Страница 45 из 67
Резко развернулась и пошла в замок. Болеть начала не голова, а низ живота. После потери
ребёнка цикл пока ещё не восстановился, но, видимо, если не сегодня, то завтра он вернётся.
Ужинать я осталась у себя в комнате, сославшись на дурное самочувствие. Ко мне отправили
Глена — домашнего лекаря. Он увидел, что я не в духе, и, уловив специфический запах, сказал:
— Что болит?
Я положила руку на живот.
— Принесу тебе зелье через час. Пить по необходимости — по тридцать миллилитров. На ночь —
лёгкое успокоительное.
— Глен, зачем княгиня отправила мне этих… — задумалась, как бы вежливо сказать.
— Дам, — подсказал мужчина с улыбкой. — Явно чтобы ты оттачивала своё мастерство ставить на
место выскочек аристократического происхождения. И помни, милая, ты выше всех их по статусу.
— Спасибо, — сказала, сдув всю свою воинственность.
— Отсиживаться в эти дни не стоит.
— Воняет, — пожаловалась.
— Принесу тебе ещё нейтрализатор для таких запахов. Полностью не уберёт, но будет едва
уловимый.
— Спасибо.
— Должен, как целитель, спросить: раньше цикла не было? — Я покачала головой.
Муж вернулся, когда я уже сладко спала у себя в кровати. Мэри спала в моей спальне — на
принесённой узкой кровати рядом с моей. Мишу она сразу услышала и встала. Жестом попросила
его выйти, чтобы не будить.
— Почему запах крови? Она поранилась?
— Нет, господин. Можем выйти? Госпожа только уснула.
Михаил вышел к себе в комнаты. Мэри, выйдя, сказала спокойно:
— У вашей жены наконец-то восстановился женский цикл. Для будущего зачатия это очень важно.
Целитель выдал ей зелья, и она уснула.
— Ей больно? — с тревогой спросил муж.
— Уже нет. Утром будет рада вас видеть. Женщины в такие дни капризны и очень ранимы.
Он кивнул с пониманием.
Утром я проснулась от ощущения тяжести рядом с собой. Испугалась не на шутку.
— Это я, — услышала Мишу. — Пришёл полчаса назад и внаглую забрался к тебе в кровать.
Улыбнулась чуть натянуто и поцеловала мужа.
— Мне в ванну очень нужно. Подождёшь меня в гостиной?
— Хорошо.
Он ещё раз поцеловал меня и первым вышел. Мэри кликнула слуг, и те сменили постельное
бельё, забрав его в стирку. А мне помогли отмыться — я крепко уснула, и прокладка сильно
протекла. Благо в этом мире были нормальные средства гигиены и даже материалы, не
пропускающие влагу, поэтому перина осталась чистой — в отличие от одеяла.
— Всё хорошо, — в сотый раз проговорила служанка, помогая мне отмыться. — У всех по-разному
проходит.
Она помогла мне надеть все элементы одежды и уложила волосы.
В гостиной муж был уже не один — фрейлины тоже столпились. Благо я опрыскалась зельем и
выпила обезболивающее. Наплевав на мнение барышень, подошла к мужу и обняла его. Он довольно
улыбнулся, сгреб меня в объятия и даже поцеловал в губы.
— Кхм-кхм, — сказала старшая по возрасту. — Это неприлично.
— Неприлично — вваливаться в чужую комнату без приглашения.
Сегодня я продолжила рисовать портрет. Линде разрешила параллельно вышивать, только иногда
прося сесть в нужной позе. За день удалось написать почти всю картину, оставив на завтра
мелкие штрихи — их всё ещё много. Фрейлины смотрели с восторгом на картину, которая
получалась. А в конце следующего дня зашла княгиня со своей свитой. Она была в восторге от
работы.
— Дорогая, это великолепно! У тебя явно талант!
— Благодарю!
Вечером меня попросили передать на кухню несколько своих рецептов, чтобы их могли
приготовить на обед следующего дня. Очень понравились правящей семье борщ и пироги. Старшая
по возрасту из фрейлин оказалась ещё и старшей среди них. Попыталась опять попенять мне —
мол, это неправильно, быть тут и якшаться с прислугой. А тем более — готовить. Звучит как
бубнёж старухи.
— То есть, если вы останетесь в своём поместье одна, без слуг, то помрёте с голода? —
спросила я. — Какая жалость.
Мигом заткнулась.
С главной кухаркой обсудила нюансы приготовления борща.
— Старший княжич уже заходил, просил приготовить борщ — именно такой, как вы готовили. Мы
пробовали повторить, рецепт-то помним, но, видимо, что-то не учли.
Я немного посидела в уголке на кухне, подсказывая по нюансам.
— Вот голова моя дырявая! — сказала одна из кухарок. — Точно, вы тогда просили пассеровать
на сковороде с добавлением большого количества томата!
— А ещё, кажется, копчёная колбаска была основой бульона.
— Первый раз Михаил пробовал без мяса, — сказала кухаркам. — Это потом уже — с колбаской и
тушёнкой. И с ними действительно вкуснее.
Я сначала услышала чужой вскрик, а потом заметила глаза перепуганной молодой кухарки.
Поднялась и увидела, как кровь капает на застиранную тряпку.
— Промой рану под проточной водой с мылом. Есть чистая ткань, чтобы зажать порез. Очень
глубокий? Иди сюда, помогу.
Мне пройти было сложно, особенно с моим платьем. Руку ей замотали, и она подошла ко мне. Я
проверила — порез очень глубокий, она едва не отрезала себе пару пальцев и была крайне
напугана.
— Эй, парнишка, придержи её, чтобы сейчас не упала.
Мы отошли чуть в сторону. Я подложила под её руку тряпицу, которая быстро напитывалась
кровью, и своей рукой накрыла её рану. Девушка судорожно вздохнула, глядя на свет,
полившийся из моей ладони:
— Вы целитель… — сказала она с тихим восторгом.
Я исцелила ей руку — даже шрама не осталось. Пальчики снова двигались как нужно.
— Будет слабость от потери крови, — предупредила я её и старшую кухарку. — Если есть порезы
или свежие травмы, скажите сразу.
— Кости только болят, — сказала старшая кухарка.
— Все или где-то конкретно?
— Спина почти всегда и суставы.
— Я подумаю, чем можно помочь. Что-то ещё?
Они не рискнули ничего сказать. Поблагодарили за ту помощь, что была оказана одной из них.
Я направилась к лаборатории Глена. Старшая фрейлина снова взялась за своё брюзжание:
— Вы не должны якшаться с прислугой. Перебинтовали бы ей пальцы — кухонные, этого было бы
более чем достаточно!
— Ты дура или прикидываешься?
— Что?! — оскорбилась фрейлина.
— Какая от тебя польза? А? Какая от тебя польза для развития и процветания княжества? Или