Аналект

Дарвазу не понравилась такая туманность. Что было такого важного в той находке, что учёный не мог сказать об этим конкретно. Какая-то новая разработка костоправов, которую похитили прямо у них из-под носа? Похитили, продали, затем продали ещё раз, пока тот человек в палатке не связал последнего владельца и потенциального покупателя - учёного? Выглядело логично. Однако Дарваз привык думать, что в жизни не все так просто, как казалось порой на первый взгляд. Слишком стройная схема выходила.

Он взглянул на голову в руках. Та хранила молчание, но Дарвазу казалось, что её мёртвые, подёрнутые плёнкой глаза насмешливо следят за каждым его движением.

- Ваше «позже» обычно так и не наступает, - буркнул Дарваз, поудобнее перехватывая жуткую ношу. - Бах, говорите? Может, поискать его?

Они двинулись по узкому настилу над ручьём, где лениво перекатывались волны тяжёлой, пахнущей аммиаком жижи.

- Хозяин шатра свёл вас с Бахом. А откуда та вещица у самого Баха?

- Насколько мне известно, Бах перекупил это у одного из «мусорщиков». Тот клялся, что нашёл образец в обломках упавшего транспортника.

- Если этот Бах купил нечто у мусорщика, а продал вам, будучи на прицеле у капторов, - продолжал Дарваз, понизив голос, - то эта «вещица» обладает удивительным свойством притягивать неприятности.

Амбротов невесело усмехнулся.

- Так и есть.

- Позвольте узнать: это нечто все ещё при вас?

Амбротов зло глянул на собеседника.

- Нет… Разве вы не видите? Разве не понимаете? Все сгорело в пожаре.

- А! Ясно. Просто, верни вы украденное костоправам, может, и отвертелись бы.

Амбротов как будто не слышал последней фразы. Его глаза сделались пустыми, взгляд остекленел. Он покачнулся и едва не упал. Дарваз, все ещё сжимая банку с Головой одной рукой, едва успел удержать его от падения. Этой же рукой он придерживал учёного, пока тот тяжело опускался на землю.

Дарваз выругался сквозь зубы. Лицо Амбротова было белее мела, губы посинели, а дыхание стало прерывистым и свистящим.

- Только не вздумайте умереть здесь, - прорычал Дарваз.

Он сбегал к ближайшему резервуару, набрал пригоршню воды, и грубо растёр жидкость по вискам и шее Амбротова.

Учёный дёрнулся, судорожно втянул воздух и широко распахнул глаза. В них на мгновение отразился ужас, прежде чем сознание вернулось в свою шаткую обитель.

- Вот так, - Дарваз вновь сбегал к резервуарам, и вернулся с ладонями, полными воды. - Пейте. Это не нектар богов, но на ноги поставит.

Амбротов сделал глоток, зашёлся в кашле, и на его впалых щеках проступил болезненный, лихорадочный румянец. Он обхватил голову руками, тяжело опираясь на плечо Дарваза. Влажный гул коллекторов, казалось, навалился на них с новой силой.

- Послушайте, - прохрипел учёный, вытирая слезящиеся глаза. - Здесь оставаться нельзя. Мой дом… он не так далеко отсюда, если выйти через Изнанку. Там безопасно. По крайней мере, там есть чистая вода.

Учёный с трудом поднялся, цепляясь за руку Дарваза, который вновь вооружился банкой.

- Нам нужно переждать ночь. Помогите мне добраться до квартиры, Дарваз. Завтра я расскажу всё. Клянусь.

Дарваз посмотрел на банку с Головой, затем на Амбротова. Идти в логово учёного казалось безумием, но оставаться в этом подземелье с обессилевшим спутником было ещё хуже.

Вполне очевидный выбор, решил он. И как всегда - отсутствие выбора. Не становится ли от этого проще жить?