Страница 99 из 136
Для нас и для Урии — а может, и для Марии с ее партнером — ребенок навсегда будет ассоциироваться с миссией. Полностью совпадают онтогенез и полетный план: зачатки конечностей распускаются во время преодоления пояса Койпера; нейронные клетки множатся при выходе из гелиопаузы; наконец — рождение, когда мы достигаем конечной точки и обнаруживаем «Вояджер-1» на окраине облака Оорта. Информация существует в перехлесте, в симбиозе. Одно путешествие проникает в другое, свершения происходят в разных стратах. Я сочувствую Урии и задаюсь вопросом, как она справляется, зная, что не сможет присутствовать рядом. Столько стоит на кону — всегда, но сейчас особенно очевидно. Путешествие к неведомой сущности в другой конец Солнечной системы — и самое обычное рождение ребенка. Нервные звонки Марии — и трансляции на корабль. Если будут плохие новости, расскажет ли нам Урия? Повлияет ли это на ее голос и что мы сумеем угадать в перемене тона, не зная причины? Причем это работает в обе стороны: к примеру, случается беда на «Нерее», Урию будят посреди ночи в отеле, машина мчит ее в Первый пункт — но слишком поздно, все уже произошло, от нас остался лишь свет, и, когда звонит Мария, она в трауре, но не может объяснить почему, еще нет. Расстраивается, в свою очередь, и Мария. У нее меняется диета, она с трудом засыпает, усиливается стресс, и растет угроза преждевременных родов, появления недоношенного ребенка. Каждый кадр в каждой миллисекунде — роковой. Как мы все это переживем? Как Урия, Мария — кто угодно на свете — смогут жить дальше?