Страница 10 из 69
– А меня ровесники мало волнуют, – вдруг заявила Лида. – Я сейчас решаю для себя, с кем я зажгу на субботней дискотеке. С Виталиком или с Тимуром Петровичем.
Алина даже перестала сушить волосы. Они с Тамарой переглянулись.
– Да вы вообще пипетки, ничего не соображаете, – продолжила открывать себя с темной стороны Лидка. – Сейчас я вам кое-что покажу. Слышите шум? Это пацаны в душевую бегут.
– И что?
– А то! Сейчас, сейчас… Ну-ка, Томка, помоги мне вот этот чан подвинуть.
Тамара и Лида подтолкнули к стене большую чугунную кастрюлю с крышкой, в которой кастелянша замачивала особо грязное постельное белье, прежде чем отправить в прачечную.
Лида обмотала голову полотенцем наподобие тюрбана и встала на чан обеими ногами. Затем она припала правым глазом к дырке в стене.
– Вау, – сказала она. – Неужели это Глебка Никифоров? Да у него сосиска, а не сарделька! То ли дело у Влада!
Алина подошла и рванула Лидку за халат. Та чуть было не разбилась, падая, но ее вовремя поймала Тома.
– Ты чего? – не поняла командирша.
– Не надо за пацанами подглядывать. Это как-то не по-девчачьи. Ты ведешь себя, как баба, у которой уже десять мужей было!
– А ты, что, не хочешь на голого Владика посмотреть?
– Надо будет, и так увижу, – твердо сказала Аля и замахнулась на Томку, которая канючила возле чана, желая разделить с Лидкой впечатление от увиденного.
После завтрака Алина поинтересовалась, когда в лагерь приедет автолавка. Ей сказали, что машина с промтоварами была вчера, следующая будет послезавтра.
– А ты в четвертую комнату сходи, – посоветовала Таня. – Там, говорят, какой-то пацан все необходимое продает. У него и зубная паста есть, и носки, и конверты с марками. Только он все в два раза дороже продает.
– Томка, пошли в четвертую сгоняем, – предложила Алина. – Твой «Поморин» же в душе смыли. Интересно, что это за спекулянт с Владом в одной комнате живет. А он мне ничего не рассказывал.
– Так это же незаконно, – пожала плечами Таня.
Девушки скинули с головы влажные тюрбаны полотенец, и Аля сделала перед зеркалом полудекольте, освободив одно плечо от халата. Они прошли по коридору как по подиуму и постучались в четвертую.
– Кто там? – послышался незнакомый бас.
– Сто грамм!
– Пароль говори!
– Какой тебе еще пароль? Мы, если что, отовариться. Говорят, у вас все есть?
– В Греции все есть, – с этими словами дверь открыл Влад. Его сосед понимающе кивнул и вышел из комнаты.
– А кто у вас тут мыло продает там, зубную пасту? – не поняла Алина.
– Заходите, девчонки, – ухмыльнулся парень. – Так и будете на пороге стоять?
– Так я не поняла…
В этот момент в окне возникла загорелая Вероника:
– Влад! У тебя еще тональник есть? Сколько? Так же? Пятерку?
Парень встал на четвереньки и вытянул из-под кровати объемный чемодан. Бросил на кровать, открыл. Девчонки ахнули. Это был миниатюрный хозяйственный магазин.
– О, «Поморин»! – завопила Тамара.
– Идем отсюда, – дернула подружку за рукав Алина. – Брось это. Послезавтра автолавка приедет.
Влад догнал девчонок у двери четырнадцатой комнаты:
– Алька, а что тут такого?
– Ты, что, спекулянт? – почти выкрикнула девушка. – Тональный крем стоит два рубля, а ты за пятерку толкаешь? Зубная паста «Петрушка», которая в магазине шестнадцать копеек, у тебя сколько стоит? Рубль?
– Дай я тебе объясню, Алиночка…
– Да не надо мне ничего объяснять! Дуй отсюда, торгаш! А еще в комсомол намылился. Капиталист чертов…
Влад покраснел, потом с силой махнул рукой и пошел обратно.
– Ты на свой чумбодан замок повесь! – крикнула вслед Алька. – А то еще стырят что-нибудь!
В комнате девочки непонимающе уставились на Алину.
– Что? – развела она руками. – Я что-то не так сделала?
– У меня мама в универмаге работает, – сказала Таня. – Если джинсы привозят индийские, которые по шесть рублей, она их потом за двенадцать продает. И что? Это преступление?
– Это твоя мама, – смягчилась Аля. – Ей семью кормить надо. А этот? Он же на всем готовом живет. Нафига он этим занимается? Это же обман.
– А моя сеструха из Эстонии пакеты привезла штатовские с девушками. Потом по тридцатнику в общаге пединститута загнала. По мне, так это нормально. Сейчас все так делают.
– Ты не путай, – возразила Аля, хотя уже запуталась окончательно. – Это дефицитные товары. Сестра твоя везла их, старалась. А этот обычные крема и пасты продает, которых в магазине навалом! Он просто пользуется тем, что не все из нас могут поехать в город!
– А если завтра, скажем, и этого не будет в магазине, – предположила Тома. – Тогда, значит, можно будет?
– Не морочьте мне башку! – топнула ножкой Алина. – Мне пора в ШКА. Как бы мне сейчас мозги не поломать с этими кодексами строителей коммунизма!
В школе комсомольского актива все еще гудело. До начала занятий было целых пятнадцать минут. В том ряду, где обычно сидели Аля и Влад, разгорался какой-то скандал.
– Свали отсюда, ты никогда тут не сидел, – разгорячено выговаривал Глебу Никифорову красный от злости Влад. – Здесь сижу я, а тут Алина!
– На самом первом занятии я тут сидел! – возражал толстый.
– Я тебя сейчас вышвырну, жирдяй!
– Рискни здоровьем!
– Тебе на диету надо, кабан!
– Ах, ты, так! На личности переходишь? Ну, хорошо! Эй, ребята, а кто не знает, что у Влада мать – алкашка? Она уборщицей в ДК работает! По утрам урны чистит, бутылки собирает, ха-ха!
– А твоя-то мать кем работает? – крикнул кто-то из зала.
– Моя, слава богу, на оптовом складе трудится, – похвастался Глеб. – Мы стеклотару по кустам не собираем!
Алина с испугом посмотрела на Влада. У того на шее выступили жилы, а кулаки сжались так, что едва не трещали. В следующий момент парень готовился залепить толстяку затрещину, но тут через спинку стула перепрыгнул Виталя и поймал руку Влада в самый опасный для Глеба момент.
– Завязывай! – предложил комиссар.
– Ты за кого заступаешься? – опешил Влад. – За этого буржуина? Мы же с тобой одной крови, Виталя, ты чего? Ты же раньше в нашей школе учился? Помнишь, как мы с пацанами после уроков вот таких маменькиных сынков мочили? Это же проглоты, Виталя! А мы с тобой рабочий класс, парень!
– Не неси чушь, – оборвал его Виталий. – Здесь комсомольский лагерь, и махать кулаками я тут не позволю. А не нравится – шуруй отсюда.
– Да-да, – поддакнул из-за спины толстый. – Иди пузыри по помойкам собирай.