Страница 59 из 63
— «Вечный правитель», — закряхтел вместо смеха старик. — Э — экспериментальная, р — разработка, и — института, к — Курчатова. Та женщина, которая родила тебя и вырастила, лишь инкубатор, у тебя нет ничего от нее. В тебе собраны гены лучших профессоров нашей страны, хотя нет, мы добавили еще и спортсменов. Мы создали такую систему работы с генами, что она опередила свое время. Я понял это, когда страна начала разваливаться, и представил, что наш труд может, и, скорее всего, так и было бы, попасть к врагу. На миг представил, что они, а не мы будут создавать суперсолдат по нашей системе, чтоб убивать нас же. Именно тогда я понял, что мы создали что-то пострашнее ядерной бомбы.
— Поэтому вы всех уничтожили? — спросил Эрик.
— В тот день ко мне, человеку, работающему в тайной лаборатории за семью, так сказать, печатями, пришел иностранец и очень просто, словно покупал рыбу на базаре предложил денег. Представляешь? Я, конечно, тут же позвонил куратору нашей программы, а он сказал, что написал рапорт и нашу лабораторию закрывают как неперспективную, нет средств. А я могу делать с открытием все что угодно, хоть американцам продать. Вот тогда я и осознал все.
— Сожгли бы документы, и все, — вставил Эрик с нескрываемым раздражением.
— Дурак, — беззлобно ответил ему Кузьма Петрович. — Бумаги это пшик, главное головы, я не мог рисковать. Ты думаешь, я просто так молчу и маразматика из себя корчу. В том огне должны были погибнуть все, и я в том числе, просто меня вынесло взрывной волной из окна, когда сдетонировал газовый баллон. А после, когда пришел в себя, понял, что под постоянным контролем и даже покончить с собой не могу. Так что я и так, можно сказать, дал слабину, с тобой вот, например, тоже. Ты должен был получиться физически способный и умный малый. Вышло?
— Ну, более или менее.
— Мы придумали систему выделения лучших генов, игнорируя плохие. Правда, могло быть так, что вытащили с плохими и что-то нужное. Наблюдается такое? — пытливо спросил Кузьма Петрович.
— Я не умею любить, — ответил Эрик, немного смутившись.
— Физически? — уточнил профессор и крякнул вместо смеха.
— Физически как раз все в порядке, даже более чем, — заверил его Эрик.
— Ну тогда это еще не факт, может, просто не встретил свою. Я вот например тоже не очень то любвеобилен был. Любовь штука очень эфемерная, — не впечатлился информацией профессор. — В нашем союзе было три института.
— Я помню имя Ирма, — сказал Эрик, — и помню бассейн.
— О да, и — инновационная, р — разработка, м — московской, а — академии. Ирма Двойка. Хорошая получилась девочка. Должна была считывать эмоции людей на уровне подсознания, просто знать их. Ну вот как я вижу черные тучи, значит, пойдет дождь, так и она должна была чувствовать злость, агрессию и даже замысел преступления. Это был очень оригинальный подход к сверхчеловеку, интересно, получилось ли. Их с матерью я тоже выгнал из того здания, но, в отличие от тебя, ей не очень повезло с инкубатором. Такая знаешь, фифа, которая только о себе думает. Она и в наш проект то попала за деньгами, им, инкубаторам этим, хорошо платили и много обещали: квартиру, машину.
Эрику было противно, что этот старик говорит о нем и той девушке лишь как о проекте. У него зачесались кулаки и захотелось дать старику в рожу, но он остановил себя — сначала надо было все узнать, а потом уж давать волю эмоциям.
— Я Единичка, Ирма Двойка, — сказал Эрик. — Была и Тройка?
— Да, — сказал Кузьма Петрович, — все было секретно, но вас мы должны были изучать, как вы будете социализироваться в обществе, поэтому вашим матерям и вам выдали настоящие документы, просто с печатью о разводе с неким Единичкой, Двойкой и Трояком.
— Как звали Трояка и в чем была его уникальность? — спросил Эрик, но тут на дорожке появились Василий Васильевич с доктором, Кузьма Петрович закрыл глаза и откинулся на спинку.
— Ну что? — спросила доктор, когда они подошли. — Вам удалось что-то у него узнать?
— Он сразу уснул, — Эрик вздохнул и нарочито обижено пожал плечами, — даже не удостоил меня взглядом.
— А я вас предупреждала, — сказала женщина тожествено.
— Можно я его еще раз как-нибудь навещу? — спросил Эрик.
— Приходите, — легко согласилась она, — но вряд ли что-то изменится. Это клиника.
Когда они вышли за ворота, Эрик сказал Василий Васильевичу:
— Срочно надо найти Ирму Двойку, и искать, мне кажется, надо в психушке.