Страница 28 из 77
— Я и не обвиняю, — быстро ответила Сюзанна. — Я предупреждаю. Во дворце уже шепчутся, что вы слишком неопытны, слишком своевольны и плохо понимаете, как вести себя у трона. А Офелия, наоборот, «воспитана для короны». Она сама так не говорит, конечно. Это за неё говорят другие.
На последних словах в голосе Сюзанны прозвучало презрение.
Рогнеда сжала край страницы между пальцами.
— И этого им достаточно?
— Для начала — да, — мрачно сказала Сюзанна. — Здесь сначала создают впечатление. Потом вокруг него строят правду.
Она замолчала на секунду, а потом добавила ещё тише:
— И ещё один слух… плохой.
Рогнеда вскинула на неё взгляд.
— Говори.
Сюзанна поколебалась.
— Говорят, будто вас видели ночью не одну. Что вы встречались в башне с одним из рыцарей. Имени вслух пока не называют, но… думаю, скоро начнут.
Кровь бросилась Рогнеде в лицо.
— Это неправда в том смысле, в каком они захотят это подать, — прошептала она.
— Я знаю, — быстро сказала Сюзанна. — Но им не нужна правда. Им нужен повод. Если удастся бросить тень на вас до объявления о браке, некоторые лорды начнут уговаривать короля пересмотреть решение. Скажут, что королеве не пристало…
— Да, — сухо оборвала Рогнеда.
Ей вдруг стало очень холодно, несмотря на тёплый чай и закрытые окна. Вчерашняя боль теперь переплеталась с другим чувством — тревогой. Из-за себя. Из-за Ивара. Из-за того, как легко здесь любую человеческую слабость превращают в оружие.
— Сюзанна, — тихо сказала она, — ты знаешь, кто это распускает?
Служанка покачала головой.
— Пока нет. Но я могу узнать. На кухнях знают всё раньше советников.
Рогнеда не сдержала слабую, невесёлую улыбку.
— Это звучит правдиво.
Сюзанна осторожно коснулась её руки.
— Госпожа, будьте осторожны. Особенно с Офелией. Она умеет улыбаться так, будто желает добра. Но половина девушек в западном крыле боится её больше, чем королевского гнева.
Рогнеда кивнула.
На мгновение в библиотеке стало очень тихо. Где-то вдалеке шуршали страницы, тихо скрипнуло кресло библиотекаря. Всё выглядело мирным — и от этого ещё страшнее ощущалась скрытая под этой тишиной враждебность.
— Спасибо, Сюзанна, — сказала она наконец. — Правда. Без тебя я бы узнала обо всём слишком поздно.
Сюзанна чуть смутилась, но в глазах её мелькнула решимость.
— Я на вашей стороне, госпожа.
Эти простые слова неожиданно согрели сильнее, чем чай.
Когда служанка ушла, Рогнеда осталась сидеть над фолиантами, но теперь уже не делала вид, будто читает. Мысли складывались в тяжёлую, всё более ясную картину.
Король Ричард решил жениться на ней. Значит, она больше не просто хрупкий сосуд силы, который нужно скрывать. Она — будущая угроза чужим планам.
Офелия хочет трон.
Недовольные королём вельможи будут рады воспользоваться любой тенью сомнения.
А значит, каждый её шаг теперь будут взвешивать. Каждый взгляд. Каждую ошибку.
Рогнеда медленно закрыла книгу.
Ей не дали времени привыкнуть к этому миру, к этой силе, к этой боли. А теперь ещё и двор решил втянуть её в игру, правила которой она толком не знала.
Но где-то под страхом уже шевелилось другое чувство — упрямое, тёплое, почти злое.
Если они считают её слабой, неопытной и удобной фигурой, то это может стать их первой ошибкой.
Рогнеда подняла взгляд на высокие окна библиотеки, за которыми темнело небо, и вдруг очень ясно поняла: выжить здесь — уже недостаточно. Нужно научиться отвечать.
И желательно раньше, чем миледи Офелия успеет сделать свой первый по-настоящему опасный ход.