Этикет трех сердец

Глава 12. Тайный ужин с Рагнаром (скандал)

Карета мерно покачивалась на ухабах. Я всё ещё сжимала запястье - там, где браслет принца касался кожи. Холодный платиновый ободок уже нагрелся, а крошечные руны поблёскивали в полумраке.

- Ну? - леди Арабелла сидела напротив, сложив руки на коленях. - Рассказывай. Не томи.

Я подняла глаза.

- Он совсем не такой, как я думала. Не холодный. Не ледяной. Он… растерянный.

- Растерянный принц? Это новость.

- Он рассказал о матери. О том, что она никогда его не обнимала. О том, что он не может быть счастлив из-за того, что с ним сделали в детстве. - Я помолчала. - А ещё он подарил мне этот браслет.

Я протянула руку. Леди Арабелла наклонилась, разглядывая руны.

- Древние символы, - пробормотала она. - Защита, солнце, радость… Дорогая вещь. Очень дорогая.

- Он сказал, что заказал его гномам ещё до бала. Думал подарить случайной невесте.

- А подарил тебе. Это что-то значит, Элисса.

- Я знаю. - Я вздохнула. - Но я не понимаю, что я чувствую. Мне жаль его. И в то же время… он мне нравится. Но не так, как…

Я замолчала, не договорив.

- Как кто? - наставница прищурилась.

- Не знаю, - соврала я.

Карета остановилась у дворца. Леди Арабелла вышла первой, я - следом. Мы поднялись в мои покои, и я с облегчением скинула туфельки. Ноги гудели, но не так сильно, как после бала.

- Приготовь ванну, - велела наставница служанкам. - И подай чай. Леди нужно отдохнуть.

Я села у окна, глядя на закатное небо. Браслет тихо звенел при каждом движении.

Через час, когда я пила ромашковый чай и читала старый роман, в дверь постучали.

- Леди Элисса, - Милли заглянула с растерянным лицом, - к вам посыльный. От лорда Вулкана.

Посыльный в чёрном вручил мне конверт из плотной серой бумаги и тут же исчез.

Леди Арабелла подошла, когда я разрывала печать.

- Что на этот раз?

Я прочла вслух:

«Леди Элисса. Сегодня вечером я жду вас на ужин. Не спрашивайте куда - я провожу сам. Будьте готовы к семи. Рагнар»

- Это безумие, - отрезала наставница. - Он даже не назвал место!

Я подумала. Кассиан - правильный, вежливый, предсказуемый. Рагнар - дерзкий, опасный, непонятный. Именно это в нём и привлекало.

- Я согласна, - сказала я. - Хочу узнать его по-лучше.

- Ох, Элисса… - наставница покачала головой, но спорить не стала.

Ровно в семь раздался короткий резкий стук.

Когда открыли дверь, в дверях стоял Рагнар Вулкан - без камзола, в чёрной рубашке с расстёгнутым воротом. Волосы собраны в низкий хвост, шрам на брови чуть блестит.

- Вы готовы? - спросил он.

- Мы готовы, - подчеркнула леди Арабелла, выступая из-за моей спины.

Рагнар посмотрел на неё, и на его губах появилась усмешка.

- Разумеется. Идёмте.

Он не протянул мне руку, просто развернулся и пошёл по коридору. Я поспешила за ним, леди Арабелла - за мной, шурша юбками.

Мы шли по длинной галерее, потом свернули в боковой коридор, потом ещё раз свернули. Я перестала ориентироваться в пространстве - здесь я никогда не была.

- Это крыло дворца предназначено для гостей? - спросила леди Арабелла настороженно.

- Для некоторых гостей, - ответил Рагнар, не оборачиваясь.

Он привёл нас к дубовой двери с серебряными драконами.

- Мои покои, - объявил он, открывая дверь.

Я замерла на пороге.

Это было неслыханно. Незамужняя леди не могла заходить в мужские покои - ни днём, ни ночью, ни под каким предлогом. Это был прямой путь к скандалу, к сплетням, к разрушенной репутации.

- Вы с ума сошли, - выдохнула леди Арабелла. - Мы сейчас же уходим.

- Подождите, - Рагнар повернулся, и в его голосе впервые прозвучало нечто похожее на просьбу. - Я и не предлагал леди оставаться здесь одной. Вы, леди Арабелла, будете в соседней комнате. Дверь между ними открыта - вы сможете видеть нас и слышать.

- А если кто-то войдёт? - не сдавалась наставница.

- Никто не войдёт. Я позаботился.

Она посмотрела на меня. Я чуть кивнула.

- Десять минут на осмотр, - сдалась леди Арабелла. - И если мне что-то не понравится, я увожу леди.

Леди Арабелла прошла в соседнюю комнату, оставив дверь приоткрытой.

- Вы смелая, - сказал Рагнар, усмехаясь.

- Или безрассудная, как вы.

- Пойдёмте.

Он провёл меня в столовую. Я ожидала увидеть грубые солдатские интерьеры: походную мебель, простую еду, отсутствие украшений. Вместо этого я замерла.

Комната была обставлена с мрачной роскошью: тёмное дерево, серебряные канделябры, тяжёлые шторы цвета воронова крыла. На стенах - картины с батальными сценами, но между ними - маленькие акварели с цветами, совсем не военные.

- Вы рисуете? - спросила я, заметив подпись в углу.

- Нет. Это моя мать рисовала. Она умерла, когда я был молод.

Я не нашлась, что ответить. Он указал на стул - массивный, резной, обитый тканью цвета бордо.

- Садитесь. Я не кусаюсь.

И мы сели друг напротив друга. Стол был накрыт на двоих: фарфор с серебряным ободком, хрусталь, свечи.

- Вы удивлены? - он усмехнулся.

- Я ожидала чего-то… другого.

- Грубого? Примитивного? - он усмехнулся, но без злости. - Драконам тоже свойственна эстетика.

Он хлопнул в ладоши, и в дверях появились слуги - бесшумные, в тёмных ливреях. Они внесли суп, затем горячее, затем вино.

Я пробовала, но почти не чувствовала вкуса - слишком напряжена была. Рагнар ел молча, иногда поглядывая на меня.

- Ты не ешь, - заметил он.

- Я не голодна.

- Врёшь. Просто боишься.

- Не боюсь.

- Лжёшь, - мягче. - Не бойся меня, Элисса. Я не сделаю тебе больно.

Я отставила вилку.

- Зачем вы пригласили меня сюда? Зачем этот риск?

Он помолчал, поставил бокал.

- Я хочу, чтобы ты узнала меня настоящего. Не того, кого боятся при дворе, не того, о ком шепчутся за спиной. Просто меня.

Он наполнил бокалы.

- Ты знаешь, почему я стал изгоем? - спросил он.

- Говорят, вы убили своего командира.

- Мой командир предал нас. Продал позиции врагу. Мои солдаты погибли. Я вызвал его на дуэль и победил. По законам войны я имел право. Но при дворе меня назвали убийцей, потому что тот командир был племянником лорда Эдвина.

- Дяди принца?

- Да. Эдвин ненавидит всю нашу семью. Он уничтожает тех, кто мне дорог, и портит моё имя.

Он говорил устало, без бравады.

- Я потерял друга в ту войну. Он прикрыл меня собой. С тех пор я ношу эту маску - дерзкую, грубую. Чтобы никто не приближался. Чтобы никто не пострадал из-за меня.

- Но вы приблизились ко мне.

- Потому что не смог удержаться.