Страница 20 из 91
Ельцин не только не вышел из партии, он оказался избранным и в ЦК и в Политбюро. Конечно от старого Политбюро и его влияния только тень осталась, но тем не менее. А оказавшись в Политбюро Ельцин немедленно обрушился на Горбачёва с критикой ( да с какой там критикой, почти с поношениями!) за то, что тот развалил партийную работу и подрывает авторитет партии. Что Горбачёв в угоду внешнеполитических акций сомнительного характера, совершенно забросил внутреннюю политику и отдал её на откуп разного рода сомнительным лицам и так далее. Слушая речи Ельцина Смирнов только диву давался. По его мнению этот уральский истукан ничего подобного сочинить самостоятельно не мог. Значит ему кто -то сочинил их. Но кто? Тем более, что почти всех краснобаев — демократов, из своего окружения, после своего избрания на пост Председателя Верховного Совета РСФСР он изгнал за пару месяцев. Кое — кто из них приходил к Александру Никаноровичу и горько жаловался на «коварство партократа Ельцина». А, что мог сказать им в ответ он? Да в общем ничего.
Вокруг Ельцина мигом образовалась целая клика, экспертов и советников, так же появившихся как из ниоткуда. Думая обо всём этом Александр Никанорович приходил к выводу, что контроль над Ельциным перехватили мерзавцы из партийной разведки. Иного объяснения он не находил. Смирнов мог только поражаться величине их кадрового резерва. Видно, что они ни один год готовились к наступлению кризисного времени. Не дать ни взять целая масонская ложа! А Ельцину в общем -то всё равно, кто ему идейки подкидывает, да советует. Главное к власти вернутся. Таких безыдейных и беспринципных функционеров Александр Никанорович за свою жизнь насмотрелся предостаточно (себя самого он, напротив, считал человеком идейным и убеждённым).
Думая о этих негодяях из партийной разведки Александр Никанорович, мог только зубами скрипеть. Вот казалось, тогда в 1986 году он стоял буквально в полушаге от того, что бы если не уничтожить, то по крайней мере серьёзно подорвать их влияние. Сорвалось! А почему? Да, потому, умных помощников у него не нашлось. Один — это трус, подонок и алкоголик Митька Захаров (слава Богу у него хватило решительности застрелится). Второй — костолом и идиот Соловьёв. А ведь он, какое доверие им оказал! А результат? Пшик. Простейшего задания выполнить не смогли. В довершение всего, во всё это мероприятие, совершенно топорно вмешались американцы. Мерзавка Эллина оказалась их агентом! Александр Никанорович, тогда с огромным трудом вылез изо всей этой передряги. При Сталине его бы точно не пощадили. Но сейчас он порой обливался холодным потом когда чувствовал на себе взгляд Пуго. Не дай Бог всплывёт наружу факт его многолетнего сотрудничества с ЦРУ! Тогда и Горбачёв не защитит.
С Горбачёвым, кстати в начале прошлого года его отношения совсем испортились. Капали, капали ему на на него и докапались. Во время одного из заседаний Политбюро, Горбачёв обрушился на него с бранью за развал идеологической работы. Материл, как мальчишку. А эти истуканы, коллеги его по Политбюро, только головами своими кивали, как китайские болванчики, да поддакивали. Потом Егорка — дурачок выскочил и давай клеймить его за разгул антисоветизма и антикоммунизма в СМИ. Один Пуго молчал. Только ухмылялся — морда чухонская. Александр Никанорович, тогда мигом понял, что всё это с его подачи случилось. Долго ли коротко ли, перебросили Александра Никаноровича с идеологии на строительство. А, что ему то строительство? Он политик, а не прораб. Так и так, выходил закат карьеры. Ещё припомнили ему, случившейся в конце 1989 года раскол в компартии Литвы. Смирнова Горбачёв отрядил тогда, примирять стороны. Ну, он и постарался. В публичных речах всё больше на единство напирал, а в кулуарах, подбадривал раскольников. Мол держитесь, ваше дело правое и так далее. Так Рубиксу стало известно об этом и он в Москву прибежал, на него жаловаться. Мол член Политбюро ЦК КПСС потворствует фракционной, раскольнической деятельности! Ну тут и самого Горбачёва рыльце в пушку оказалось, так, что он этот вопрос быстренько утопил. Инструкции кто Смирнову давал? Уважаемый Михаил Сергеевич. Вот — так — то!
Смирнов еле дотянул до двадцать восьмого съезда, а там уж не стал баллотироваться ни в ЦК, ни тем более в Политбюро (тем более, что шансы быть избранным туда у него, честно говоря были минимальными).
Сразу после окончания съезда ему вдруг позвонил Горбачёв и предложил войти в только, что созданный Президентский Совет. Сказал мол, что ценит его как соратника и своего верного сторонника с которым они стояли у самых истоков перестройки. Если вдуматься, смех один! У истоков они стояли! Этот Миша Меченый только языком болтал, а Александр Никанорович со своим аппаратом ему идеи и концепции формулировал. Чтобы этот ставропольский комбайнёр совсем уж дурачком не выглядел. Без Смирнова и его аппарата и вовсе никакой перестройки бы не случилось.
Но делать было нечего и Александр Никанорович, принял предложение Горбачёва. С тех прошёл год. За это время многое случилось. Главная неприятностью для Смирнова было то, что какие -то мерзавцы начали широкую газетную кампанию против него. Всё началось с ядовитой статьи в «Советской России» (гнусный, реакционный листок, Александр Никанорович очень жалел, что в своё время не передал его здравомыслящему человеку, а оставил в руках этих партийных бронтозавров) и пошло, пошло, пошло. Начали уже ходить слухи, что Смирнов масон, продался американцам и так далее. Смирнов неоднократно жаловался на эту кампанию Горбачёву, но тот так и пальцем об палец не ударил.
Горбачёв в последнее время стал нервным и дерганным. Смотрел на него Смирнов и понимал, кончается Михаил Сергеевич как лидер, доживает последние месяцы. На закончившемся несколько дней пленуме ЦК, ему буквально вывернули руки и заставили предпринять нежелательные для него кадровые решения. Мерзавец Пуго пришёл на Старую площадь. Смирнов виделся с Горбачёвым сразу после окончания этого пленума и поразился какое у него осунувшееся, усталое лицо.
Думал, думал обо всём этом Александр Никанорович и приходил к выводу, что времена наступают тяжёлые и смутные. В такие времена голову бы целой сохранить.
Глава 10