Страница 31 из 58
Глава 16. ПЕРВЫЙ ПОЦЕЛУЙ (КОТОРЫЙ НИЧЕГО НЕ ИЗМЕНИЛ)
Переговоры с эльфами заняли три дня.
Три дня Лиора сидела за столом в шатре, развёрнутом на нейтральной полосе между лесом и человеческими землями, и слушала, как послы Эллариона говорят на своём певучем языке. Кай переводил — тихо, почти без эмоций, но иногда его голос срывался, когда эльфы произносили слова вроде «полукровка» или «предатель крови».
Эльфы не скрывали презрения. Они смотрели на Лиору свысока — не только потому, что были выше ростом, но и потому, что считали себя лучше. «Ваш отец обещал мир, но не сдержал слова», «Ваши люди нападают на наши торговые караваны», «Мы не верим вам, человеческая королева».
Лиора держалась. Она говорила спокойно, чётко, доказывая, что Корвин и его сторонники — не весь народ Астерии. Что она готова на уступки. Что война не нужна никому.
На третий день эльфы смягчились. Посол, сереброволосая женщина с глазами цвета молодой листвы, сказала:
— Мы дадим вам месяц. Если за это время вы арестуете всех заговорщиков и докажете, что Астерия не готовит нападение, мы продлим мир. Если нет — война неизбежна.
— Месяца достаточно, — ответила Лиора.
Она не была в этом уверена, но выбора не оставалось.
Обратная дорога была тяжелее.
Шёл дождь — холодный, осенний, пронизывающий до костей. Карета увязла в грязи дважды, стражники толкали её, ругаясь сквозь зубы. Кай промок насквозь, но не жаловался — только кутался в плащ и смотрел вперёд, на дорогу, терявшуюся в серой пелене.
Лиора почти не выходила из кареты. Она перечитывала договор, составленный на двух языках, искала скрытые ловушки, но находила только честные, пусть и жёсткие условия. Эльфы не обманывали. Они просто не доверяли.
На ночлег остановились в той же деревне, что и по пути туда. Староста обрадовался королевскому визиту меньше, но комнаты выделил.
Ночью Кай пришёл к ней снова — мокрый, продрогший, с посиневшими губами.
— Ты заболеваешь, — сказала Лиора, когда он вошёл.
— Не страшно. — Он стянул промокший плащ и рубашку, обнажив торс. Кожа была бледной, шрамы — белыми полосами на боках и груди.
— Иди сюда, — она откинула одеяло. — Согреешься.
Он лёг рядом — холодный, дрожащий. Она обняла его, прижимаясь всем телом, пытаясь передать своё тепло. Через минуту его зубы перестали стучать.
— Как думаешь, получится? — спросила она в темноту.
— Что именно?
— Мир. За месяц мы должны арестовать всех, кто связан с Корвином. Но их сотни. Может быть, тысячи.
— Получится, — ответил он. — Если будем действовать быстро и жёстко.
— Как в старые времена? — она усмехнулась. — Отец говорил, что эльфы умеют быть жестокими, когда надо.
— Эльфы — да. А люди? Ты готова быть жестокой, Лиора?
Она помолчала.
— Не знаю. Но, наверное, придётся.
Он повернулся к ней, поцеловал в лоб.
— Не надо быть жестокой. Надо быть мудрой. Жестокость порождает жестокость. А мудрость — уважение.
— Ты слишком мудр для лейтенанта, — сказала она.
— А ты слишком смела для королевы, — ответил он.
Они уснули в обнимку, и в эту ночь не было секса — только тепло и тишина.
Вернувшись во дворец, Лиора сразу почувствовала перемену.
Атмосфера сгустилась, как перед грозой. Советники шептались по углам, стражники ходили с напряжёнными лицами, даже слуги казались испуганными.
Теодан встретил её в коридоре.
— Ваше Величество, пока вас не было, случилось многое. — Он вручил ей пачку донесений. — Сторонники Корвина бежали из столицы. Некоторые собрали войска на юге. Герцог Валийский официально отказался от сватовства и заявил, что не признаёт вас королевой.
— Он объявил мятеж? — спросила Лиора, просматривая бумаги.
— Пока нет. Но готовится. А ещё… — Теодан запнулся. — Князь Эрик найден мёртвым в своих покоях. Сердечный приступ, говорят лекари.
— Ещё один сердечный приступ? — Лиора подняла глаза. — Слишком много совпадений.
— Именно. Я отправил его тело на вскрытие эльфийским лекарям. Жду результатов.
Лиора прошла в свои покои, бросила плащ на кровать. Элли помогала раздеться, но она отослала её.
— Оставь меня. И позови лейтенанта Кая.
Кай пришёл через пять минут — переодетый в сухое, с мечом на поясе. Он закрыл дверь и встал у стены, как обычно.
— Ты слышал? — спросила Лиора.
— О смерти князя? Да. Теодан рассказал.
— Валийский собирает армию. Корвина сторонники бежали. Эльфы дали нам месяц. А у нас, кажется, начинается гражданская война.
— Не начинается, — поправил Кай. — Уже началась. Просто мы пока не чувствуем.
Она подошла к нему, взяла за руку.
— Что мне делать, Кай? Я королева, а чувствую себя беспомощной.
— Ты не беспомощна. — Он сжал её пальцы. — Ты просто устала. Поспи. Завтра начнём действовать.
— Я не хочу спать. — Она прижалась к нему. — Я хочу забыться. Хотя бы на час.
Он обнял её, погладил по спине.
— Лиора, мы не можем каждый раз…
— Можем, — перебила она. — Пока можем.
Она подняла голову и поцеловала его. Нежно, медленно, пробуя на вкус. Он ответил, но без прежнего огня — осторожно, будто боялся сломать.
— Что с тобой? — спросила она, отстраняясь.
— Я боюсь, — признался он. — Боюсь, что если мы продолжим, то потеряем контроль. А когда потеряем контроль, кто-то пострадает. Ты или я. Или оба.
— Ты боишься, что я выйду замуж за другого, и мы будем тайно встречаться за спиной мужа? — спросила она прямо.
— Да, — сказал он так же прямо. — И боюсь, что ты родишь от меня ребёнка. А полукровка на троне — это смертный приговор для вас обоих.
Лиора замерла. Она не думала о детях. Не думала о том, что их любовь может привести к беременности. А если она родит от Кая — совет не простит. Церковь не простит. Народ не простит.
— Ты прав, — сказала она тихо. — Мы не можем. Не сейчас.
Она отошла к окну, прислонилась лбом к холодному стеклу. Кай стоял за её спиной, не приближаясь.
— Я люблю тебя, — сказала она в темноту. — И это самое неправильное, что я когда-либо делала.
— Неправильное, но единственно правильное, — ответил он. — Я тоже тебя люблю.
Они стояли так, разделённые метром, и смотрели в одну точку — туда, где за горизонтом занимался серый, безнадёжный рассвет.
Первый поцелуй после возвращения не состоялся. Вместо него была правда — горькая, как полынь, и необходимая, как воздух.
Они не могли быть вместе. И ничего не изменилось.