Гукюн @el_kniga

В землях, на которые они напали, был город Юн. Гуук, несмотря на первичный отказ города сдаться, запретил его разрушать, вызвав недоумение армии. Гуук даже Хосрову ничего объяснять не стал, но сам точно знает, почему оказал городу такую милость – потому что его название связано с ласкающим слух именем девушки.

Наконец-то Гуук ее видит и теряет интерес ко всему, что происходит вокруг. Юна наливает вина воинам подальше от хозяев дворца, которых обслуживает только проверенная прислуга. Гуук хмурится – девушка сильно исхудала, цвет осунувшегося лица сливается с рубахой. Гуук подзывает Бао и говорит ему пару слов. Когда Юна возвращается на задний двор за очередным подносом, к ней подходит Бао и приказывает обслуживать господина. Юна понимает, чей именно это приказ и, нахмурившись, берёт вместо мяса переданный ей кувшин с вином. Юна знает, что по правилам надо начать наливать вино с Гуука, но ноги словно прилипли к земле в двух шагах от него, и она не может найти в себе сил подойти к нему без риска того, чтобы не вылить на него содержимое кувшина или даже не разбить его об его голову.

Гуук смотрит прямо на нее, протягивает бокал, и девушка, всё-таки собравшись, подходит осторожно, боясь пролить, наполняет его вином. Юна сконцентрирована на бокале, а Гуук на ее лице. Девушке кажется, сейчас на ее левой щеке откроется зияющая дыра. Запах воина заставляет хотеть вдохнуть глубже, он ассоциируется с ночами, когда, цепляясь за этот запах, она выныривала из самого глубокого кошмара. Юне приходится посмотреть на столб под навесом, чтобы вспомнить, что Гуук с ней сделал, и прогнать странные мысли прочь. Наполнив бокал, она переходит к бокалу Хосрова.

Гуук распивает вино, общается, но весь вечер глаз с нее не сводит. Пир заканчивается под утро, все разбредаются, а вымотавшиеся слуги убирают сад. Юна еле живой на рассвете плетётся на кухню, чтобы донести последний поднос с грязной посудой и пойти спать. Она, разложив посуду, уже собирается покинуть помещение, как туда входит, судя по всему, даже не ложившийся Гуук. Слуги, поклонившись, сразу покидают комнату, их примеру хочет последовать и Юна, но он приказывает остаться.

– Ты плохо ешь? – Гуук обходит стол и подходит к девушке.

– Нет, – храбрится моментально теряющая всю хватку Юна, стоит ему остановиться в двух шагах.

– Ты сильно похудела.

– Спасибо тебе за моё крепкое здоровье, – гасит вспышки страха и задирает подбородок девушка.

– Вы. Когда-нибудь я устану это терпеть и заставлю силой выражать мне почтение, – строго говорит правитель. – Я его купил у одного племени, повстречавшегося на пути, они говорят, что он сдерживает демонов, – Гуук разжимает ладонь, показывая девушке крупный рубин, висящий на кожаном ремешке. – Это мой подарок, никто не посмеет его украсть. Можешь носить открыто.

– Мне не нужны твои подарки, – не знает, как реагировать, растерянная Юна.

– Тебе снятся кошмары.

– Откуда ты знаешь?

– Я их разгонял, – поднимает уголки губ в улыбке мужчина.

Юне очень хочется нагрубить, выругаться, хоть что-то, лишь бы не показывать, насколько она ошарашена, но язык словно прилип к нёбу.

– Не снимай амулет, и кошмаров не будет, – становится ещё ближе Гуук, у Юны волосы на макушке от его дыхания шевелятся, – или переходи в гарем, никакие чудовища до тебя не доберутся, потому что ты будешь лежать в объятиях главного, – он обхватывает пальцами ее подбородок и поднимает лицо.

– Я уж как-нибудь сама, – сбрасывает его руку Юна, отбирает амулет и идёт на выход, всё думая, что ей сейчас в спину кинжал пошлют.

Юна долго сидит на своей койке, разглядывая амулет, а потом, всё-таки надев его, ложится спать. Она впервые за долгое время так крепко и без кошмаров спит подряд пять часов. Проснувшись, Юна валит хороший сон на усталость тяжелых прошедших суток. Девушка принимает сидячее положение и с удивлением смотрит на поставленный на пол рядом с ее койкой поднос, заваленный различной едой. Юна, косясь на поднос и с трудом давя желание наброситься на еду, выходит из комнатки и сразу сталкивается с помощником Бао.

– Вся еда опробована. Господин сказал, приятного аппетита.

– Вот оно что, – кривит рот Юна. – Можешь забрать поднос. Пусть сам её ест. Так и передашь, – обходит мужчину девушка и идёт к колодцу.

«Он с меня кожу снял, теперь мне еду посылает? Что он о себе вообще думает!» – злится Юна, смачивая лицо тёплой водой.

То ли Гуук поменял поведение, то ли он реально издевается над Юной, проверяет ее выдержку: то избивает до полусмерти, то покормить пытается. У Юны от него голова кругом идёт, она его не понимает, но больше даже и не пытается.

Закончив все дела на сегодня, Юна идёт к пруду и, сев на свой любимый низкий камень, вглядывается в гладь воды. Как и ожидалось, через пару минут к ней присоединяется Дунг, не оставляя возможности подумать о весь день беспокоящем ее инциденте с едой. Друзья болтают о том, о сём, обсуждают новости, произошедшие за день. Дунг лежит с головой на ее коленях, периодически подбрасывая в воду мелкие камушки, и медленно засыпает.

– Уже почти полночь, иди к себе, – улыбаясь, трясёт его за плечо Юна. – Нам вставать через пару часов.

– Не поцелуешь – не пойду, – морщит нос Дунг.

– Не глупи, – хмурится Юна.

– А что? – резко приподнимается парень и касается губами ее губ.

Юна реагирует моментально, сразу назад отталкивается, но Дунг повторяет и теперь уже впивается в ее губы, обхватывая руками ее за плечи. Юна отворачивается, пытается отстраниться, но он не отпускает, поглаживает ее шею, покрывает поцелуями скулы.

– Нельзя. Пойми уже, – хмурится Юна, отстраняясь. – Я не хочу тебя обижать, но правда нельзя. Тем более мы с тобой уже говорили на эту тему, и я не испытываю к тебе даже близко тех чувств, на которые ты намекаешь.

– Почему нельзя? – принимает сидячее положение Дунг и кладёт голову на ее плечо. – Ты свободна, я свободен. Дай мне шанс, не руби сразу.

– Дунг, ты правда не понимаешь, и то, что я скажу, будет звучать странно, может, даже смешно, но мне лучше держаться от тебя подальше. От всех, – опускает глаза девушка. – Я боюсь, что он убьёт тебя.

– Что ты такое говоришь? Кто меня убьёт?

– Гуук, – тихо говорит Юна.

– Я не понимаю.

– Я сама не понимаю, – тяжело вздыхает Юна. – Но я в этом уверена. Зачем испытывать судьбу?