Страница 44 из 78
Глава 28 Ночь перед зимним солнцестоянием.
Надвигалась ночь Зимнего Солнцестояния — время, когда магия становилась настолько плотной, что ее можно было ощутить физически.
— Лилиоза, — позвал Брайн и осторожно придержал меня за локоть.
Младший принц выглядел встревоженным.
— Сегодня... постарайся не выходить из комнаты после заката. И если сможешь... не запирай дверь на магические заслоны, — добавил он.
— Ты всё это время меня ждал? Почему? — забросала я его вопросами.
Я нахмурилась, ощутив, как внутри липко шевельнулось нехорошее предчувствие.
— Очередная «забава» Анфела? — продолжила я. — Или это связано с праздником? Тебе не о чем волноваться, я больше не хожу на вечерние трапезы знати.
— Нет, то есть... — осекся он и качнул головой. Понизив голос до шепота, юноша пояснил: — Сегодня пик силы. Поводок, на котором Аэрон держит своего Зверя, истончается. В ночь перед Солнцестоянием ирбис берет верх. Он не опасен в привычном смысле, но неуправляем. Ему тесно в четырех стенах башни, и он будет искать то, что резонирует с его магией. Да и не только он подвержен подобному... Все мы. Магия будоражит и заставляет открывать то, что в обычное время сокрыто.
Брайн выразительно посмотрел на мое запястье, скрытое длинным рукавом платья.
— Он придет ко мне? — взбудораженно выдохнула я.
Чего в этом коротком вопросе было больше: липкого страха или трепетного предвкушения?
— Он придет туда, где его примут, — тихо ответил Брайн. — А может, где он сам хочет быть. Просто не пугайся. Он сейчас не совсем в себе. Магия Солнцестояния действует на него, как самый крепкий эль. Или как пыльца фей, что только сменили крылья.
— А что... Что с Азалией? — отстранённо спросила я.
Я погрязла в тяжелых раздумьях. Закрыть только щеколду или всё же включить магический охранный контур? Неужели защита вообще поможет от Высшего? И чего на самом деле хотела я сама?
— Ты точно хочешь это знать? — печально уточнил принц.
— А? — моргнула я.
Посмотрев на не по годам серьезное лицо младшего принца, я мотнула головой.
— Нет. Ты прав, не хочу. И... спасибо тебе, — произнесла я.
— За что? — удивился Брайн.
— За то, что не утаил, — со слабой улыбкой ответила я. — Давай как-нибудь пообедаем вместе?
— А? — удивленно приподнял он брови. — Да... Хорошо.
Я уже хотела уйти, но остановилась, настороженно оглядев парня.
— Что-то вспомнилось... Я никогда не видела тебя на застольях знати, — задумчиво произнесла я. — Пожалуй, на общих пирах тебе и впрямь делать нечего, но ведь едят в замке не раз в сутки? Неужели ты всегда один?
— Когда-то ко мне приходил Аэрон, — пожал он плечами.
Юноша произнес это так ровно, будто в его постоянном одиночестве не было ничего необычного.
— Вот как... — замялась я. — Что ж, пришли мне список того, что ты любишь, и я всё организую.
Брайан благодарно улыбнулся и пошел в противоположную сторону галереи.
Когда я вернулась в свои покои, вечер неумолимо приближался.
Я села в мягкое кресло и закрыла глаза. Статуя ледяного ирбиса в углу, казалось, неотрывно следила за каждым моим движением. Разыгралось воображение? Но Брайн был прав — сегодня, да и несколько дней уже как, всё ощущалось иначе.
— Ну уж нет! — подскочила я с места.
Я решительно подошла к защитному артефакту у двери и с силой вдавила руну. По стене послушно пробежала голубая искра.
— Так-то лучше... — пробормотала я.
Напевая незатейливую мелодию, я отправилась в ванную, совершенно не заметив, как провела в горячей воде несколько часов.
— Так... А это еще что? — одернула я саму себя.
Я стояла перед огромным напольным зеркалом в одном тонком шелковом халате. Ко мне неожиданно пришло пугающее осознание, что я уже добрых полчаса с замиранием сердца перебираю кружевные сорочки.
— Чтоб лёд растаял, что я вообще делаю... — прошептала я.
Тихий, едва уловимый щелчок со стороны окна заставил меня замереть. Магический контур слабо мигнул и бесшумно погас, словно никакой защиты и не было. А следом раздался шорох когтей по полу.
Я резко обернулась, в испуге выронив из рук невесомые сорочки.
Возле двери стоял огромный, пушистый снежный ирбис. Но его глаза... Они неестественно светились ярким звездным сиянием. Зверь буквально источал дикую магию, переполнившись ею до самых краев.
Зверь шумно повел носом, втягивая воздух, и вдруг... неловко пошатнулся. Ирбис издал короткий, забавный звук, похожий на сдавленное мурлыканье, и одним прыжком взлетел на мой туалетный столик. Дорогие флаконы с притираниями градом посыпались на пол, разбиваясь с мелодичным звоном, но он этого даже не заметил. Он завороженно наблюдал за тем, как по стене медленно ползет блик от магического светильника.
— Аэрон? — неуверенно позвала я.
Зверь резко обернулся, склонив голову набок так сильно, что едва не свалился со стола. В его движениях сквозила странная, неуклюжая грация, совершенно несвойственная этому смертоносному хищнику. Он спрыгнул вниз, припал на передние лапы и вдруг начал неистово крутиться на месте, пытаясь поймать собственный пушистый хвост.
— Похоже, кто-то основательно перебрал с магией... — ошарашенно просипела я.
Я совершенно не знала, что делать и как поступить с этим огромным хищником. Опальный принц, который держал в ледяном страхе половину двора, сейчас дурачился и катался по ковру, как самый обычный домашний котенок.
— Эй, тише, Аэрон, вы же так всю комнату разнесете, — невольно улыбнулась я.
Я провела рукой по лицу, стирая со щеки ароматную пудру, разлетевшуюся от разбитых флаконов.
Я сделала осторожный шаг к нему, но ирбис тут же отпрыгнул и юркнул под стол, хитро сверкая оттуда серебристыми глазами. Затем он пулей выскочил с другой стороны, пронесся мимо меня, едва не сбив с ног, и запрыгнул прямо на кровать, азартно рыхля мощными лапами пуховое одеяло.
— Перестаньте! — засмеялась я.
Я не выдержала и, забыв обо всех страхах, бросилась следом за ним.