Страница 38 из 67
— Госпожа, помогите, восстановите справедливость! Из-за него моя дочь наложила на себя
руки!
Я влетела в дом и застыла в шоке, увидев страшную картину – девушка перерезала себе горло.
Глен едва не сбил меня с ног, но, ощутив запах крови, мигом выставил всех на улицу и через
мгновение сам вышел.
— Мало того, что жизнь девчонке сломал, теперь её смерть на твоих руках.
— Так я её не убивал, — хмыкнул самодовольно парень.
— Лично — нет, но причастен. В одной деревне был случай — будет вам поучительный пример.
Там молодую девчонку, как эту, снасильничали. А потом ещё парень обвинил её, мол, она
потаскуха. Часть села окрысилась на неё и привселюдно стали избивать. В ту деревню, в тот
роковой для них день, приехал хозяин тех земель. Узнав о случившемся, он выслушал обе
стороны и наказал виновных, дав им по сто плетей. Деву он признал невиновной. А вот тогда
насмерть забили некоторых — и одним из них был насильник, а также его мать. Той девчонке
пришлось уйти из села.
— Что предлагаешь с этими делать? — спросил Глен.
— По его вине погибла дочь у родителей. Значит, должен свою жизнь отдать.
— Нет, помилуйте! — закричала мать парня.
— Глен, какова кара за убийство?
— Повешение.
— Но он не убивал!
— Он сделал хуже, — сказала, как отрезала. — А вас тоже стоит у позорного столба поставить
на несколько суток — и отца, и мать, — сельчане удивились, — чтобы все видели, кто воспитал
такого выродка. Вы думаете, я буду слова подбирать? Нет. Для меня он не лучше бандитов,
которых мой супруг ловит и казнит. Для меня этот парень — с ними на одном уровне. А всё
потому, что отец с матерью так воспитали — и значит, тоже виновны. Притом я не говорю, что
вас пороть будут. Но постоять у позорного столба вам стоит — может, что в голове и перемкнёт
в нужную сторону.
— А правильно княжна говорит, — сказала одна из молодок. — Я уже второй год за вашим
старшим сыном замужем — муж он хреновый. Ни в постели толком ничего не может, ни по дому.
Ещё и руки пытается распускать. Только не зря я дочь кузнеца — рука у меня тяжёлая. Почти
перевоспитала дурня. Как прилетит ему от меня скалкой — так сразу шёлковый становится и за
дело берётся.
— Пусть князь его судьбу решит! — завопила баба.
— Ну и дура ты, — сплюнул Глен ей под ноги. — Зря моего брата упомянула. Будет только хуже.
Но будь, по-твоему. Я ему передам ситуацию. Солдаты, эту мразь — в темницу городскую. А вы —
если попытается удрать из деревни, найдут и высекут.
Женщина думала, князь пощадит её сына. Наивная. Ушла к своему деревенскому дому. Таня,
девчонка, что отправили с нами, уже обед приготовила и дом успела отдраить.
— Когда ты всё успела? — спросила я у неё.
— А что тут убирать? Дом в чистоте поддерживали, потому мне и не сложно было. Госпожа, я
перебрала ваши платья и проветрила их. Постельное постираю, если позволите.
— Как считаешь нужным. Глен, я вот думаю, нужно в этом доме сделать место, где смогу
спокойно заниматься с травами и готовить зелья. А потом, может, следующей травнице перейдёт.
— Сейчас поедим и подумаем.
После еды мужчина посмотрел две комнаты. Было решено большую кровать разобрать и убрать на
чердак. Чердак может быть жилым, но пока тут никто жить не будет. А перину, что была, Таня
взялась поделить на две — будет два спальных места в одной комнате. Кровать у печи решили
пока оставить, даже с соломенным матрасом. У брата во второй комнате был соломенный матрас.
И если Таня переделает перину на две, то на всех односпальных кроватях будут матрасы. И если
что — можно либо гостей принимать, либо пациентов. В эту комнату мы решили заказать стеллажи
— сделали под них замеры. В шкафу свою одежду оставила — переодеваться всё же нужно и личные
вещи хранить тоже.
— Ещё нужно сделать шкаф — часть зелий нужно в темноте хранить. А часть — вообще в холоде.
Погреб подойдёт идеально. Думаю, там можно выделить одну нишу. Тем более брат заказал мне
стеклянные бутылки для зелий — будет удобно.
— Согласен.
Уехали сегодня до темноты. Глен сразу отправился к брату и пересказал сегодняшнюю ситуацию
в деревне. А потом застыл, осознавая:
— Тот пример, что она рассказала, — это ведь произошло с ней!
— Не трогай Анну с этим вопросом, — попросил его брат. — Сейчас главное, что у них с Мишей
налаживаются отношения. А завтра отправлю с тобой своего представителя. Его в лицо знают все
— и боятся.
Мужу пришлось рассказать, что сегодня было. Правда, про свой пример я умолчала — не
хотелось о таком говорить.
— Они пожалеют, что не повесили его сразу, — вздохнул парень. — Отец жестоко за такое
наказывает. А ты правильно сделала, что отстояла ту девушку.
Мы сидели рядом на диванчике в его гостиной, и я после этих слов уткнулась лбом в его
плечо.
— Спасибо. Очень тяжело доказывать, что девушка, которую взяли силой, в этом не виновата.
Хуже всего — когда предлагают ещё и поженить после такого. Это так мерзко! Или когда парень
обвиняет поруганную им девушку, называет её потаскухой — и её полсела избивает, не веря её
словам.
Вот не собиралась говорить — а проговорилась. Рука мужа, которой он меня обнял и гладил по
спине, замерла. Он явно осмысливал услышанное. А потом, ничего не спрашивая, просто обнял
меня.
— Моя девочка, я тебя не обижу и никому не позволю.
— Мне нужно подобрать семье, что мы с Гленом учим, какую-то книгу для чтения. Поможешь?
— Ты говорила, у них двое детишек. Думаю, стоит брать детскую — со сказками. Там и слова
проще, и детворе интересней. Пошли в библиотеку.
Кроме того, что он проводил меня до библиотеки, муж устроил небольшую экскурсию по замку —
от моей комнаты до самой библиотеки. Потихоньку начал показывать, где и что в замке
находится. Сам оговорился, что они с братьями облазили замок вдоль и поперёк, как только
научились ходить.
Сама библиотека поразила меня масштабом. Столько книг — ни в этой, ни в прошлой жизни я не
видела. Замок сам по себе был достаточно аскетичным: только в комнатах имелся минимальный
декор. Комнаты моего мужа тоже были скромными — только необходимая мебель. Диванчик в его
гостиной, кажется, поставили в день нашей свадьбы, потому как смотрелся он там немного