Страница 48 из 76
– А потом ребёнок ваш отравится и будет на туалете сидеть!
– Кишки почистит!
Да что за человек?!
Выхватываю у него посуду, сама иду к корове. Надоел! Сейчас я покажу ему, у кого из нас
двоих стальные яйца!
– За этот поступок вы переведёте меня на удалёнку!
– Условия надо было диктовать до того, как сама согласилась, – самонадеянно произносит,
явно почувствовав свою победу.
Я беру стульчик и одновременно мечу острый взгляд в Лазарева.
– Ладно-ладно, договорились, – поднимает руки вверх. – На удалёнку.
– И вы об этом никому не скажете!
– Можно только Ире?
– Никому!
– Какая ты скучная.
– Всё, не мешайте, – ставлю на стульчик, пододвигаю кувшин. Не уверена, что надо сразу в
него молоко лить, но я и не профессионал.
Берусь за вымя. Сиськи, блин… как он их назвал, Лазарев.
Так. Я смогу. Что тут сложного? Я видела видео, ничего сложного там не было.
Надавливаю – и молоко тут же плещется в кувшин. О-как!
Нет, ну мы тогда быстро его организуем.
Вот никто не поверит, что я корову доила… А я делаю это! Меняю технику, ищу, как быстрее
льётся. Нахожу идеальный вариант и чувствую себя настоящей дояркой: вверх-вниз, вверх-вниз.
Как льётся-то хорошо!
Неожиданно за спиной звякает деревянная дверь.
Оборачиваюсь — вижу Лазарева, он с каждой секундой отдаляется всё дальше и дальше.
Срывается почти бегом, скрывается за домом, оставляя у меня в голове одни вопросы.
Это он чего?..
Возвращаю взгляд на корову. Она тоже в шоке, судя по тому, как тупо жуёт сено и косит на
меня глазом, спрашивая мол: «Ты поняла, что случилось?».
– Странный он какой-то, – шепчу и продолжаю своё дело. Наполнив кувшин, хлопаю коровку по
широкой тёплой спине, благодарю её за то, что Тим сегодня попьёт хорошего молочка.
Быстро возвращаюсь к дому Лазаревых — боюсь, что хозяйка коровы меня поймает. Я ж не знаю,
заплатил этот кретин или нет.
Вернувшись, ставлю кувшин на стол. С гордостью, аж искры из глаз. И руки мою. Тщательно, с
мылом.
– Долго ты, – слышу от деда, постукивая пальцами по столу. Капец. Для нас, городских, это
вообще-то достижение.
– Да сын ваш кинул меня, – недовольно вытираю руки полотенцем. Задушила бы его им.
– А он чё-то прибежал весь какой-то напряжённый, в ванной закрылся, – сдаёт своего сына с
поличным. И потом, не моргнув, прожёвывая жареную яичницу, добавляет: – Приспичило,
наверное.
Ну, Ренат Николаевич этот! Непредсказуемый!