Скальпель против магии

Глава 11. Козырь.

— Неужели Вы думали, что я я Вам откажу? — неприятно удивился лекарь, — идемте посмотрим.

— Тетушка Лиза! — побежала вглубь дома княжна, — у нас гости!

Дуняша и лекарь остались в большом холле усадьбы. Через минут пять она вернулась с высокой статной женщиной, в облике которой сразу угадывалась аристократическая порода. Но вот ее лицо. Одна половина была утонченной и очень красивой.

А вторую половину лица сорокалетней женщины уродовал страшный, багрово-синюшный нарост. Он стягивал кожу от самого уха, выкручивал нижнее веко и уродливо приподнимал правый угол губы в вечной, жуткой гримасе. Это был результат её, Алины, провала. Когда тётя получила ожог от взорвавшегося магического светильника, Алина, лучшая выпускница столичной Академии по классу магии Жизни, попыталась исцелить её. Она влила в рану чистую энергию, но вместо гладкой кожи пробудила хаотичный, безумный рост тканей. Заклинание заставило клетки делиться с дикой скоростью, превратив обычный рубец в плотный, бугристый монстр-келоид. Магия оказалась бессильна — любая новая попытка лишь увеличивала этот кошмар.

— Здравствуйте, господа! — величаво кивнула гостям хозяйка усадьбы, — Алина мне сказала, что вы можете мне помочь. Это правда?

— Разрешите, Ваша Светлость, осмотреть Ваше лицо? — спокойно попросил хирург. В его практике были случаи и пострашнее. Он подвел женщину к окну и внимательно осмотрел уродливый шрам. Вынув из кармашка бутылочку со спиртом, лекарь протер ими свои руки, и стал ощупывать образовавшийся нарост.

— Я возьмусь его удалить, но только в нашей операционной, — уверенно сказал он.

— Когда? — тут же спросила тетушка княжны.

— Хоть сейчас, — пожал плечами хирург.

— Тогда едем! — твердо произнесла женщина, — Архип, вели заложить мою карету! Я оставлю вас, чтобы переодеться.

— Хорошо, наденьте, что-то попроще и чего не жалко, — предложил Иван Петрович, — одежда может запачкаться.

— Я поняла! Я скоро! — кивнула хозяйка усадьбы и удалилась. Княжна взволновано стала расхаживать по комнате.

— Вы точно справитесь? — нервно спросила она.

— Хуже чем есть сейчас, точно не будет, — твердо ответил молодой человек.

Вскоре в холл вышла Елизавета Аркадьевна. На ней был простой сарафан, на который был накинут дорогой плащ. На голове была шляпка с вуалью скрывающей лицо.

— Я готова! Надеюсь, обратно я поеду уже без этой вуали! — произнесла изуродованная женщина.

— Отлично, поехали! — произнесла Елецкая.

Вскоре все уже были в доме Дуняши. По дороге обсуждали детали предстоящей операции. Было решено провести ее не в процедурной, а в операционной, где пациентку можно было положить на операционный стол. Пока Дуняша, с помощью Алины Николаевны, укладывала ее тетушку, Иван Петрович успел переодеться и мыл руки. Потом также переоделась его медсестра. А княжна надела халат, бахилы, косынку маску.

На столике возле операционного стола лежали скальпели, зажимы, тонкие шелковые нити, вымоченные в спирте, и драгоценный флакон с пяти процентным раствором гидрохлорида кокаина.

— Иван Петрович, вы уверены? — голос Алины дрожал. — Без чар… просто ножом? Вы понимаете, кто перед вами?

Иван Петрович даже не повернул головы. Он тщательно, до ломоты в суставах, тёр руки щеткой в тазу с мыльной водой.

— Ваша светлость, ваша магия здесь — как бензин в огонь, — сухо, отрывисто произнес Зубов. Попав в это тело, он быстро отучился от мягких манер прежнего лекаря-пьяницы. — Вы подстегнули клеточный митоз, не обеспечив направленного роста. Проще говоря — вырастили дикое мясо. Теперь работать буду я. Попрошу тишины.

Он подошел к столу. На крахмальной салфетке тускло поблескивали скальпели, пинцеты и шёлковые нити, трижды вываренные в дезинфицирующем растворе. Рядом стоял маленький темный флакон с надписью:Cocaine hydrochloride 5%. В Тверской губернии конца девятнадцатого века это было новейшим и безумно дорогим средством, приобретенное им в местной частной аптеке.

Зубов набрал прозрачный раствор в массивный шприц с толстой латунной иглой.

— Будет больно, Елизавета Аркадьевна. Держитесь.

Он начал послойно обкалывать здоровые ткани вокруг шрама. Шаг за шагом, вводя раствор веером, Зубов создавал лимонную корочку — зону инфильтрационной анестезии. Игла входила с трудом, пациентка судорожно вцепилась пальцами в края стола, а Алина зажмурилась. Но спустя три минуты судорожный вздох тёти утих.

— Иван Петрович… — прошептала Елизавета Аркадьевна, её веки удивленно приоткрылись. — Боль уходит. Я… я не чувствую правую щеку. Будто она из дерева. И в голове так легко…

— Кокаин блокирует нервные окончания, — коротко бросил Зубов, кончиком скальпеля покалывая кожу возле уха. — Чувствуете?

— Нет. Совсем ничего.

— Прекрасно. Дуняша, начинаем.

Зубов взял новый, остро заточенный скальпель. В его сознании, натренированном тысячами пластических и полостных операций в клиниках будущего, мгновенно прочертилась виртуальная сетка. Линии Лангера — естественные линии натяжения кожи. Если резать вопреки им, шрам снова расползется. Также он снова увидел пульсирующие артерии и вены, а также нервные стволы и веточки. Это уже был дар нового тела.

Сталь мягко вошла в плоть. Зубов вел лезвие уверенно, делая глубокие окаймляющие разрезы вокруг келоида. С хрустом, похожим на резку спелого арбуза, нож рассекал измененную магией ткань. Из-за действия кокаина сосуды частично сузились, но кровь все равно хлынула, заливая бледную кожу.

— Возьми тампон, Дуняша! Плотно прижимайте здесь, — скомандовал Зубов.

Дуняша послушно прижала марлю. Алина Николаевна видя настоящую, а не магическую кровь, побледнела. Зубов работал быстро и ювелирно. Пинцетом он подхватил край уродливого багрового лоскута и начал отделять его от подкожной клетчатки. Пережав зажимами несколько брызнувших артерий, он ловко перевязал их тонким шёлком.

Спустя десять минут плотный, похожий на кусок хряща магический рубец с влажным стуком упал в металлический лоток. На лице женщины зияла огромная, пугающая рана.

Алина едва не лишилась чувств:

— Боже… Вы же уничтожили ей лицо! Как это стянуть?!

— Головой работать надо, а не только заклинаниями, — буркнул Зубов, меняя скальпель. — Если я просто сближу края, у неё рот уползет к уху. Но нам не нужен новый Гуинплен!

— А это кто? — спросила Дуняша.