Гукюн @el_kniga

– Я пришёл просить о другом, – опускает глаза Дауд, не зная, как подобрать слова и, боясь, что не успеет договорить, лишившись головы. – Я безгранично вас уважаю и благодарен вам за оказанную мне помощь. Я бы и в страшном сне представить не мог, что когда-то между нами встанет человек, а не земли и власть. Но раз уж я дошёл сюда, то значит, по-другому никак. Я пришёл за девушкой.

В зале воцаряется абсолютная тишина, а Дауд, не теряя времени, продолжает:

– Я не крыса и тем более не трус, этот визит, если я выйду за ворота Идэна, предупредительный. Это минимум, что я могу сделать в память о нашем сотрудничестве. Вернувшись в империю, я продолжу собирать силы и в следующий раз приду с войной.

– Речь о женщине одного из нас, – подавшись вперёд, облокачивается о колени Гук. – Никакая другая не может стать причиной войны.

Дауд кивает. Хосров подскочив на ноги, вытаскивает меч. Дауд моментально реагирует.

– Хосров, – окликает друга Гуук.

– Как он посмел? Как его язык не сгнил и выдал нам такое? – ходит вокруг гостя Хосров, примеривая меч. – Я отсеку голову сыну собаки.

– Хосров, – повторяет Гуук. – Мы тоже не трусы, – прислоняется к спинке кресла. – Пусть соберёт армию и вернётся. Мы не будем нападать на одного. Хотя это не нам решать, а тому, на чьё добро он позарился, – он поворачивается к Арслану и, нахмурившись, смотрит на мужчину, который продолжает ни на что не реагировать. Гуук сразу понял, о ком говорит Дауд, ведь почти двое суток с ним провела фаворитка Арслана.

– Ты слышал, что он говорит? – спрашивает Гуук.

Арслан не отвечает. Он всё слышал, и даже не удивляется. Подсознание Арслана подбрасывало ему картинки почти двух суток отсутствия Ясмин в Идэне, среди которых были и те, из-за которых он потом долго себя успокаивал. Арслан допускал мысль, что, учитывая невероятную красоту его девушки, Дауд мог бы не устоять, но закапывал в себе эти подозрения, утрамбовывал и мысли такой просочиться не давал, иначе в порыве ревности Ясмин бы убил. Теперь уже неважно. Теперь просто к боли Арслана ещё и обида добавляется. Дауд смог то, что не смог Арслан. Только вот агрессии никакой, тот, в ком она только из-за мысли об измене за мгновенье вскипала, сейчас, как пустой сосуд, смотрит стеклянными глазами на них и даже не двигается. В другое время Дауда бы уже давно в живых не было, Арслан бы его на куски порубил, испачкал бы главный зал дворца и всё равно бы не насытился, а сейчас одна пустота и желание в ней раствориться.

– Покинь дворец, город, наши земли, – ледяным тоном заявляет Дауду Гуук. – Отныне тебе в империи не рады, и ты наш враг. В следующий раз я увижу тебя за мгновенье до твоей смерти, насладись жизнью, пока можешь.

– Что бы ты сделал? – с трудом отлепляет язык от нёба Дауд, смотря в глаза Дьяволу. Он будто не один из самых известных воинов, не правитель империи, а придавленный к земле навешанными на него мешками с землёй старец. Ему вмиг лет за шестьдесят, плечи опущены, взгляд тусклый.

– Ты смеешь сравнивать себя со мной? – подаётся вперёд побагровевший от ярости Гуук.

– Если бы это была та, кто пару дней назад стала твоей супругой, что бы ты сделал? Если бы она принадлежал другому и не хотела быть с ним, если бы испытывала одну только боль и с надеждой смотрела на тебя, – в отчаянии вопрошает Дауд, следя за тем, как прямо перед его глазами рвутся нити совсем недавней дружбы. – Ты бы притворился, что ничего не слышишь и не видишь?

– Я бы не вернул ее обратно, – рычит Гуук.

– Ты прав. Я виноват, – понуро отвечает Дауд.

– Я бы умер у ворот, но не вернул бы! Не бросил бы ее к ногам того, кто мог бы в порыве ярости снести ее голову! – бьёт кулаком о подлокотник кресла Гуук и поднимается на ноги. – Покинь империю, мы будем ждать тебя, точить мечи, давно мой меч не пачкался о королевскую кровь.

– Ты его не отпустишь! – поворачивается Хосров к Арслану. – Да что с тобой! Речь о твоей женщине! Встань и отсеки голову подлецу!

– Пусть уходит, – бесцветным голосом говорит Арслан и просит себе вина. – И ее можешь забрать.

– Арслан, – не понимая, смотрит на него Гуук.

– Я сказал, пусть уходит и забирает ту, кто никогда мне и не принадлежала. Я не желаю отныне видеть ее, а ты должен уважать моё решение, – спокойно повторяет Арслан и, встав на ноги, требует вынести вино на террасу. Арслан удаляется, оставив ошарашенных правителей в зале.

– Как это понимать? – опускается обратно в кресло убравший меч Хосров.

Гуук, нахмурившись, буравит взглядом гобелен на стене и думает о словах друга. Арслан не достал меч, а доставать его за него Гуук не должен. Речь не о землях и народе, а о девушке, поэтому решение должен принимать сам правитель, которому она принадлежит.

– Это его решение, мы должны подчиниться, – вздыхает Гуук и пристально смотрит на Дауда. – Если он завтра передумает, то мы обрушимся на твою империю и сотрём её с лица земли. Если тебе подходят эти условия, то прислуга выведет к тебе девушку.

Ожидающий смерти или хотя бы битвы, Дауд, несмело кивает.

***

Ясмин заканчивает утирать оставшейся после Арслана тряпкой наливающееся красным после удара лицо, когда за ней приходит стража. Она не понимает, куда ее вызывают среди ночи, но, переодев халат на штаны и рубаху, послушно плетётся за ними. Ясмин думала, что после вести о ребёнке ее страдания закончатся, Арслан собственными руками оборвёт ее никчёмную жизнь, и надеется, что ее сейчас ведут во двор для казни. Юна, которая вот уже полтора часа ждёт в постели вернувшегося во дворец мужа, тоже вылетает в коридор и сталкивается с подругой.

– Ты куда? – ошарашено смотрит на нее Юна.

– Понятия не имею, – бурчит Ясмин, пряча лицо.

– Пойду с тобой, поищу заодно своего, – хмуро отвечает Юна, заметившая синяк.

К удивлению Ясмин, ее провожают в главный зал, а не во двор. Стоит девушке переступить за порог, как он, увидев Дауда, замирает на одном месте, не находя сил даже для шага.

– Что происходит? – Юна, поклонившись Хосрову, проходит к Гууку.

– Тебе стоит попрощаться с подругой, правда, не знаю, надолго ли она нас покидает, —отвечает явно чем-то недовольный Гуук.

– О чём ты? – не понимает Юна.

– Она уезжает в соседнюю империю.

Дауд тем временем, с трудом отлепив ступни от пола, подходит к Ясмин.

– Помнишь, я спросил, выйдешь ли ты ко мне, если я приду с войском?

Всё ещё находящаяся в шоке девушка кивает.

– Теперь я спрашиваю, пойдёшь ли ты со мной?