Родовое гнездо

Погрузившись в размышления, он даже не заметил, как женщины успели убрать со столов, унеся всё недоеденное в подпол. Осталось только сами столы разобрать. Но этим с утра займутся соседи. Тяжело поднявшись, парень в очередной раз вздохнул и, сообразив, что жена пришла одна, спросил:

– А Ведомир где?

– Так спит давно. Умаялся, сердешный. И то сказать, дитя малое, а столь всего разом навалилось, – тепло улыбнулась Радмила.

– А ты-то как, милая? – поинтересовался Беломир, вспомнив, что с момента возвращения даже не замечал жену, погрузившись в горе.

– Благодарствуй, любый. Добре всё, – отозвалась девушка с заметной радостью. – Устала малость, ну да то и не беда вовсе. Утром уж пройдёт всё.

– Дай-то род, – нашёлся Беломир и, обняв жену за плечи, повёл её к крыльцу.

Войдя в дом, они потихоньку разделись и улеглись в постель. Радмила, осторожно прижавшись к нему, пристроила головку на плечо и, вздохнув, тихо попросила:

– Обними меня, любый. Хоть какая ласка будет.

– Ништо. Вот родишь, тогда всё у нас будет, – отозвался Беломир, сообразив, о чём она говорит.

– Скорей бы уж. Тяжко, – всё так же тихо пожаловалась Радмила и, прикрыв глаза, тихо засопела.

Судя по тому, как она уснула, этот день дался ей сложно. Слушая её тихое, ровное дыхание, Беломир прикрыл глаза и замер, продолжая проигрывать про себя поход к горцам.

– Уймись, – вдруг услышал он знакомый голос. – Задумку ты имеешь добрую. И потому сложится у тебя всё. А пока просто жди и воев готовь. Непростое дело ты задумал. Спи, вой! – С этой фразой парень провалился в сон, словно в колодец.

Проснулся он от того, что рядом зашевелилась Радмила. Чуть вздрогнув, парень открыл глаза и, повернувшись к жене, спросил:

– Ты чего, поплохело?

– Чегой-то нутро тянет, – пожаловалась девушка. – Дозволь встать, – попросила она, осторожно сдвигаясь к краю кровати.

Одним слитным движением сев, Беломир быстро сдвинулся в сторону и принялся одеваться. Радмила, сменив нижнюю рубашку, сунула ноги в кожаные чувяки и, осторожно, поднявшись, направилась к двери. Помня, что в подобном состоянии у женщин посещение туалета одна из постоянных потребностей, Беломир поднялся и, чуть подумав, пошёл за ней следом. На заднем дворе он дождался, когда Радмила выйдет из «скворечника», и, посетив его, отправился к колодцу, умываться.

Но не успел он достать из колодца ведро с водой, как присевшая на крыльцо Дамира тихо охнула и, схватившись за живот, негромко позвала:

– Беломир!

Стремительно обернувшийся парень, увидев быстро намокающий влагой подол её рубашки, сразу всё понял и, подскочив, поднял жену на руки. Теперь всё зависело только от неё и бабки-повитухи. Отнеся Радмилу в баню, парень метнулся к печи и, быстро разведя в ней огонь, грохнул сверху горшок с водой. Потом, выскочив на улицу, он вихрем промчался по станице, и, вызвав повитуху, вернулся обратно. Дальше осталось только ждать.

* * *

– Пляши, казак, сын у тебя родился, – устало улыбнулась повитуха, присаживаясь на ступени крыльца бани. – Добре всё с ними, – отмахнулась она, заметив, с каким беспокойством Беломир смотрит на дверь. – Умаялась, вот и молчит. Да и сынок притих. Кормит, – пояснила она, заметив его непонимающий взгляд.

– Когда их в дом перенести можно? – взяв себя в руки, деловито уточнил парень.

– А вот сейчас малого покормит, и неси, – усмехнулась старуха. – В хате-то всё готово?

– Вроде всё, – хмыкнул Беломир с заметной растерянностью.

– Ладно, уж сама гляну, – хмыкнула повитуха, тяжело поднимаясь.

– Сделай милость, – закивал Беломир, судорожно вспоминая, правильно ли всё вспомнил.

Ведь когда Дамира рожала, его самого в доме не было. Вот и пришлось действовать скорее по наитию, чем по памяти. Впрочем, ничего особенного там не было. Чистое постельное бельё, пелёнки для малыша, ну и свежая вода для женщины. После родов женщины обычно пить хотят. Во всяком случае, ему так рассказывали. В общем, проверить всё приготовленное не помешает. Повитуха, пройдя в дом, вышла на крыльцо минут через пять и, одобрительно кивнув, усмехнулась:

– Сразу видать, что не первое дитя встречаешь. Добре всё сделал.

– Долго они ещё? – кивнул Беломир на дверь в баню.

– Гляну сейчас, – кивнула старуха и шустро засеменила в нужную сторону.

Проскользнув в помещение, она через несколько минут выглянула обратно и, улыбаясь, рукой поманила парня за собой. Беломир вошёл, стараясь не грохотать каблуками по доскам пола, и, подкравшись к полку, где лежала Радмила с малышом на руках, осторожно заглянул в ворох пелёнок, пытаясь рассмотреть хоть что-то. Устало улыбнувшись ему, Радмила осторожно откинула край пелёнки и настороженно уставилась на мужа.

– Вот не поверишь, ничего пока не понял, – растерянно улыбнувшись, честно признался Беломир, почесав в затылке. – По масти вроде на меня походит.

– Так и я вороная, – тихо рассмеялась Радмила.

– Пошли домой, милая, – махнув на всё рукой, ответил парень, осторожно подхватывая жену на руки.

– Так я сама, – пискнула Радмила, не забыв крепко обхватить его рукой за шею. Второй рукой она продолжала прижимать к себе ребёнка.

– Вот завтра будешь сама. А пока помалкивай, – буркнул Беломир, чуть подкидывая обоих, чтобы устроить на руках поудобнее.

Вынеся их из бани, парень легко взбежал на крыльцо и, ногой распахнув дверь, занёс жену в спальню. Уложив их на кровать, парень выпрямился и, окинув жену задумчивым взглядом, на всякий случай поинтересовался:

– Может, хочешь чего? Так ты скажи, мигом спроворю.

– Воды вон попью, и будет. Благодарствуй, любый, добре всё, – улыбнулась Радмила в ответ.

– Добре, отдыхай. Мне ещё Ведомира глянуть надобно, – кивнул парень, вспомнив о первенце.

Но к его огромному удивлению, малыш, проснувшись утром и с аппетитом позавтракав молочной кашей, которую ему с вечера успела сварить Радмила, просидел в хате с игрушками до самого обеда, после которого спокойно уснул. Что и продолжал делать теперь. Вспомнив, что в этом возрасте дети часто путают день с ночью, Беломир осторожно взял сына на руки и, разбудив, понёс умываться. Сонно потирая кулачками глаза, мальчик позволил себя умыть и, от души зевнув, весело улыбнулся отцу.

– Пойдём, малыш, брата тебе покажу, – усмехнулся Беломир в ответ, направляясь в дом.

Войдя в спальню, он с улыбкой понаблюдал, как Радмила рассматривает сына, и, усадив Ведомира рядом с ней, тихо попросил: