Идущая сквозь ад

— Власть, — вздохнула Аннушка. — Это ведь очевидно. Нашим нанимателям в первую очередь нужна власть. У них и так она есть, но таким как они, всегда мало. А во-вторых — бессмертие. Ну, или, по крайне мере, долголетие. И ещё у меня есть подозрение, что какие-то из этих знаков можно использовать, как оружие. Представьте себе большой город. Центр. Какой-нибудь управляемый фанатик рисует на полу своей квартиры такой вот знак, проводит ритуал и…

— Город накрывает ад, — закончил за неё Оззи. — Лихо, ничего не скажешь.

— Это всего лишь мои предположения, — Аннушка подняла руки, словно бы извиняясь за свои домыслы.

— Сдаётся мне, они верные, — сделал вывод Кузя и посмотрел на Квака. — Слушай, а ты ведь потом настучишь на нас Когану. Передашь ему всё, о чём мы тут говорим. Я прав?

Квак ухмыльнулся.

— Конечно, прав. Ещё как настучу, даже не сомневайтесь. Если выберемся из этой передряги, каждое ваше слово передам. А что мне остаётся? Я на крючке. Коган спросит, я честно отвечу. Пока вы тут ничего такого не сказали, бунт не затевали, покушение ни на кого не готовили, так что и рассказывать мне ему особо нечего. Поверьте, я на вашей стороне. Всегда буду на вашей, но при мне лучше что-то тайное не обсуждайте, лады?

— И не собирались, — зло выдавил Кузя и вдруг шарахнулся в сторону, потому что из трубы на него прыгнула тварь, отдалённо напоминающая крысу, с которой содрали шкуру. Закружившись на месте, он стряхнул её, а Оззи тут же раздавил мелкого монстра ногой.

Раздавил. Вот только тварь всё ещё была жива, хотя задняя половина туловища превратилось в месиво из плоти и костей. Широко раззявив пасть с кривыми серыми зубами и как-то дёргано поворачивая голову, она издала пронзительный визг. Чёрные глаза блестели, длинный язык походил на хлыст, пару мгновений он со свистом яростно рассекал воздух, а потом захлестнул ногу Кузи.

— Чтоб тебя, сука! — выдохнул Оззи и ещё раз ударил по твари ногой, после чего посмотрел на Виталика. — Извини, конечно, братишка, что отвлекаю, но тебе лучше поторопиться.

Виталик его как будто не услышал. То и дело согревая руки своим дыханием, он заполнял символами уже второй сегмент круга, и получалось у него неплохо, видимо, сумел настроиться на нужную волну.

Из другой трубы выпрыгнули ещё две твари. Оззи раздавил одну, Аннушка другую. Квак вынул из рюкзака фальшфайеры. Он поджигал их и пихал в трубы. Помещение заполнили визг и шорох. Стены затряслись — чудовище наверху в очередной раз атаковало здание.

— Уже скоро, — прошептал Виталик. — Чуток осталось. Чёртов холод.

Сразу несколько жутких подобий крыс выскочил из труб, несмотря на горящие фальшфайеры. Твари визжали, атаковали, впивались зубами в ноги. Демоны их давили, пинали, сдирали с себя и бросали в стены, всё это походило на какой-то кошмарный танец, а мелкие чудовища всё выпрыгивали из труб, на смену погибшим. Одна из тварей кинулась на Виталика, но Оззи успел перехватить её, сжал в кулаке так, что хрустнули кости, а сквозь пальцы потекла кровавая жижа.

— Всё, я закончил! — выкрикнул Виталик. Он сунул планшет в рюкзак, а потом изменился в лице, отдав контроль Бабуле.

Как раз вовремя, потому что из труб хлынули целые потоки, состоящие из пронзительно визжащих тварей. Демоны бросились прочь. Псевдо-крысы мчались за ними не только по полу, но и по стенам, по потолку, по трубам, и догоняли, нападали, кусали. Давить и пинать не имело смысла — слишком их было много. Оставалось лишь сбрасывать с себя тварей, не останавливаясь ни на секунду. Одежда пропиталась кровью, из-за сотен полученных ран на телах живого места не осталось. Демоны бежали вверх по наклонному коридору, а за ними двигалась визжащая волна. Сейчас оступиться, упасть означало одно — погибнуть.

Сразу несколько тварей прыгнули с потолка на голову Оззи, он срывал их, отшвыривал. Тоже самое делали и остальные. В темноте мелькали покрытые желтушной пеной морды маленьких чудовищ, мелькали серые зубы, чёрные бусины глаз. Бабуля орала, выкрикивая проклятья, Кузя матерился. Коридор всё не кончался. Квак поскользнулся, едва не упал, замедлился всего на секунду, но этого времени хватило, чтобы сзади на его рюкзак запрыгнуло с десяток тварей, сотни зубов впились в ноги, в спину, в шею. Заорав, он скинул рюкзак, сделал рывок — так и бежал, облепленный монструозными крысами.

Впереди наконец показался просвет. Выход. На пределе сил демоны преодолели расстояние до лестницы. Визжащая волна словно бы схлынула, твари ретировались обратно в темноту, словно опасаясь покидать свою подземную территорию. Оззи, Аннушка, Кузя, Бабуля и Квак выбрались из подвала и тут же рухнули, не в состоянии больше сделать ни шага. Все истекали кровью, одежда превратилась в лохмотья.

— Ну, и что дальше? — тяжело дыша, спросил Кузя. — Как выбираться будем? Через ту гору мяса у входа нам не пробиться.

Будто услышав, что о нём упомянули, огромное чудовище вновь тупо атаковало здание, да так, что рухнула часть крыши, клубы пыли опустились с третьего этажа на первый, вызвав у демонов приступы кашля. Когда пыль немного осела, Аннушка поднялась.

— Пойдёмте, нечего рассиживаться. Выберемся через окно с противоположной стороны, а там — посмотрим. Возможно, придётся бежать сквозь лес.

— Это самоубийство, — покачала головой Бабуля. — Там эти деревья… ненормальные. А у нас сил почти не осталось, чтобы сопротивляться. И… темнеет уже. Ночь скоро.

— Значит, нам стоит поспешить, — мрачно сказал Оззи. Он встал и пошатнулся. — Ну, хотя бы попытаемся.