Мое чужое имя

Глава 10. Ужин

Кажется, чем больше я слоняюсь по дому в поисках ответов, тем больше привлекаю к себе внимания.

Вежливый завтрак, короткие кивки друг другу, и все это утопает в молчании. Лазар не опаздывает, но ходит первым, оставив после себя порядок и стопку из посуды. Через несколько минут поднимается Драгана и кивает мне, а я киваю в ответ. Тело снова делает это раньше меня.

Я остаюсь одна и допиваю чай, пока Невена убирает посуду.

— Сегодня что-то подать к чаю?

— А? — вырываюсь из своих мыслей и поднимаю на нее глаза.

— Как вчера. Тесто еще не замешивала, могу сделать на хлеб и отдельное на перекус.

— Спасибо, но не надо утружда…

— Дитя мое, — она ставит сложенные тарелки на поднос, не глядя на меня. — Если хочется, значит надо. Духовка это сердце кухни. Она должна работать не только для желудка, но и для души.

— Но я не…

— Подумай часок. Потом скажешь.

— А если я не придумаю?

— Тогда сделаю на свой вкус.

Я открываю рот, чтобы сказать "не надо", и закрываю обратно.

— Тогда на… — я запинаюсь. Я не знаю, как к ней обращаться, и не помню, как было раньше. — На ваше усмотрение.

Невена сощуривает глаза.

— Хорошо, — улыбается.

И что-то в ее улыбке меня задевает, будто она поймала на чем-то, но не сердится, а наоборот, словно что-то ее в этом все радует. Как радует пекаря человек, который наконец-то ест не потому что надо, а с интересом. Я провожаю ее взглядом, пока она уходит на кухню с подносом.

Обед снова одинокий и потом обратно в комнату. Я беру телефон и сажусь в кресло у окна. Открыв галерею, снова листаю фотографии одну за другой. Селфи, селфи, селфи. Мое лицо, но не мои позы.

Я ищу подсказки. С кем я общалась? Куда я ходила? Что я делала? Но селфи ответов не дает. Я фотографировала лишь себя.

Три стука в дверь, и дверь открывается прежде, чем я успеваю ответить.

— Мина?

— Да?

Невена стоит на пороге, но не входит дальше.

— Лазар сообщил, что хочет совместный ужин. Ты придешь?

Сейчас меня цепляет "ты", потому что ранее я его не осознавала, а Невена обращалась на “вы”, будто что-то проверяя. Видимо, мы с ней были ближе, чем на расстоянии трех вытянутых рук. И только потом меня догоняет первая половина фразы.

Совместный ужин.

Внутри мгновенно поднимается волна страха. Отказать нельзя. Что между нами по вечерам? Мы разговариваем? Молчим? Касаемся друг друга? Что-то рассказываем про день? Не знаю…

— Во сколько?

— В восемь.

— Хорошо.

Невена кивает и уже почти выходит.

— Мина. И еще.

— Да?

— Полы холодные. Можешь ходить в тапочках.

Дверь тихо закрывается. Я сижу, слушая ее шаги по коридору.

Тапочки.

Второй день я хожу в туфлях-лодочках, потому что не знаю, можно ли иначе. Полы действительно холодные, я почувствовала это еще утром, когда босиком вышла из ванной. Но мне казалось, что в этом доме принято быть одетой. Я встаю, иду к шкафу, открываю нижнюю полку и надеваю тапочки. Ногам становится теплее.

В восемь спускаюсь в столовую. Лазар уже там. Драганы нет. Стол накрыт на двоих. Я сажусь на свое место. Невена приносит блюда и уходит на кухню.

Какое-то время мы едим молча, а я считаю секунды от одного до шестидесяти и по-новой.

— Как проходят твои дни? — вежливый вопрос для нормального ужина, а не допрос.

Я делаю глоток воды, чтобы выиграть секунду.

— Спокойно. Гуляла.

— Где?

— В саду. До беседки за углом.

— Не холодно?

— Я недолго.

Он кивает и берет хлеб.

— Чем занималась днем?

— Читала. — Это ложь. Я не читала, а листала телефон.

Он не уточняет, что именно, и я начинаю расслабляться. Он не допрашивает. Может, это наша норма, всего лишь короткий разговор раз в несколько дней. Но через несколько минут он нарушает тишину и задает следующий вопрос.

— Как самочувствие?

Я смотрю в тарелку, пытаясь придумать, что сказать, потому что я не выгляжу так, будто все в порядке.

— Голова со вчерашнего дня болит.

Это почти правда, но точно не ложь. Я в напряжении со вчерашнего утра и плохо спала. Но признаваться в том, что я не помню полугода своей жизни, страшнее, чем солгать.

Он берет телефон.

— Понял. Врач будет через полчаса, — кладет телефон обратно на стол. — После ужина иди в гостиную.

Я киваю и доедаю, снова не чувствуя вкуса.