Мое чужое имя

Глава 49. Рождество

Невена уже готовит жаркое, и тяжелый мясной запах с травами и луком медленно расходится по всем коридорам дома. К полудню я спускаюсь в гостиную, где меня встречает Драгана.

— Они уже выехали. Через полчаса будут.

Я киваю. Внутри смешиваются ожидание и тревога, мои родители впервые приедут в этот дом. Драгана, видимо, замечает это по моему лицу.

— Мина. Не переживай. Твои родители хорошие люди. Им у нас понравится.

Эти слова от нее значат для меня гораздо больше, чем она сама думает.

В половине первого мы слышим машину. Через окно я вижу, как Лазар выходит и открывает заднюю дверь. Первой выходит мама в зимнем пальто и платке. Следом папа в своем лучшем темном пиджаке, который он надевает только по самым важным поводам. С другой стороны к машине подходит Бранко и помогает Мирьяне, последним выходит Богдан.

Я выхожу на крыльцо встречать гостей. Мама крепко обнимает меня, отстраняется, смотрит мне в лицо, будто что-то ищет, и снова обнимает. Папа подходит следом, кладет мне руку на затылок коротким, привычным жестом, каким всегда встречал меня, когда я приходила с фермы. Мирьяна кладет ладонь мне на щеку и смотрит в глаза, и я ловлю в ее взгляде что-то, чего там не должно быть

Богдан подходит последним и быстро целует мне руку. Сегодня в его лице нет той холодности, что я видела на семейном ужине. У него лицо мужчины, который знает, что сегодня его последний день, и который решил держаться достойно.

— Мина.

— Богдан.

В холле начинается тихая теплая суета. Папа отдает Невене большой сверток, и я понимаю, что там мамин рождественский хлеб. Невена принимает его, и вместе с мамой уходит на кухню, где через минуту они уже стоят у стола, тихо переговариваясь.

— Добро пожаловать.

— Драгана. Спасибо, что пригласили.

— Теперь это и ваш дом.

Драгана берет Мирьяну под локоть.

— Идем, я покажу тебе твою гостевую комнату. Отдохнешь после дороги.

Они уходят вверх по лестнице. На середине Мирьяна оборачивается и ловит взглядом Богдана, тот ей кивает. Все происходит так, будто Мирьяна знает, что она здесь не на одну ночь.

Папа уходит на кухню следом за мамой, и мы с Богданом остаемся наедине, потому что Лазару приходится отлучиться по срочному звонку. Это первый раз за все время, когда мы стоим лицом к лицу без других.

— Богдан.

— Мина.

— Спасибо, что приехал.

Он секунду молчит и опускает голову.

— Спасибо, что приняли.

Я отвечаю таким же кивком.

К обеду мы все собираемся в столовой. На белой скатерти мамин рождественский хлеб с маленькой свечой в центре, чуть сбоку лежит хлеб Невены, в который она замешала монетку.

Лазар во главе. Драгана справа, за ней Мирьяна и Богдан. Я слева. Мама и папа за мной. Невена, постеснявшись занимать место рядом даже после приглашения Драганы, садится чуть поодаль.

Лазар встает.

— Дорогие мои. Сегодня Рождество. Я благодарен всем, кто рядом, и всем, кого с нами нет, но кто всегда в наших сердцах. Здоровья нашим семьям.

Все поднимают рюмки, и я ловлю взгляд Богдана, когда он смотрит на Лазара. В его взгляде появляется что-то похожее на благодарность. Папа с Богданом быстро находят общий язык, говоря про урожай и кур, которые зимой несутся меньше. Папа смеется над какой-то Богдановой шуткой, и тот смеется в ответ тем тихим смехом, который я уже слышала у него во дворе с Мирьяной.

Драгана и Мирьяна пересаживаются на мою сторону стола, а папа уходит к Богдану и поближе к Лазару, заняв место Драганы. Невена тоже подсаживается ближе, и через несколько минут женщины уже обсуждают рецепт варенья из айвы.

Переведя взгляд на Лазара, замечаю, что он даже слегка улыбается. Сейчас мы всего лишь семья. Пусть и всего на несколько часов, но мы все вместе.

Мирьяна то и дело поглядывает на Богдана и улыбается, когда замечает, что он тоже на нее смотрит. К концу обеда Лазар придвигает к себе хлеб с монеткой.

— Кто разламывает в этом году?

— Ты, — отвечает Драгана.

Лазар ломает хлеб на восемь кусков и раздает. Мирьяна смотрит на свой кусок несколько секунд и двумя пальцами достает маленькую серебряную монетку. В столовой становится очень тихо.

— Спасибо, --- она поднимает взгляд на сына. --- Это будет хороший год.

Богдан кивает в ответ.

В эту минуту между ними проходит то, чего никто за столом, кроме нас с Лазаром, не должен заметить. Мирьяна благословляет. Сын принимает. Без слов.

Папа, который этого не понимает, поднимает рюмку и чокается с Мирьяной.

— За хороший год, дорогая Мирьяна!

— За хороший!

Все пьют.

Папа рассказывает Лазару про какое-то техническое решение по транспортировке зерна, и Лазар слушает внимательно, иногда задавая короткие точные вопросы. Женщины переходят в гостиную к камину, где Мирьяна садится между мамой и Драганой, иногда вставляя что-то свое. Я вижу, как ее лицо постепенно тяжелеет, хотя она изо всех сил старается этого не показывать.

После кофе Богдан встает и подходит ко мне.

— Мина. Я хочу отвести мать наверх. Она устала, ей нужно прилечь.

— Конечно.

Через минуту я вижу, как они вместе уходят наверх, медленно поднимаясь по лестнице. В столовой продолжается тихая беседа. Но где-то наверху, за закрытой дверью, Мирьяна и Богдан прощаются.

Я поднимаю чашку кофе и делаю глоток. Лазар через стол ловит мой взгляд.

Мы оба знаем — это уже началось. Час назад была монетка. Десять минут назад они ушли наверх. А скоро Бранко отвезет маму с папой в долину, Лазар заберет Богдана с собой, и Мирьяна останется в этом доме без сына в гостевой комнате Волчьей горы.

Я ставлю чашку и улыбаюсь вернувшейся маме, которая уже рассказывает что-то про соседей.