Страница 22 из 69
– Да я больше тебя знаю, – отозвалась Алина. – Тоже мне, Христофор Колумб.
Тамара собиралась обидеться и даже для этого присела на скамейку у входа в корпус, но тут из двери выкатился Паша Капустин, лидер местного ансамбля, который вообще-то назывался «Аспирин», но для горкома комсомола носил более звучное имя «Алый парус». В руках у Паши была импортная гитара «Музима».
– Привет девчонкам из отряда «Пламя»! – закричал Павлик. – Какие вы сегодня красивые! Наверно, на дискотеку собрались?
– Наверно! – забыла про обиду Тамара. – А у тебя рубашка классная! Воротничок отложной, хоть и не в моде уже, но смотрится хиппово!
Аля внимательно посмотрела на подругу. Уже в который раз ей показалось, что свистни сейчас вот этот симпатичный парень, как она тут же забудет про Кирилла. Пусть не навсегда, но для измены достаточно.
– Ты подвинься, я присяду, – бесцеремонно пихнул Паша девчонку, присаживаясь на скамейку. – Сегодня важная персона приезжает из идеологического отдела горкома. Будет дискач проверять на чистоту идей, а заодно решил и нас послушать. Мы в шесть вечера играть будем в клубе, приходите. Моральная поддержка лишней не будет.
– Мы и оральную можем оказать, – ляпнула Тома. Аля стукнула подругу костяшками пальцев по макушке. – В смысле, поорать можем, если надо.
– Не надо, – сухо сказал Капустин и убежал.
– Ты чего? – потерла темечко Тамара.
– Базар фильтруй, – погрозила пальцем Алина. – Что значит оральная поддержка? Ты в своем уме?
Тамара залилась румянцем и без слов вошла в парадное.
Обыскав весь второй корпус, девчонки так и не нашли то, что им нужно. Пришлось все-таки возвращаться в первый. Там было почти пусто, так как весь отряд разбрелся по территории, сполна отдавая дань субботе. Только в конце коридора на пуфике сидел все тот же Костик-футболист и мучил головоломку.
– Да у этого вряд ли может быть, – с сомнением сказала Тома. – Он же маленький.
– Кто его знает, – пожала плечами Аля. – За спрос денег не берут. Эй, карапуз! Да-да, я к тебе обращаюсь. У нас к тебе вопрос на миллион рублей.
– Не в деньгах счастье, – отозвался умник с кубиком.
– Видишь, какой он, – улыбнулась Аля. – Так что… А скажи-ка нам, карапуз, у тебя был когда-нибудь кекс? Умному достаточно, как говорили римляне.
– Какой еще кекс?
– Клеклый, – брякнула Тамара, не в восторге от темы разговора.
Костик оторвался от решения задачи и оглядел девочек:
– Можно подумать у вас был! Ходите тут, понтуетесь. Ну-ка, отойдите к стенке. Сейчас я вам покажу кое-что.
Аля и Тома освободили проход. Мальчик набрал слюны, шмыгнул и с силой плюнул вдаль. Плевок улетел метров за пятнадцать, не меньше.
– Вы так не умеете!
– Да пофигу! – не удивилась Алина. – Нам презерватив нужен. Только новый, не использованный.
– Ой, блин, – издевательским тоном пропищал Костя. – Презерватив им нужен! Чтобы не дай бог не забеременеть! Ой, не могу!
– Я же говорила, не спрашивай этого урода, – прошипела Тома.
– А есть! – вдруг вытаращил глаза мальчик и вытащил жестом фокусника помятый пакетик из заднего кармана джинсов. – Всегда ношу с собой на всякий случай! Но я вам не дам! Это я у Виталика украл! В него классно воду наливать и кому-нибудь на башку бросать!
– Нам как раз для этого и надо, – умоляюще сложила ручки Аля. – Дай, пожалуйста, Костенька! Ну, да-а-ай!
– А что мне за это будет? – хитро спросил юный футболист.
– Тамара, что ему за это будет? – переадресовала вопрос Алина.
– А че сразу я? Чуть что, сразу Федя, Федя! – возмутилась Томка.
– В общем, я отдам вам эту штучку, но с одним условием, – положил кубик на подоконник и вытер влажные руки о штаны Костя. – Я ни разу девчонку за эти самые не трогал. Дайте кто-нибудь потрогать, и штучка ваша.
– Фу-у-у! – закричала Аля. Она уже собиралась отвесить недорослю пощечину, но тут Томка подошла к футболисту вплотную и сказала:
– Трогай!
– Через кофту фигня, не считается, – насупился мальчик. – Так я и у себя могу потрогать.
Приземлившись на скамейку у входа в корпус, Аля пораженно уставилась на подругу.
– Что? – не поняла та. – Нам презерватив нужен был? Нужен! На какие только жертвы ради тебя я не иду, заметь. Блин, так противно. Ощущение, что его рука до сих пор тут.
И Тома потерла правую грудь.
– Тамара! – нервно засмеялась Алина. – Это что такое? Где твой моральный облик? Когда будешь вступать в комсомол, я лично напишу отвод! Ты проститутка, Томка! Ты только что продала свое тело…
– Часть своего тела…
– Да хоть часть! Тебе легче оттого, что ты частично проститутка? А если Кирилл узнает? Он же тебя убьет! И этого карапуза тоже! Или у вас уже отношения с Кириллом зашли еще дальше?
– Ни слова тебе не скажу, – сдвинула бровки Тома. – Тебе вообще ничего нельзя говорить! Ты какая-то странная! Вроде взрослая девчонка, а таких вещей стремаешься! Если Влад захочет тебя помацать, ты что, ему откажешь?
– Я как-то не думала об этом. Слушай, мне даже расхотелось швырять кондом в Лидку. Он такой ценой нам достался.
– Да какой ценой! – рассмеялась Томка. – Подумаешь! Это же ребенок! Ему всего тринадцать! Это все равно, что младенца кормить, понимаешь?
– Не понимаю. Ладно, хорош об этом. Забыли. Сделаем то, что задумали.
Крупницкий въехал на территорию лагеря прямо на служебной черной «Волге-3102», чем вызвал дикий ажиотаж не только у детей, но и у руководства. Хромированные детали смотрелись на фоне черного корпуса просто шикарно. Вдобавок клонившееся к горизонту солнце придавало машине загадочный импортный вид.
– На такой только ге-генералы ездят, – возмутился Бойченко. – А он сам за рулем.
– Ему водила не полагается, – заметил Виталя. – Он, хоть и руководитель областного совета дискотек, но по должности все еще простой инструктор. Даже не завотделом.
– Детки, детки, разошлись по территории! Рассыпались, я сказала! – отгоняя любопытных пацанов, прилипших к машине, скомандовала Наиля Флюсовна. – Товарищ Крупицкий! Товарищ Крупицкий!
– Крупницкий! – поправила Вероника.
– Добрый вечер, коллеги! – вылез из машины идеолог. Поправил галстук, достал с заднего сиденья пиджак и облачился в типичного партработника. – Давненько я не был в «Романтике»! Это ведь и моя комсомольская юность!
– До-до-бро пожаловать! – тускло выкрикнул Бойкот.