Страница 17 из 172
Джемс Бом слушал их, придурковато улыбаясь и делая вид, что не понимает, о чем говорят. Вдруг ни с того, ни с сего он похлопал пёстро одетых синьоров так сильно по спине, что те чуть не попадали на землю.
— Ох, профессор, перестаньте, — взмолились они, растирая себе спины. — Мы уже понимаем, что такое ненасильственное насилие… Ну и тяжеленькая же у вас ручка!
— All right now? — пробормотал Бом, добродушно улыбаясь, и потрепал каждого из них по щечке так, что те отпрянули как ошпаренные.
— Теперь мы понимаем, почему вашего друга выслали, — сказал один из них, стараясь держаться на приличном расстоянии от боевого профессора. — Только нам непонятно, почему долариканцы не обратились непосредственно в дирекцию лечебницы, а прибегли к вашему посредничеству, синьор Бим?
— Им неудобно было высылать его из Доларики официально, — ответил старший агент. — Сами понимаете, синьоры: общественное мнение, демократические свободы, неприкосновенность личности, судебная волокита… Поднялась бы шумиха… Поэтому полицейские власти города Кикиммор устроили профессору Бому бесплатную поездку на острова Караибского моря, будто бы для поправления здоровья, а частным путем обратились в наше агентство с просьбой законопатить смутьяна в вашу лечебницу на длительный срок, и чтобы все было шито крыто. Мы не могли отказать им в этой маленькой услуге. Сами понимаете… рука руку моет…
Мистер Бим так убедительно рассказывал министерским шутам гороховым о мнимых кознях полиции в штате Марихуана, что те в конце концов поверили, но решили набить цену.
— В лечебницу профессора Диогена присылают политически тронутых изо всех стран мира, — сказал один шут.
— Так что вряд ли найдется там свободная койка для вашего протежэ, — добавил другой шут. — Лечебница переполнена до отказа.
— Come on, синьоры! Не заливайте! — возмутился представитель АйАйАй. — Нам хорошо известно, что свободные места там есть. Ведь профессор Диоген каждый день рыщет по парку с зажженным фонарем в поисках недоумков, которым не повезло в жизни, и приводит их в лечебницу на даровое лечение. Чем наш пациент хуже?
— Amigos! У профессора свои причуды, и он имеет право приводить в лечебницу, кого ему вздумается. Бесплатные пациенты ему нужны для экспериментов. Зато платные койки для заграничных гостей там в обрез. Приходится записывать в очередь…
— Довольно дурака валять, синьоры! — рассердился мистер Бим. — У нас же с вами уговор: принимаете наших пациентов в первую голову и никаких испанцев. Как никак, санаторий и вы все находитесь на выхлопотанном мною иждивении. Получаете даровое молоко в порошке, бобы…
— Это правда, — перебил его один из чиновников. — Сидим на бобах. Буквально… Однако заграничные пациенты не хотят их есть. Им подавай ветчину, бифштексы, котлеты де-воляй… А за все это нужно платить долларами.
— Ах, вы об этом, — догадался Бим. — Не беспокойтесь. За профессора Бома будет заплачена двойная цена. Долларами. Но содержание должно быть по первому разряду и отдельная комната с ванной. Затем очень важно, чтобы у него там была полная свобода передвижения. И скажите директору лечебницы, чтобы его не таскали ни по каким обязательным лекциям или экспериментальным сеансам. Полная свобода, понимаете?
Представители Таракании моментально размякли, заулыбались и пригласили прибывших сесть в автомобиль.
— Скажем, все, что хотите скажем, — закланялись они. — Однако мы, как знаете, не имеем там большого влияния. Садитесь, синьоры, поговорим в машине. Сразу в лечебницу и покатим.
Шофер министерского лимузина был в форменной мешковатой куртке, обшитой золотыми позументами, но засаленной и с протертыми локтями. Все время он глуповато ухмылялся.
Машина рванула и помчалась по узкой и только местами мощенной улице.
Город был шумен и грязен. На улицах торговцы громко расхваливали свои товары. В канавах, по обочинам мостовой, играли полуголые ребятишки. Из ресторанчиков и биллиардных доносились хриплые звуки грамофонных пластинок и радиол, бренчание гитар и веселые возгласы. В центре города деревянные покосившиеся домишки перемежались с покрашенными в розовый и зеленый цвет каменными невысокими зданиями, подпертыми деревянными красными столбами. Дальше, у окраин пошли кое-как сколоченные из бамбука, картона и кровельного толя одноэтажные «ранчос», неуклюжие постройки, крытые листами гофрированной жести и окруженные узкими верандами.
Под стенами домов, прямо на тротуаре, спали бродяги. На верандах сидели старухи с седыми растрепанными волосами и сосредоточенно сосали сигары. Между постройками мелькали чахлые садики и огороды. Рядом простирались пустыри, загроможденные всевозможными отбросами, — пустыми коробками из-под консервов, селедочными головками, обглоданными костями и бумажками.
Пока старший агент АйАйАй и министерские чиновники договаривались о цене и комиссионных, лимузин въехал в более зажиточную часть города. По сторонам улицы поплыли утопающие в цветах виллы со сверкающими белизной стенами и просторными верандами. В садиках там росли апельсиновые деревца с зелеными, точно лакированными листьями.
В небе над ними зарокотал мотор. Шофер в раззолоченной дырявой ливрее обернулся к ним, ухмыляясь от уха до уха.
— Вертолет над нами, синьоры. Ха, ха, ха, тра ля, тра ля, траля ли… — запел он козлетоном и чуть не въехал на столб. Из-под колес взлетела, кудахтая, перепуганная курица. Машина стала плясать на мостовой, распугивая собак и детишек.
— Вертолет! Вертолет! Он к любви нас всех зовет, — захлопали в ладоши представители Министерства, впав вдруг в детство. — Этим вертолетом управляет красавица, какой свет не видал. Тра ля бом, тра ля бом, для любви мы все живем…
Чиновники забыли о какой-либо официальности. На их тупых лицах появилось выражение счастья, и они стали притопывать, напевать, подпрыгивать на сиденьях.
Бим и Бом глядели на них с разинутыми ртами.
— Почему они так обрадовались вертолету? — удивился Бом. — Неужели одно его появление так их взбудоражило?
— Возможно, — сказал Бим. — Но тогда почему мы не чувствуем прилива радости по этому поводу? Все, что я чувствую, это отрыжка от ром-папаи. А вы как, Джемс?
— Отрыжки у меня нет, но особенной радости тоже не ощущаю, — ответил тот. — Что это с ними?..