовал жидкость. Вкуса нет, немного греющей остроты. Вроде похоже.
С ложкой дело пошло лучше. Боясь разбудить Оттиль, лёг рядом и поставил стакан на подушку. Жена дёрнулась, я задел стакан.
— Демоны!
Третья попытка оказалась успешной. Красные пятна засохшего зелья на белой постели мрачнели каплями крови. Я вытер пот со лба и отставил стакан. Демоны с этой чистотой. Оттиль нужно высыпаться. Лёг ближе и уложил её голову на плечо. Истинная вздрогнула, я готовился к словесной пикировке, но она обняла меня крепче и засопела. Я слушал её дыхание и чувствовал, как ослабляется пружина внутри.
Война, фаворитки, дела — всё это не столь важно. Я в ответе не только за империю, которой и без того отдал достаточно. У меня теперь есть семья. Да, непростая, но всё же. Что было бы со мной, не стань Оттиль? Кто ещё смог бы принять меня без притворства и иллюзий? Каждой фаворитке нужно от меня своё. Влияние, помощь родне, золото с побрякушками. Только жена видела меня без масок. Не думаю, что ей нравилось, но она меня не отталкивала.
Я посмотрел на Оттиль иначе. Складка между бровями, синяки под глазами... Почему я раньше их не видел? Может, не так уж и неправ Хелфирд. Неужели я сам довёл истинную до такого? И сейчас феникс хмурилась, сжимая ворот моей рубашки. Демонов бард возник в голове. Нужно убить или выселить из столицы. Почему он до сих пор здесь вообще? На что надеется? Оттиль ему что-то обещала? Нет. Завтра же распоряжусь о нём. Никаких больше мужчин моей истинной рядом не нужно. И Шодера можно попробовать заменить на женщину.
Я поправил одеяло и укутал плечи Оттиль. Если я хочу быть с ней, придётся научиться быть тем, кто ей нужен. Если не выйдет, я буду знать, что пытался.
Ладонь переместилась на плоский живот. Дети всё исправят. Меня с детства готовили к выгодному политическому браку, богов и истинности не было на Охеноре несколько десятков лет. Откуда я должен был узнать, что такое пара? Отец говорил, что жена должна быть ценной и важной в масштабах мира. Я пытался переманить Атию, пытался жениться на сестре блаженного короля эльфов, но с ними было просто и понятно. Сделка, не более.
Я подскочил от стука в дверь. Оттиль недовольно завозилась.
— Убью. Спалю заживо и ссыплю останки в песочные часы, чтобы и после смерти работали, — прошипел я, целуя истинную в макушку.
Встал неохотно. Сейчас меня беспокоить по пустякам рискнул бы разве что смертник. В коридоре за право быть последним при докладе толкались плечами Лирей и Шодер.
— Ну?
— Мой император, — поклонился помощник, — я отложил все визиты на завтра, но вас ждёт Её Крылейшество.
Демоны, Кададра как всегда невовремя.
— Проводите её в мои покои, скажите, что моей жене нездоровится. Подайте закуски и хорошее вино. Всё?
— Нет, мой император, вам письмо...
— Так, я уже сказал, всё завтра. Всё, что не касается императрицы, подождёт.
Шодер поклонился вместе с Лиреем и надеялся уйти, но я не позволил.
— Скажи, тебя перестало устраивать место главного лекаря империи?
— Нет, мой император.
— Тогда какого демона я вижу тебя у спальни моей жены?
— Мой император...
— Хватит. Что ты здесь забыл?
— Я...
— Убедись, что её здоровью ничего не угрожает. Может, дело в ребёнке?
Хелфирд покачал головой и отвёл взгляд.
— Как думаешь, если она будет счастливее, это положительно скажется? Мне нужно знать, почему детей до сих пор нет. И если я узнаю, что ты что-то ей давал...
— Клянусь, что нет.
Я кивнул и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.
— Отойду, присмотри за Оттиль.
Хелфирд поклонился, я привёл себя в порядок в уборной жены и поспешил на встречу с гарпиями. Я не имею права проиграть войну с фениксами.
Оттиль, в покоях
Я проснулась в одиночестве. Постель была холодной. Нудииандер ушёл давно. В кресле неподалеку дремал Шодер.
— Хелфирд?
Лекарь открыл глаза и потянулся к чемодану.
— Стой. Что это было?
— Переутомление.
— А если без вранья?
— Если без вранья, ты становишься тёмной, Оттиль.
Я сжала одеяло на груди и резко села. Комната пришла в движение.
— Этого не может быть! Фениксы — светлая раса. Я просто не могу быть тёмной.
— Можешь. Ты очень изменилась, Оттиль. И не всё происходит из-за демонов. Свет покидает тебя. Переход может произойти на днях.
— И что? Что мне делать? Я не хочу быть тёмной!