Страница 11 из 28
Амелиса потупилась, ее пальцы неосознанно начали рисовать узоры на моей груди. Потом она спохватилась и попыталась убрать руку, но я мягко поймал ее ладонь, поднес к губам и оставил на ней легкий поцелуй.
– Он… он нуждался в союзе с родом Ларен. Наши земли граничат, у нас закончились деньги из-за постоянных игр отца. А я… я была неудобной дочерью. Слишком тихая и робкая. Единственная дочь от давно умершей жены при живой мачехе с тремя дочками. Папа был рад отдать меня за влиятельного соседа.
В ее голосе не было обиды, лишь горькая констатация факта. Как будто она никогда и не ждала иной участи. Во мне снова закипела знакомая злость.
Ее отдали, как вещь. А она приняла это как данность.
– Твоя мать? – спросил я, цепляясь за новую ниточку.
– Она умерла, когда я была маленькой. Она была из… далеких земель, не леди. Ничего особенного, – Амелиса пожала плечами, и ее взгляд упал на мою шею, где от эмоций проступил легкий узор чешуи. Ее глаза расширились от любопытства.
– Можно… можно потрогать, Повелитель? – она робко протянула пальчик, но тут же остановилась, засомневавшись.
Я мягко рассмеялся.
– Можно. Но только если ты будешь звать меня Кайден.
Она густо покраснела, но кивнула. Ее пальцы едва коснулись кожи на моей шее, погладили выступающие чешуйки. Прикосновение было таким осторожным, полным неподдельного восхищения.
“Позволь ей больше,” – пророкотал внутри голос моего Дракона.
Я усмехнулся на это и сосредоточился. Кожа на моей руке зазмеилась, покрываясь крупной, переливающейся золотой чешуей, пальцы удлинились, превратившись в изящные, но смертоносные когти. Я протянул ей свою драконью лапу, пусть и не в полном размере. Но в Драконов уже несколько столетий никто не обращался полностью, увы. Магия рода таяла.
Девушка ахнула, но не от страха, а от восторга.
Она обеими руками обхватила мою лапу, ее пальчики скользнули по прохладной чешуе, исследуя каждую грань. Ее восторг был таким искренним, что что-то в моей груди сжалось странным и болезненным трепетом.
“
Наивный слепец,
” – усмехнулся внутренний Зверь, и в его тоне была насмешка надо мной. – “
Ты все еще не понимаешь, что держишь в руках? Она не боится нашей истинной формы. Она видит в ней красоту. Она – не просто твоя добыча, а – наше сокровище. И мы будем оберегать его. Все планы Ларена разобьются о нас. Мы уничтожим всех, кто посмеет на нее покуситься
”.
Я притянул Амелису к себе, чувствуя, как ее сердце учащенно бьется в такт моему. Она была моей загадкой. И… чем-то большим.
Чем-то, что заставляло меня желать не просто обладать ее телом, а защитить от всего мира, даже от ее собственных страхов.
Это новое чувство было тревожным, пугающим и, на удивление,… приятным.