Страница 48 из 67
И снова в его облике что-то показалось мне знакомым. Но я снова не поняла, что именно.
– Восхождение великого государя императора Константина ознаменовало начало новой эры нашего мира. Считается, что род государя ведет к великой княжне, магу воздуха Анне Володарь, создательнице и повелительнице Ветра Перемен – самой мощной магии, питающей силой наш мир. Четыре стихии – четыре великие империи. Лишь Ветер Перемен, могущественная магия, питающая наш мир, удерживает четыре великих осколка от полномасштабной войны. И, разумеется, обуздать подобную силу мог только выдающийся маг. Пришедший на рубеже нового тысячелетия Константин Четвертый стал для Российской империи надеждой – надеждой на восстановление после тяжелых времен.
Преподаватель сделал паузу, позволив нам хорошенько рассмотреть сменявшие друг друга иллюзии. Красивая женщина с роскошной косой и решительным взглядом – княжна Анна. Ее потомки, долгое время державшиеся в стороне от трона несмотря на могущество, обретенное родом Володарь.
– Восхождение на престол императора Константина не было ни мирным, ни предопределенным. На рубеже тысячелетий Российская империя, ослабленная внутренними распрями и магической стагнацией, напоминала тлеющий уголек. Борьба за престол развернулась между тремя могущественными династиями: Дашковыми, Володарскими и Рождественскими. Молодой князь Константин, прямой потомок Анны Володарь по материнской линии, на тот момент считался темной лошадкой. Дашковым покровительствовала Великая Восточная империя. Рождественским – Американская Технократическая империя. Но…
Иллюзия продемонстрировала, как магический вихрь, похожий на тот, при помощи которого мы проходили инициацию, проносится по Петербургу, сметая все на своем пути, и утихает, лишь встретив императора Константина.
– Ветер Перемен сделал свой выбор, – произнес профессор. – Князь Константин Володарский на рубеже миллениума стал императором Российской империи. И она восстала из пепла, как феникс.
И вот опять отсылка к огню. Но я уже даже не удивлялась – в созданном Дашковым мире остались сюжетные дыры. Я бы его книгу точно не купила, а может, даже написала бы в интернете, что автор идиот.
– Что касается наследников… – Иллюзия показала сначала красивого светловолосого парня, невероятно похожего на отца, затем двоих еще совсем малышей, мальчика и девочку. – У императора Константина и его супруги, государыни Александры Ивановны, урожденной княжны Дашковой, трое детей.
Дашковой? Я встрепенулась и полезла в учебник. Где-то там я видела родословные великих княжеских фамилий. Дашковы… Дашковы… Вот! Василий Дашков и Елизавета Рождественская – родители Александры Дашковой и Николая Дашкова. Александра стала супругой государя, а вот Николай женился на какой-то Елене Григорьевой, и… у них родилось двое сыновей – Аспер и Дмитрий.
Выходит, Дашковы – родня императорской семье. Интересно… Жаль, о судьбе их родителей ничего не было написано. Но попробую задать вопрос. В конце концов, не убьют же меня за интерес. Это ведь историческая лекция.
А еще забавно, что все эти враждующие за престол кланы все равно все переженились и породнились. Там поди и на свидание сходить не с кем, куда ни плюнь – троюродный дядюшка.
– Цесаревич Алексей Константинович, наследник престола, рожденный под покровительством магии воды, как и его отец. Он унаследовал от великого рода не только силу, но и умение чувствовать и направлять потоки – будь то политические, магические или экономические. Его считают главным миротворцем и дипломатом династии. Великая княжна Ольга Константиновна – маг воздуха. Ее считают невероятно похожей на свою прародительницу, Анну Володарь. Говорят, у нее редкий дар – слышать в шепоте ветра будущее. Ну и великий князь Петр Константинович. К сожалению, судьба избрала для князя магию огня…
Воцарилась прямо-таки трагическая тишина. Все дружно соболезновали юному князю и даже, кажется, сокрушались. Ну как так-то? Такой род – и огонь, ну стыдно же, что люди скажут…
– Триада наследников государства символизирует будущее, к которому мы стремимся, где Алексей договаривается, Ольга предвидит, а Петр – действует. Впрочем, нельзя не отметить союз, который прочно укрепил отношения Российской империи с западной, – брак сестры государя, княжны Марии, с наследником Британской империи, Эдвардом Виндзором. Этот союз – живое воплощение политики императора Константина. Он не просто правит Российской империей. Он делает ее неотъемлемой частью магического мира, превращая ее из осколка старых порядков в одного из архитекторов порядка нового.
Преподаватель откинулся в кресле, дав словам повиснуть в тихом, завороженном гуле аудитории.
Ладно, я поняла. У нас все хорошо, нами правит мудрый император, у него много надежных талантливых детей, так что России ничего не угрожает. Мир спасать не придется, главное – спасти себя.
– На следующей лекции мы разберем, как политика «Ветра и Стали» привела к Холодной Магической войне с Тихоокеанским Альянсом Магов и почему мы до сих пор находимся в шатком равновесии. Запишите вопросы, все они будут в билетах на экзаменах.
* * *
Ветер Перемен… Я слышу о нем постоянно.
Это та магия, тот вихрь, который мы проходили во время инициации. И он явно был связан с Дашковыми. Да и Дмитрий Дашков был магом воздуха в этой реальности. Возникает вопрос: если действительно наш мир изменил Дмитрий, то почему он не сделал императором себя? Это неплохо укладывалось в его портрет: придумал себе мир, сделал себя императором и играй в нем сколько влезет чужими судьбами…
И что же все-таки в облике императора Константина и его наследников было мне знакомо?
Преподаватель сделал последний взмах рукой, и иллюзии в воздухе медленно растворились, оставив лишь легкое мерцание в солнечных лучах, падающих из высоких окон.
* * *
– Ты знаешь, что стал звездой и по тебе тащатся все первокурсницы?
Светлов от неожиданности начал надсадно кашлять. Я повесила пальто на гвоздик и устало потянулась. Пары давались мне сложнее, чем испытания на Играх. А еще Кейт оказалась права насчет преподавателя по физподготовке. Всю тренировку, пока мы бегали кросс, он не сводил с девчонок взгляда.
Что ж, старые извращенцы существуют даже в этом мире. Дашков мог бы что-то исправить, только зря силы тратил.
Едва стащив ботинки, я увидела, что Светлов меня ждал. На столе стояли бутылка вина, два бокала и ужин. От него исходили такие ароматы, что у меня потекли слюнки.