Страница 34 из 62
Это всё было не важно — она уже не изменит прошлого. История не терпит сослагательного наклонения. Мама не права. Если она рассказала правду Алисе, значит, она признала ошибку, даже до конца этого не понимая.
Вероника точно знала: кошмар, из-за которого страдает её дочь случился из-за её трусости. Лев прав: она должна была дать ему шанс принять решение.
Вероника аккуратно поднялась из-за стола и размяла онемевшие ноги. Медленно, словно в трансе, она принялась варить куриный бульон. Вероника больше не плакала — она медленно снимала пенку, закидывала лапшу, нарезала зелень.
Затем она прибиралась на кухне и поднялась наверх — проверить маму. Та спала, отложив книгу. Вероника тихо закрыла дверь и постучалась в комнату сына.
— Заходи, — крикнул Витя. Он сидел за компьютером и даже не смотрел на неё.
— Вить, — она зашла. — Присмотри за бабушкой, накорми её — суп на плите. Мне нужно отъехать. Если будет хуже — звони сразу.
Витя молча кивнул. Вероника посмотрела на сына — как же он вырос! Ей было больно от того, что он не делился с ней своими чувствами. Неужели он не хочет всё обсудить?
— Мам, мне правда заниматься нужно.
Вероника вышла из комнаты, чтобы Витя не увидел вновь подступивших слёз. Она приняла душ. Вода была горячей, почти обжигающей. Она стояла, уткнувшись лбом в кафельную плитку, и чувствовала, как усталость растекается по телу. Потом выключила воду.
Вероника посмотрела на себя в зеркало. Красные глаза, бледное лицо, дрожащие губы. Она быстро переоделась, взяла ключи от машины и вышла из дома.
— Мне хватит сил, — сказала она себе.