Страница 62 из 171
Сегодня лимит исчерпан, Хосров без нее больше не может, и сам же решает эту пытку прекратить. Всё, что ему нужно – это положить голову на ее колени, и пока она будет играть с его волосами, послушать ее пение, которым она в последнее время часто его радовала. Ани действует на Хосрова, как лучшее успокоительное, а ее объятия для него – дом, где всегда тепло и хорошо. Хосрову пора уже вернуться домой и прижать так быстро завоевавшую его сердце девушку к груди.
Он сам идёт в гарем, запретив смотрителю будить Ани, проходит в ее покои и останавливается у постели, любуясь тем, как красиво светится ее неприкрытая из-за жары кожа под пробивающимся в окно лунным светом. Хосров подходит ближе, не сдерживается от соблазна прикоснуться и легонько проводит ладонью по спине, спускаясь к округлым ягодицам.
– Мой господин, – сонно бормочет девушка и, резко приподнявшись, не веря смотрит на мужчину. – Простите мне мою глупость, – боясь, что не успеет и он опять уйдёт, выпаливает Ани.
– Уже простил, – усмехается Хосров и притягивает ее к себе. – Я очень сильно скучал, – целует в макушку, но Ани, обвив руками его шею, тянется к губам.
Они падают на постель, забывшись в сладком поцелуе, и Хосров впервые в Идэн проводит ночь не в своих роскошных покоях, а на узкой кровати девушки, которую зато можно не выпускать из объятий.
***
Юна, закончив с садом, бежит на задний двор, мечтая поужинать, ибо урчащий желудок оглушает даже мысли, как ее останавливает стража и требует идти за ними к господину.
«Только не это, только не делай ничего такого, что заставит меня пожалеть о решении. Молю тебя, не ломай пока только ещё зарождающуюся надежду», – мысленно молит Гуука девушка, не понимая, что она натворила и почему ее вызывают.
Правитель сидит в одном из залов первого этажа перед расстеленной скатертью и, протянув кубок, ждёт, когда прислуга наполнит его вином. Увидев Юну, Гуук хлопает по отделанной бархатом подушке рядом, и девушка, без слов поняв его, подходит и опускается на неё.
– Не хочу ужинать один, – подтаскивает к ней тарелку Гуук и взглядом указывает на неё прислуге, которая сразу же начинает подкладывать девушке еду.
– Вы бы могли ужинать со своими воинами, – всё ещё не понимая, как воспринимать странное приглашение на ужин, мнётся Юна.
– Я неправильно выразился, – усмехается Гуук и протягивает ей свой кубок. – Я хочу ужинать с тобой.
Пить из кубка правителя огромная честь. Юна прекрасно знает все правила этикета и обычаи, но всё равно не принимает его и продолжает подозрительно коситься на отделанный драгоценными камнями кубок.
– Нельзя отказываться от такого проявления внимания. Ты ведь из хорошей семьи, должна знать правила, – так и держит в руке кубок Гуук.
– Я знаю этикет, – бурчит Юна, тянется к кубку и, сделав глоток, возвращает ему.
Юна старается не смотреть на блюда, которыми заставлена скатерть, но у нее не получается, и девушка буквально давится слюной. Тут и запечённая прямо на углях рыба, жаренный на вертеле ягнёнок, цыплёнок в медовом вине, вымоченные в густом бульоне лепешки, жареные кусочки теста, запах которых сводит с ума. Гуук внимательно наблюдает за лицом девушки и жадным взглядом, которым она рассматривает блюда.
– Ты ведь не можешь без угроз, так что не поешь с каждого блюда, что тут есть – я объявляю голодовку всем слугам дворца, – усмехается Гуук. – Твоя гордость тебе жить мешает, пойми уже и не всегда давай ей волю, потому что порой она просто неуместна.
Юна долго подбирает слова, чтобы ответить, а потом, махнув рукой, показывает слуге пальцем на ягнёнка. Слуга сразу же разделывает мясо и наполняет ее тарелку. Юна Гуука два раза просить не заставляет, она пробует всё, хвалит цыплёнка и, довольная и сытая, отодвигает тарелку.
– Ещё немного, и я лопну, – делает глоток вина девушка и только сейчас замечает, что единственный кусочек мяса, который положили ему, так и не съеден.
– У вас, мой господин, аппетит из-за меня пропал? – хмурится Юна.
– Нет, я уже ужинал в Иблисе.
– Не поняла, вы… – выдаёт Юна и, не продолжив сразу, опускает глаза. Ясно как день, что Гуук приказал накрыть скатерть из-за нее. С одной стороны внутри Юны прямо сейчас реки радости поднимаются, за берега выходят, с другой нежелание это воспринимать – всё это секундное счастье мановением руки снимает.
– Скажи мне, – обращается к ней мужчина, – чего ты хочешь?
– Простите? – искренне не понимает девушка.
– У тебя ведь есть мечты?
– Были, – отвечает Юна и отворачивается.
– Какие?
– Вам их не исполнить.
– Я и не буду пытаться, – усмехается Гуук, – потому что я считаю, что каждый сам должен быть способен исполнить свою мечту. Мы с тобой ничем не отличаемся, у тебя тоже две руки и две ноги, если ты очень сильно хочешь, ты свои исполнишь. Я просто хочу узнать тебя получше, и чтобы тебе было легче, я начну первым. Я мечтал отомстить – отомстил. Я мечтал создать империю – создал. Я мечтаю о землях от моря до моря – я это получу.
– Все ваши мысли о завоеваниях, о боли, которую вы причиняете другим, получив взамен возможность просто зачеркнуть выполненное, – грустно говорит Юна.
– Такова жизнь – кто-то из-за чьей-то мечты что-то теряет, я не хочу быть тем, кто теряет, хочу быть тем, кто свои мечты исполняет. Ты не можешь судить меня за это, – спокойно отвечает Гуук.
– Мои мечты не так масштабны, но они не сбылись.
– О чём ты мечтала?
– Я мечтала о другой жизни, – разбито улыбается, смотря ему прямо в глаза Юна. – Мечтала о воине, который был бы сильнее всех и безумно бы меня любил. Он бы забрал меня на своём могучем коне, показал бы мне мир, сражения, научил бы ещё лучше биться на мечах. Но я не любимица судьбы, – облизывает сухие губы и тянется за вином, которое развязывает язык и которое бы пора перестать пить.
– Твои мечты сбылись, – отбирает у нее кубок и ставит на пол Гуук. – Пусть немного и в извращённом виде, но ты слишком ослеплена ненавистью и злостью на судьбу, чтобы это увидеть.
– Гуук, – в комнату врывается Хосров и, бросив на девушку удивлённый взгляд, проходит к мужчине. – Надо поговорить, это срочно.
– Ты портишь мне прекрасный ужин, – не отрывает взгляда от Юны мужчина, игнорируя друга.
– Речь о Дауде. Наши докладывают, что он стягивает войска.
– Подожди, – Гуук поворачивается наконец-то к Хосрову и вызывает стражу. – Проводите девушку.