Страница 3 из 36
Глава 1
Полина
Я поняла, что совершаю что-то очень странное, еще в тот момент, когда третий раз за утро
переоделась и в итоге все равно выбрала то самое платье «получше», которое на деле было не
то, чтобы лучше, а просто единственным, которое не кричало: «Я пришла сюда от
безысходности».
Платье было красное, с россыпью разноцветных цветов, не новое, но любимое, и я даже
постояла перед зеркалом лишнюю минуту, пытаясь убедить себя, что выгляжу в нем не как
женщина, которая идет наниматься в невесты, а как нормальный человек с нормальной жизнью. Не
вышло. Из зеркала на меня смотрела та же я: рыжые волосы кое-как уложены, губы поджаты, в
глазах тревога, а в голове одна и та же мысль по кругу: Полина, ты куда собралась? Может, не
надо? Может, еще можно притвориться, что это была шутка? Но мама спокойно спала после укола,
на тумбочке лежали чеки за лекарства, а в телефоне висело сообщение от врача с сухим и очень
вежливым напоминанием, что время — не наш союзник. И вот именно поэтому я стояла у двери,
сжимала ремешок сумки и говорила себе:
— Ничего. Просто сходишь, посмотришь и уйдешь. Смотреть же не запрещено.
Сказала так уверенно, и будто сама себе поверила, и из квартиры все-таки вышла.
Само агентство находилось в центре, в новом стеклянном здании, где все блестело так, будто
там даже пыль боится оседать без разрешения. Я вошла в холл и сразу почувствовала себя
неуютно. Не потому, что кто-то на меня посмотрел косо. Наоборот, на меня вообще никто не
смотрел, а это иногда еще хуже. За стойкой сидела девушка с таким идеальным макияжем, что
мне захотелось проверить, не нарисована ли она. Она улыбнулась профессионально, ровно
настолько, чтобы я не чувствовала себя совсем уж бедной родственницей, и спросила:
— Вы к нам по записи?
— Да, — ответила я и зачем-то добавила: — Наверное.
Она глянула в планшет.
— Полина Лебедева?
— Уже страшно, как официально это звучит.
Улыбка у нее стала чуть живее.
— Не волнуйтесь. На первый визит все приходят немного напряженными.
— Немного — это вы мне польстили.
— Третий этаж, кабинет четыреста шесть. Вас ждут.
Лифт ехал очень быстро. Я даже не успела как следует передумать, а уже вышла на нужном
этаже и увидела перед собой приемную, где сидели женщины. Девушки. Красавицы. Вот прямо без
преувеличений. Одна — длинноногая, с такими гладкими темными волосами, что у меня в голове
сразу всплыло слово «шелк», хотя я терпеть не могу это слово в описаниях. Вторая —
тонкая-звонкая, светлая, в брючном костюме, как будто не в брачное агентство пришла, а
подписывать договор о покупке нефтяной компании. Третья листала журнал и была такой
ухоженной, что рядом с ней я ощутила себя булочкой с корицей среди выставки ювелирных
изделий.
Я остановилась у двери и очень серьезно подумала: все. Спасибо, достаточно. Разворачиваемся
и уходим. Никуда меня тут не возьмут, даже если вдруг решат, что им срочно нужна невеста с
талантом печь медовик и паниковать молча. Я уже сделала шаг назад, когда дверь кабинета
открылась и оттуда вышла женщина лет сорока, аккуратная, в светлом костюме, с уверенной
улыбкой.
— Полина? — уточнила она.
Я натянуто улыбнулась.
— Пока еще да.
— Проходите, пожалуйста. Я Елена Викторовна.
— А если я передумала прямо у порога? Это считается уважительной причиной?
— Считается обычной реакцией, — спокойно ответила она. — Проходите. Передумывать удобнее
сидя.
Вот ведь. Сказано было так просто, без нажима, и я, как очень воспитанная жертва
собственных обстоятельств, все-таки вошла.
Кабинет оказался не вычурным, как я ожидала, а почти уютным. Светлый стол, два кресла,
вода, коробка с салфетками — последнее меня почему-то особенно насторожило. Не люблю, когда
заранее предполагают, что ты можешь расплакаться. Я села, положила сумку на колени и решила
держаться так, будто пришла сюда по своей великой прихоти.
— Итак, — Елена Викторовна открыла папку. — Вы оставляли заявку на консультацию по
программе контрактного брака с представителями закрытых сообществ.
— Как-то красиво звучит. Почти прилично.
— У нас все прилично, Полина.
Я нервно фыркнула. Она это, конечно, заметила.
— Вы можете сразу сказать, что именно вас пугает, — предложила она. — Обычно так проще.
— Все, — честно ответила я. — Вот вообще все. Я не понимаю, как нормальный человек доходит
до мысли: а не податься ли мне в невесты по контракту для оборотней? Я не умею быть
гламурной, не умею правильно молчать, не выгляжу как женщина, которую хочется выставить
напоказ в дорогом ресторане. И я, если совсем честно, уже хочу встать и уйти.
Елена Викторовна не удивилась. Даже глазом не моргнула.
— Хотите — уйдете. Но сначала послушаете.
— Это и есть ваш профессиональный прием?
— Один из.
— Работает раздражающе хорошо.
Она чуть улыбнулась и подвинула ко мне лист.
— Смотрите. У нас есть несколько форматов сотрудничества. Первый — сопровождение на
мероприятиях, без совместного проживания. Второй — длительный контракт с проживанием. Третий
— вариант, где потенциально рассматривается официальный брак и рождение ребенка.
Я в шоке уставилась на нее.
— Вы сейчас это сказали таким тоном, как будто мы мебель выбираем. Этот диван в гостиную,
этот — на дачу, а этот — если вдруг захотите детей.
— Полина.
— Что?
— Давайте без лишнего ужаса. Никто не заставит вас подписывать то, на что вы не согласны.
— А если клиент захочет, чтобы я родила ему ребенка?
— Тогда это будет оговорено заранее.
— Заранее! — повторила я и нервно засмеялась. — Замечательно. Главное, что не в процессе, а
заранее. Уже легче.
— Вы зря думаете, что все построено на прихоти мужчин.
— А на чем?
— На договоренностях. На защите обеих сторон. На медицинских проверках. На юридических
обязательствах. На условиях, которые вы вправе обсуждать.
— То есть я могу сказать: отдельная комната, не трогать руками, не смотреть с выражением
«ты моя» и желательно вообще быть вежливым?
— Можете. Не в такой формулировке конечно, но да.
Я хмыкнула и все-таки взяла лист. Там действительно были пункты. Сухие, деловые. Срок