Страница 60 из 79
Слушая его, степняк медленно наливался дурной кровью, беззвучно шлёпая губами, словно рыба, вытянутая из воды. Потом, сунув горшок в руки казаку, он круто развернулся и быстрым шагом скрылся в толпе.
– Зря ты так, друже. Всё одно б купил. Я же видел, ему тот горшок нужен, – задумчиво хмыкнул казак, аккуратно возвращая товар на место.
– Не стал бы он его покупать, – отмахнулся Беломир. – Уж поверь, не станет вой с деньгами ради одной медной монетки так горло рвать. Торговался б для виду только. А этот ярился так, словно последние портки проиграл.
– И верно, – рассмеялся казак. – А я и не приметил.
– Я на него стороной смотрел. Потому и понял, – коротко пояснил парень, направляясь к своей кошме.
Но спустя примерно час всё тот же хазарин вдруг явился снова, в сопровождении двух молодых крепких воинов. Увидев это явление, Беломир не спеша поднялся, кивнув Векше и подойдя к телеге гончара, принялся с интересом оглядывать незваных гостей. Спорщик тут же ткнул в Беломира пальцем и принялся что-то быстро говорить.
– Ты зачем его обидел? – выслушав, спросил один из воинов, повернувшись к парню.
– Обидел? Я ему правду сказал, – пожал Беломир плечами. – Кричал тут так, словно серебряный кувшин покупать хотел. А всего-то глиняный горшок. Да ещё и ругаться принялся, словно пёс цепной. И кто, скажи, кого в таком разе обидел?
– Он по-вашему плохо понимает, – чуть скривился воин, неодобрительно покосившись на зачинщика скандала.
– Зачем тогда торговаться? – не понял Беломир. – Позвал бы кого, кто умеет по-русски баять, да купил бы, что потребно.
Вздохнув, воин начал что-то объяснять скандалисту. Выслушав его, тот скривился и, махнув рукой, быстро что-то протарахтел. Кивнув, воин повернулся к гончару и, ткнув пальцем в нужный горшок, спросил:
– Сколько за такой хочешь?
– Пять медных монет, – последовал ответ.
– Три даю, – вступил воин в торг.
Слушая эту перепалку, Беломир едва заметно улыбался. Наконец, торговцы сошлись на четырёх монетах, и воин, расплатившись, отдал товар скандалисту.
– Объясни ему, что, не зная речи, нельзя людей ругать. Так и убить могут, – нейтральным тоном высказался парень, небрежно опираясь локтем на телегу.
– Уже сказал, – вздохнул хазарин. – У нас мало кто вашу речь разумеет.
– А ты откель знаешь? – осторожно поинтересовался Беломир.
– Мать русской рабыней была, – помолчав, нехотя ответил воин.
– Хазары небось за своего не держат? – не удержался парень.
– Всяко бывает, – отмахнулся боец. – Я привык.
– Плохие у них времена пришли. Скоро и вовсе пропадут. Уходи от них, – чуть подумав, посоветовал парень.
– Куда? К вам? Там я русский, а у вас хазарином буду, – фыркнул парень, опуская ладонь на рукоять сабли.
– Станешь роду кланяться, казаком будешь, – твёрдо ответил Беломир. – Я выборный атаман казачьего войска. Беломиром кличут. Захочешь уйти, меня ищи. Добрый вой в любом стане потребен. А что до того, какого ты роду-племени, так у нас один род. Казачий. В пращура веруешь, на капище ему кланяешься, за стан свой стоишь, значит, казак.
– Мать про пращура сказывала, – задумчиво протянул воин.
– Тебя как мать назвала? – на всякий случай поинтересовался Беломир.
– Нежданом нарекла. Со мной ещё две сестры. Скоро замуж обеих отдавать, а приданого и нет толком.
– Вот с ними и приходи. И тебе место найдём, и сестёр твоих замуж отдадим. Уж поверь, недолго хазарам осталось. Верно знаю, – тихо добавил парень с намёком.
* * *
Казачий караван не спеша пылил по степи. Развалившись на мешочках со специями, Беломир в состоянии транса отслеживал всё происходящее вокруг, надеясь обнаружить засаду боярской полусотни раньше, чем начнётся драка. Но пока ничего необычного не происходило. С телегами было не разогнаться, так что ехали они не спеша, держа оружие под рукой.
Вынырнув из транса, Беломир отдышался и, глотнув из фляги специально заваренного для этой цели чаю, устало перевёл дух. Следующий сеанс полёта придётся делать часа через два. Благо это были ещё не предгорья, так спрятаться тут можно было только за очередным холмом. А вот в предгорьях придётся тяжелее. В лесах так просто сверху засаду не рассмотришь. Слишком густая крона у местных деревьев. Тут придётся двигаться вдоль тракта, чтобы вовремя заметить противника.
Выждав примерное время, парень устроился поудобнее и снова погрузился в транс. Векша, ехавший в соседней телеге, то и дело оглядывался на приятеля, будучи готовым в любой момент прийти на помощь. Рядом с повозкой Беломира верхом ехал и Родомил. Старый казак отлично понимал, что в состоянии транса парень беспомощен. Так что всё делалось под серьёзным присмотром соратников.
Поднявшись над степью, Беломир пролетел на пару десятков вёрст вперёд и, убедившись, что по ходу движения никакой опасности нет, начал возвращаться, когда вдруг заметил пыль над дорогой. Удивившись, парень направил свой дух в ту сторону и, увидев две кибитки, кативших вслед каравану, опустился пониже. К его огромному удивлению, за ними вслед ехал не кто иной, как полухазарин Неждан.
В очередной раз придя в себя, Беломир бросил в небо быстрый взгляд и, убедившись, что на ночёвку караван встанет часа через два, повернулся к Родомилу, негромко попросив:
– Друже, вели на привал вставать.
– А чего до сроку-то? – растерялся казак.
– Тот хазарин, Неждан, за нами вслед едет. Хочу, чтоб догнал, – коротко пояснил Беломир.
– Чего он тебе? – помолчав, задумчиво поинтересовался Родомил.
– Для станицы добрый вой будет. У тому же две сестры у него. Глядишь, у наших казаков семьи появятся, – пожал Беломир плечами, сам толком не понимая, с чего вдруг поверил незнакомому парню. – На капище сведём, а там как пращур решит.
– Добре. Будь по-твоему, – чуть подумав, решительно кивнул Родомил, пришпоривая коня.
Выехав в голову колонны, он принялся отдавать нужные указания, рукой указывая в нужную сторону. Ночёвка в степи дело непростое. Лошадям нужна вода и пища, а самим путникам топливо для костров. А самое главное, место должно быть таким, чтобы со стороны не сразу заметить караван можно было. Свернув с тракта, караван прошёл ещё примерно с версту и встал на берегу небольшого родника.