Страница 82 из 94
— Макс, ты в своем уме? Дернул меня прямо посреди приема! С тебя двойной тариф.
— Мне плевать на тарифы, Рома, — отрезает Макс.— Делай свою работу.
Врач подходит ко мне, достает из чемоданчика инструменты и начинает осмотр. Я покорно выполняю все его команды, пока он слушает мои легкие и измеряет давление — скорее для того, чтобы успокоить бьющегося в истерике Макса, чем по реальной необходимости. Под конец Рома достает экспресс-тест на ковид и аккуратно берет мазок.
Мы молча ждем несколько минут. На полоске проступает одна четкая линия.
— Отрицательный, — выносит вердикт Рома, и я слышу, как Макс за моей спиной шумно выдыхает. — Но радоваться рано. Инкубационный период никто не отменял. Сейчас мы можем только наблюдать. Я выпишу препараты для поддержки иммунитета, чтобы усилить сопротивляемость к вирусу. Пить строго по часам.
Врач быстро черкает на листке названия лекарств, собирает вещи и поднимает взгляд на Макса:
— И да, чуть не забыл. Раз уж я здесь… Завтра жду вас обоих у себя в клинике на плановое УЗИ. Срок позволяет, так что завтра мы уже сможем узнать пол ребенка. Постарайтесь обойтись без нервов до утра.
— Мы будем, — коротко бросает Макс, на секунду засветившись радостью от того, что уже завтра он узнает пол ребенка.
Он провожает врача, расплачивается и возвращается в спальню. Он суров и резок как никогда. Я не знаю, как к нему подступиться, как снова заговорить о помощи моей маме.
— С сегодняшнего дня ты сидишь дома, — муж первый начинает диалог. Я слышу, как напрягаются его голосовые связки от того, что он сдерживает крик. — Ты больше ни шагу без меня не сделаешь, поняла?
— Может, на цепь меня посадишь? — взрываюсь.
— Нужно будет — посажу! Если ты сама не понимаешь, что творишь. Если ты постоянно пытаешься угробить нашего ребенка, что мне еще остается?! Ты сама вынуждаешь меня идти на крайние меры!
— Я не стану это терпеть, Макс. Все, с меня хватит. Ты уже перешел черту. Это невозможно… — обессиленно вздыхаю, складывая руки на груди.
— Что ты имеешь в виду? — Муж настораживается всем своим телом.
Он сосредотачивает выжидающий взгляд на моем лице, ждет, как хищник, когда жертва совершит ошибку и сделает неверное движение.
— Я хочу уйти, — слова вырываются сами собой. Обида за то, что он, такой сильный и властный, способный одним звонком спасти маму, и пальцем не пошевелил, топит меня с головой.
— Что ты сказала? — Он в несколько быстрых шагов оказывается рядом, нависает надо мной тяжестью всей своей злости. Пыхтит, впивается страшным взглядом в глаза.
Он все слышал, но дает мне возможность исправиться. Дает шанс избежать подступающего шторма. Но меня уже несет. Я готова была терпеть его гиперопеку, контроль, отдать ему свою жизнь в управление, но то, как он поступил в отношении мамы, — не могу простить. Страх «связавший» руки и ноги тяжелым хомутом ослабевает под тяжестью невыносимой обиды.
— Я хочу уйти, Макс. Что непонятного? Плохо слышишь? Уши прочисть! Я ОТ ТЕБЯ УХОЖУ! Насовсем! Понял?