Идущая сквозь ад

Девочка смотрела на перекошенные лица родителей, на их нелепые позы, и кричала. Она понимала: ещё мгновение и мама с папой погибнут. Что делать⁈ Может, это Боженька остановил время, чтобы она смогла их спасти? Бабушка говорила, что Боженька творит чудеса. Но как вытащить из машины маму с папой? У неё не хватит сил! Самой бы выбраться. И почему всё красное⁈

Что-то показалось снаружи. Человек? Но почему он абсолютно тёмный, без лица?

— Ты ведь хочешь жить, девочка?

Голос звучал в голове, словно из наушников, которые запихали прямиком в мозг.

— У нас мало времени, так что решай быстрее: жизнь или смерть⁈

— Жизнь, — промямлила девочка. — Жизнь, жизнь…

Рука тёмного человека проникла сквозь стекло.

— Пожми. Скорее!

Девочка послушалась и ощутила боль, ладонь будто раскалённым железом обожгло, перед глазами замелькали чёрные пятна.

— Терпи!

Она терпела и скоро боль прошла, а тёмный человек исчез.

«Мы теперь едины», — дал он о себе знать. И девочка ощутила силу. С лёгкостью разорвала ремень безопасности, ударила по дверце так, что та отлетела на несколько метров.

— Я должна спасти маму и папу, — сказала девочка.

«Нет, — возразил тот, кто теперь был в её сознании. — У нас нет времени. Твоих родителей не спасти».

— Я должна!

И она потеряла контроль над своим телом. Помимо воли выбралась из автомобиля, сделала несколько шагов. И тут время словно сорвалось с тормозов. Машина с грохотом смялась, взорвались осколками окна. На земле сияли какие-то знаки, деревья шевелились, размахивали ветвями. Над землёй вздувался красный кожистый пузырь, испещрённый белёсыми венами. Он лопнул и наружу вырвались твари, похожие на чёрных ос.

Из смятой машины, разрывая покорёженный металл, выбиралось что-то невообразимое. Какие-то слипшиеся куски кровоточащей плоти.

Девочка побежала, задыхаясь от ужаса. Но нет, она должна была увидеть маму и папу в последний раз, пускай даже таких, страшных, непонятных. Оглянулась. Плоть вздымалась над автомобилем, в ней образовалась трещина, похожая на пасть. Раздался глухой рёв:

— Дочка, вернись! Вернись к мамочке и папочке!

Девочка завыла от отчаяния, побежала дальше и выскочила из красного круга.

Такова была история Вари.

«Это был небольшой круг, — пояснила она. — Метров двадцать. И мы с родителями умудрились в него угодить. Со стороны его не было видно. Смотришь — и вроде бы обычная дорога, лес, а внутри — ад. Потом к этому месту приезжала полиция, но круг к тому времени уже исчез. Остался лишь покорёженный автомобиль и ни следа моих родителей».

История Бориса.

Мальчику нравилось проводить каникулы в деревне у тётки. И ему вовсе не было скучно, они с сестрёнкой всегда находили чем заняться. Особенно им нравилось проводить время у пруда. Там они соорудили шалаш и представляли себя индейцами, даже головные уборы из перьев сделали и луки. Восьмилетняя Анютка хоть и девчонка, но игра в индейцев ей доставляла огромное удовольствие. Себя она называла Бегущий Ручей, а мальчик придумал себе имя Быстрый Олень.

То лето было жарким, солнечным, а если и шли дожди, то приятные, грибные. Мальчик и его сестра в очередной раз пошли к пруду, когда тётка поехала в город за продуктами.

— Смотрите тут у меня! — прежде чем отправиться к автобусной остановке строго сказала она. — Не шалите! А ты, Борька, за Анюткой присматривай.

Тётка могла бы это и не говорить, мальчик всегда присматривал за сестрой, ведь был старше её на три года. «Ответственность» — ему нравилось это слово. Когда в школе его называли «ответственный» и «послушный», он испытывал гордость, чувствовал себя взрослее. А то, что они с Анюткой на пруд тайком от тётки бегали… ну, это не в счёт. Надо же как-то развлекаться. Не сидеть же дома, когда такая отличная погода? Да и что может случиться? Пруд мелкий, надо ещё постараться, чтобы в нём утонуть.

Первым делом они поправили шалаш, затем нарвали травы и сделали себе лежанки, чтобы просто валяться и смотреть на облака. Как же было хорошо! От пруда тянуло приятной прохладой, кузнечики стрекотали, лягушки квакали.

— А вон то облако похоже на зайца, — сказала Анютка. — Мне нравятся зайцы.

— Нет, оно похоже на кролика, — улыбнулся мальчик.

Анютка хихикнула.

— Заяц и кролик — это одно и тоже.

— А вот и нет.

— А вот и да. Такие же ушки, такой же хвостик.

— Всё равно это разные зверушки, — настаивал мальчик. — А вон то облако похоже на большую какашку.

Анютка захохотала.

— Сам ты какашка!

А потом стало не до смеха, потому что облака исчезли, небо стало красным. Всё вокруг стало красным, будто залитым кровью.

— Борь, что это? — испуганно пискнула Анютка.

Он понятия не имел, что это. Мир изменился в одну секунду. Мальчик любил читать фантастические книжки. В них иногда инопланетяне творили странные вещи. Может, это они сделали?

Вода в пруду стала похожа на густую слизь, она бурлила, выпуская на поверхность крупные пузыри. Откуда-то доносился звук, напоминающий скрежет ржавых механизмов.

— Нам нужно бежать, — почему-то шёпотом сказал мальчик. — Поднимайся, надо бежать.

— Не могу, — захныкала Анютка. — Мне страшно, Боря.

— Ничего, я понесу тебя.

Слизь в пруду начала двигаться, в центре образовалась воронка, в которую, как в пылесос, начало затягивать всё, что находилось вокруг. Срывались и летели в неведомые глубины камыши, прибрежная трава вместе с кусками дёрна, накренился шалаш.

Мальчик поднял сестру, зашагал прочь. Каждый шаг давался с огромным трудом. Из воронки, точно причудливые змеи, выползли состоящие из кожи и драных сухожилий ленты. Их было не меньше десятка. Чавкая и перекручиваясь, они потянулись к беглецам. Мальчик оглянулся и едва не закричал от ужаса, он понял, что не успеет сбежать.

Время как будто остановилось. Мальчик не мог больше сделать ни шага, сестрёнка стала такой тяжёлой, что пришлось положить её на землю.

— Ты ведь хочешь жить?

Перед мальчиком возник тёмный человек. Только что его не было и вдруг откуда-то появился, словно из воздуха материализовался. Инопланетянин? Мальчик не так себе их представлял.

— Жить хочешь⁈ — напористо повторило существо женским голосом. — Отвечай скорее, времени почти нет!

— Хочу! — выпалил мальчик.

Тёмный выставил перед собой ладонь с горящим на ней непонятным знаком.

— Пожми мне руку.

— Я должен спасти сестру!

— Мы вместе её спасём.