Страница 10 из 91
От просмотра очередного выпуска « Вестей» меня оторвал телефонный звонок. Недовольно поморщившись я убрал звук и встав с дивана направился в прихожую, где на тумбочке стоял телефон.
Глава 5
- Алло слушаю.- сказал я взяв трубку.
- Алло. Я имею честь говорить с Александром Николаевичем Солдатовым?
- Да совершенно верно. А вы кто?
- Я Аркадий Самуилович Кушнир дядя Эллины Гольдберг.
- А — да. Я слышал о вас. Эллина мне рассказывала о вас.
О том, что я однажды даже ночевал на его даче и на ней я с Эллиной возможно зачали его родную племянницу я говорит не стал.
- Знаете, Александр Николаевич, я конечно страшно извиняюсь, за то, что возможно отвлёк вас, но у меня к вам очень важное дело. Оно просто не терпит никаких отлагательств.
- Я слушаю вас.
Поверьте оно не телефонное. Не могли бы мы встретится с вами?
- Могли бы. Приходите ко мне. Адрес знаете?
- Знаю. Я не помешаю вам?
- Нет, Аркадий Самуилович, не помешаете. Я вас жду.
Обменявшись друг с другом ещё парой любезностей мы практически синхронно опустили трубки.
Дядя Эллины пришёл примерно через час. Я услышал трель звонка и пошёл в прихожую.
Открыв дверь я увидел сухощавого, пожилого человека. Одетого в безукоризненно сидевшем на нём костюм. Я тут же вспомнил рассказ Эллины о том, что её дядя очень известный и успешный портной, в отличии от её бездари которая «не может вдеть нитку в иголку».
Мы поздоровались друг с другом, Аркадий Самуилович вошёл во внутрь и начал говорить:
- Александр Николаевич, я пришёл к вам по очень деликатному делу. Я не уверен, что это понравится вашей супруге, если она узнает об этом.
- Если вы о Наташе, то моя жена знает о её существовании. И к тому же её сейчас вообще нет в Москве. Она проводит свой отпуск с нашими детьми на моей малой родине.
- Ага. Ну тем лучше.
Кушнир прошёл в комнату и усевшись на стул начал:
-Как вы знаете Эллину осудили на большой срок, а ребёнка отобрали. Моя родная сестра, её мать сумела добиться лишения своей дочери родительских прав. Оформила опеку над внучкой.
- Я знаю всё это. Более того я разговаривал с Маей Самуиловной. Но она отказалась от всякой моей помощи, хотя денежные переводы которые я регулярно посылаю на её адрес всё же не возвращает. Но общения со своей дочерью я увы, полностью лишён.
-Да. Я в курсе происходящего. И кстати в своё время доказывал Майе, что это совершенно неправильно лишать ребёнка общения с отцом, тем более если отец совсем не отказывается от него. Но Майя бывает подчас удивительно упряма. Поймите моя родная сестра далеко не самый умный человек на свете. Поймите и простите её. Но сейчас обстоятельства немного изменились. Майя заболела. Очень тяжело. У неё обнаружили рак поджелудочной железы причём в очень запущенной форме. Я говорил с её лечащим врачом. Ей осталось жить всего чуть — чуть. Эллину выслали в Америку, без права возвращения как я понимаю, а Володя, Володя в одиночку может не справится с воспитанием внучки. Так, что хотите или не хотите, но вполне возможно вам придётся принять несколько большее участие в жизни вашей дочери. Вот собственно об этом я и пришёл вам сказать. Вы поймите правильно и мою сестру и её мужа. Всё, что произошло, арест Эллины, это страшное обвинение которое ей предъявили, всё это очень сильно потрясли и напугали их. Ну вы должны понимать это. После ареста Эллины, Майя очень долго была просто — на просто в совершенно жутком состоянии. Возможно все эти переживания и спровоцировали у неё опухоль. А тут ещё Эллина. Знаете кое — в чём она копия своей матери. Вы знаете я писал ей в лагерь, посылал посылки, но ни на одно моё письмо она не ответила. Даже после того, как она была выслана за границу никаких весточек мы от неё не получили. Она словно бы отреклась от нас. Тем более сейчас передать весточку о себе стало значительно проще чем в прежнее время. И тем не менее... В общем за все эти годы она никак не известила о себе. Конечно Майя и Володя устроив это представление с отречением от родной дочери поступили очень дурно, но она не прислала весточку даже мне, а я не отрекался от неё.
- Аркадий Самуилович, я всё понимаю это. Но, что я могу сделать? Я же говорил вам, что родители Эллины отказались общаться со мной. Вы знаете по поводу Наташи у меня был очень тяжёлый разговор с супругой, но она сказала мне, что я должен и даже обязан не только признать свою дочь, но и естественно участвовать в её воспитании, что бы девочка не росла безотцовщиной, но ваша сестра заняла совершенно категорическую позицию. Уж не знаю по какой причине.
- Честно говоря я сам не пойму Майю. Она порой говорит какую- то чушь. Она с одной стороны смертельно боится КГБ, а вы всё — таки, как ни как служите там, с другой стороны, она просто ненавидит вас потому — что уверена, что именно вы каким — то боком виновны в тех бедах которые постигли Эллину. Я много раз пытался разубедить её, но всё было бесполезно. Но сейчас Майя умирает, и обстоятельства как вы понимаете изменились. У Володи здоровье тоже находится не в самом лучшем состоянии. Честно говоря он в панике. Вдруг он умрёт. Как — ни как за плечами два инфаркта! Что будет с Наташей если он умрёт! Александр Николаевич я прошу вас вмешаться. Вы же не хотите,что бы ваша родная дочь оказалась в детском доме!
- Но, что я могу предпринять в такой ситуации? Честно говоря мне не очень понятно.
- Александр Николаевич. Я разговаривал с Володей. Он хотел бы встретится с вами. Естественно на какой-то нейтральной территории. Он не хочет травмировать свою супругу, тем более, что она судя по всему живёт последние дни.
- Ну с моей стороны для этого нет никаких препятствий.
- Хорошо, хорошо. Вы можете завтра, завтра, как раз воскресение в два часа дня подойти к дому, где они живут. Володя как раз будет гулять со внучкой. К сожаление пока жива моя сестра он не может пригласить вас к себе домой. Майя удивительно упрямый человек. Эллина вся пошла в неё в этом плане.
Назавтра в условленное время я подошёл к дому в котором жили Гольдберги. Отца эллины я видел всего — навсего пару раз в жизни да и то мельком и даже не был уверен, что сумею быстро узнать его.
Тем не менее я сразу узнал его. Он в одиночестве сидел на скамейке. Я подошёл к нему, поздоровался, он поднял голову и я поразился как изменился, как сильно постарел и сдал этот человек за то время, что я видел его в последний раз. Былое такое впечатление, что он постарел лет десять, а то и больше.
- Здравствуйте, Саша, - сказал он мне,- Аркадий рассказал мне о своей встрече с вами.