Страница 45 из 171
– И поэтому, будучи якобы фавориткой, ты убираешь навоз? – фыркает Дунг. – Не смеши меня, – он пренебрежительно оглядывает ее. – Мне кажется, тот хлыст повредил тебе и голову.
– Я ведь и ударить могу, – сверкает глазами девушка. – Раз уж ты не уходишь, то я пошла. Спать хочу.
Юна поднимается с места и, злясь на парня, двигается к себе, как ее останавливает один из стражников и требует идти за ним. Юна, тяжело вздохнув, молча следует за мужчиной на передний двор. Гуук сидит на корточках у бассейна, мочит руку в воде и, увидев идущую к нему девушку, поднимается на ноги, ждёт, когда та, подталкиваемая стражником, подойдёт ближе.
– Мой господин, – косится на стражника, боясь удара, Юна.
– Умница, чертёнок, научилась всё же, – довольно улыбается правитель.
– Убери своих прислужников, и я тебе всё скажу, – шипит Юна и видит, как Гуук рукой останавливает двинувшегося на нее стражника, а потом и вовсе отсылает его.
– Почему ты отказалась от еды?
– Потому что мне твои подачки не нужны. Ты проливаешь мою кровь, а потом шлёшь мне поесть, – фыркает Юна.
– Ты сбежала и знала, что будешь за это наказана, – становится вплотную мужчина, и Юна замечает, как он внюхивается.
У девушки зрачки от ужаса расширяются, понимая, что, а точнее, кого унюхал Гуук. Она делает шаг назад, но Гуук, схватив ее за плечи, притягивает к себе и шумно вдыхает. Юна чувствует, как каменеют пальцы на ее плечах, как до боли сжимают ее плоть, грозясь дойти до костей.
– Кто он? – два слова, и от его голоса у Юны всё нутро холодеет.
– Пусти, – гримаса боли искажает красивое лицо, но Гуук непреклонен, всё так же держит, встряхивает.
– Кто этот мужчина?
– Никто! – напугано говорит Юна.
– Ты же неглупая девочка, – Гуук лбом к ее лбу прислоняется, не дышит, отвратительный запах другого в себя не пропускает. Он прикрывает веки, стараясь взять себя в руки, не поддаться бурлящей внутри ревности и не стереть девчонку в порошок. – Ты не прислуга, ты не садовник, ты не конюх. Ты – девушка, которая принадлежит моему гарему, но которая слишком уверена в своих силах, чтобы объявить мне войну. Я тебе подыгрываю, но это не значит, что так будет продолжаться вечно, и точно не значит, что ты можешь гулять с другими. Ты меня поняла? – глаза в глаза, и темнота на дне его зрачков все фонари во дворе гасит, даже луну собой заслоняет. Юна кусает язык, чтобы не провоцировать зверя, который и так на грани, и кивает.
– Прекрасно, – скалится Гуук, убирает с ее лба назад чёлку, а потом, отпустив девушку, резко толкает ее в бассейн. – Отмойся от этой вони.
Юна падает в воду, чуть не захлебнувшись, с трудом выныривает и, набрав в лёгкие кислорода, больше себя не сдерживает. Она шлёт ему в спину проклятия, от обиды и злости бьёт руками по воде, а потом, поняв, что осталась одна, плывёт к бортику.
***
Весь следующий день от Гуука нет новостей. Юна неосознанно за Дунгом приглядывает, если долго его не видит, то переживает. Закончив рабочий день и скудно поужинав, девушка валится на койку и, вспомнив инцидент у бассейна, тянется к амулету на шее в желании сорвать его и разбить о стену, но сама себя останавливает. Может, это просто самовнушение, но первая ночь с колье прошла без кошмаров.
Понимая, что от накрывших волной воспоминаний вчерашнего дня она сразу не уснёт, Юна, поднявшись, идёт посидеть к пруду. Как и ожидалось, через пару минут к ней присоединяется и Дунг. Он садится поодаль, всем своим видом источает холод, но Юна даже рада, лучше ему держаться подальше, чем рисковать своим здоровьем или даже жизнью.
Друзья, как и всегда, делятся новостями, обсуждают прошедший день, когда внезапно со стороны конюшни доносится крик, и, подскочив на ноги, они видят, как с левой части дворца валит густой чёрный дым. Они бегут в сторону пожара и видят, как из горящей конюшни огонь перекидывается на дворец. Слуги и стражники в суматохе тащат воду, выводят лошадей, по воздуху разлетаются чёрные хлопья пепла. Юна тоже бросается к конюшням спасать лошадей, но ее оттаскивает Дунг, крича, что всех лошадей уже вывели. Огонь тушат очень быстро, перетащив всю воду из бассейна. Дворцу нанесен минимальный урон, но конюшня сгорела почти до половины. Погибли две лошади. Юна сидит на земле, как и другие ошарашенные слуги, и горько плачет, следя за тем, как трупы задохнувшихся животных пытаются поднять на повозки.
Ночь проходит, как в аду, – мало того, что Юна от смерти животных отойти не может, слугам не позволяют вернуться в бараки, допрашивают всех и по несколько раз. Напуганных слуг отпускают только на рассвете. На следующий день полдня допрашивают жителей дворца, а потом вновь по одному вызывают слуг. Весь день Юны занят уборкой последствий пожара и, увидев, как конюх ведёт на передний двор Маммона, она не сдерживается, бросив всё, бежит к нему.
– Он ведь не пострадал? – Юна боится подойти, с нежностью смотрит на красивое животное.
– Нет, но был сильно напуган, – отвечает вымотанный за ночь конюх. – Мы лошадей всех вчера на передний двор вывели, а этого его хозяин лично успокаивал. Так что подотри сопли, он в порядке, – смеётся мужчина, поглядывая на девчонку, измазанную в саже, которая на грани истерики. – Я забыл забрать кое-что из конюшни, так что я иду туда и понятия не имею, как ты оказалась рядом с Маммоном.
Мужчина уходит, а Юна, не сразу поняв намёк, бросается на шею коню. Она поглаживает его, целует в морду, Маммон сам трётся о ее щеку, словно успокаивает, и Юну, наконец-то, отпускает кошмар прошлой ночи. Конюх, вернувшись, забирает Маммона, и девушка возвращается к своим обязанностям. Измученные слуги даже не шепчутся, боясь вызвать подозрения, все угрюмые и подавленные тенью передвигаются по дворцу.
Юна только к ночи заканчивает работу, а потом плетётся к себе в ожидании очередного, не сулящего ничего хорошего утра. Только девушка начинает засыпать, как ее вырывает из сна шум выбегающих из комнатки слуг. Юна, кое-как нащупав под койкой обувь, тоже бежит на улицу. Слуги топчутся у бараков и шепчутся. Юна находит тех, с кем работает на конюшне, и спрашивает, что случилось.
– Нашли поджигателя, – кивает в сторону двора один из знакомых парней.
– И кто это сделал? – в шоке смотрит на него девушка.
– Твой дружок, – сплёвывает под ноги грузный мужчина. – Дунг.
– Это неправда! – восклицает Юна и бежит на передний двор, откуда идут голоса.