Страница 128 из 136
Коридор тоже обит деревом. Отчасти поэтому так и пахнет. Здесь есть что-то пористое, влажное, будто дуб еще жив и полон соков. Из коридора ведут пять дверей, все приоткрыты; единственный источник света — кухонное окно. Половицы громко скрипят под ногами.
Спальни удивительно просторные. Кровати заправлены, простыни туго натянуты на матрасы. В каждой комнате Хелена кладет руку на подушку, надавливает. В шкафах — футболки и толстые свитеры. Обувь трех размеров. Одинаковые черные штаны, носки, мужское и женское нижнее белье. Ничто не тронуто. Мария предполагает, что дом заброшен. Может, семье пришлось срочно уехать. Или это чья-то дача.
Она качает головой. Семей здесь не бывает. И «заброшенный» — неподходящее слово.
Гостиная — самая темная и уютная из всех комнат — покрыта особенно толстым слоем пыли. Пледы на диване и двух креслах. На полу — половики. Книжный и винный шкафы. Вино выглядит дорогим. На пальцах остается пыль.
— Это кириллица? — спрашивает Мария.
Хелена не сразу осознает, о чем речь. Оборачивается.
— Покажи, — говорит она.
Открывает книги, надавливает на корешки. Иллюстрации фотокамер. Библия. Она просматривает все тома до одного. Антропология, астрономия, инженерия. Продолжает листать. Мария молча наблюдает. Хелена знает, что что-то ищет. И находит. Выдыхает.
— Что такое? — спрашивает Мария.
Хелена отступает, садится на диван, приготовленный не для нее, а для ее сестры. Полка с морской микробиологией.
— Ты знаешь, что это, — произносит она с дрожащими губами. — Это для них. Это их дом. Сюда они должны были вернуться.
Они прошли через высокую траву и теперь сидят на приземистых деревянных скамьях в саду, у стола, с видом на море. Мария — тихая, осторожная; все тело натянуто, подбородок опущен. Хелена размахивает руками, но голос у нее спокойный, ясный, размеренный.
— Ты и в половину не поверишь. Безумные, нелепые теории. Существует целое движение, которое хочет доказать, что этого вообще не было, что экипаж так и не взлетел. Другие уверены, что они рухнули в Атлантике и их подобрал русский корабль. Церковь в Техасе верит, будто «Нерей» держит курс к далекой звезде. Вернется через десять тысяч лет и принесет второе воплощение Бога.
Мария закатывает глаза.
— Удивляюсь, как ты все не бросила. Но я рада, что не бросила.
— Я тоже. Знаешь, на миг, когда я поняла, что это для них, я и правда подумала, что она здесь. Ждет меня. Подумала: сейчас войдем в спальню — а она там, спит. Правда. И потом проснется, узнает меня, поднимется. Заговорит так, будто и не улетала.