Страница 16 из 86
Глава 4
Кира понимала, что, по сути, находится в тюрьме, но такого ощущения у неё всё же не было. Отчасти этому способствовали Варя и Борис, которые вовсе не выглядели, как унылые узники. Но главная причина — обстановка. Столовая, коридоры… а комната отдыха прямо-таки кричала: «Тут всё хорошо, опасаться нечего». В одном углу стояли спортивные тренажёры, в другом кадки с растениями. По-домашнему уютные кресла, полки с книгами, в стену был вмонтирован огромный плазменный телевизор.
— Не дай себе обмануться, — усмехнулась Варя.
— И не собиралась, — отозвалась Кира, напомнив себе, что её поместили сюда насильно.
Сеанс классической музыки наконец прекратился, и в подземном комплексе воцарилась тишина.
Борис и Варя расположились в креслах. Кира, не находя себе места, прохаживалась по комнате. Она, конечно, была рада, что тут не казематы, но такая обстановка тоже настораживала.
— А ты нормальная, — Варя глядела на неё оценивающе.
— Ну спасибо, — фыркнула Кира.
— Нет, это я в том смысле, что мы с Борей рады, что сюда привезли тебя, а не ещё одного психопата, вроде Грибника.
— А вот я как-то не очень рада.
Варя смутилась.
— Прости, язык мой, враг мой. Ты не злись. Иногда ляпну что-нибудь и только потом соображаю, что ляпнула. Конечно, паршиво, что ты сюда угодила, но… нет, лучше я помолчу. Хотя, всё-таки скажу: да, мы тебе рады. Трое нормальных, это лучше, чем двое. Чёрт, что-то я разнервничалась, — она посмотрела на Бориса. — А может, сеанс медитации проведём?
Борис снисходительно улыбнулся и поднялся с кресла.
— Я не против. Пристрастилась ты к медитации. Но это хорошо, верно? Кира, присоединишься к нам? Тебе не помешало бы успокоить нервы.
— Я спокойна, — раздражённо ответила Кира.
— Боря был инструктором по йоге, — пояснила Варя. — Дыхательные упражнения и всё такое… помедитируй с нами, Кир? Ну пожалуйста. Тебе понравится, вот увидишь.
Кира терпеть не могла навязчивых людей, ей и Оззи хватало с его пристрастиями. Даже уровень симпатии к Варе немного понизился. И что теперь? Если откажешься — обидится. Да и Борису отказ навряд ли понравится — как никак инструктор по йоге, а тут новый адепт. Они здесь, видимо, от скуки с ума сходят вот и придумывают развлечения вроде медитации.
— И что нужно делать? — вздохнула Кира.
— Так, прежде всего, давайте сядем на пол и возьмёмся за руки.
На пол сели по-турецки, образовав треугольник. Сцепили друг с другом руки.
— А теперь основа основ — дыхание, — принялся обучать Борис. — Закрываем глаза, представляем себе медленно плывущие облака. Вдох, задержка дыхания, выдох. Вдох, задержка дыхания, выдох…
Кира делала всё старательно, но с таким чувством, словно играла в глупую детскую игру. Никогда серьёзно не относилась ни к йоге, ни к медиации. Считала, что всё это нормально там, где-нибудь в Индии, в Китае, а в России это просто баловство, модное веяние.
«Спокойно, не дёргайся. Продолжай дышать».
Это был голос Бориса, но говорил он не вслух, а… как Оззи! Кира напряглась, хотя продолжала выполнять дыхательные упражнения.
«Молодец. Только расслабься. Пускай они видят, что мы просто медитируем. Я действительно инструктор по йоге и они об этом знают, а потому не подозревают, что мы можем таким образом общаться. Если захочешь что-то сказать, просто подумай об этом, но мысли оформляй чётко».
«И в следующий раз соображай быстрее, когда мы что-то предлагаем», — это уже был голос Вари.
Кира представила, как неведомые наблюдатели сейчас смотрят в мониторы и видят трёх человек, занимающихся медитацией. Ничего подозрительного. Совершенно.
«Я и не знала, что мы, одержимые, так умеем общаться», — подумала она.
«Дело в том, что я — проводник, — отозвался Борис. — Общение идёт через меня. Если бы все одержимые умели так общаться, об этом знали бы те, кто нас сюда поместил».
«Ты этому научился или всегда умел?»
«Научился. У меня жена тоже была одержимой»
«Жена⁈»
«Да, её звали Соня. Таких как мы, одержимых с детства, единицы. Шанс, что мы случайно можем повстречать друг друга, почти равен нулю. Но мы с Соней всё же встретились, нас как будто судьба свела. И мы жили душа в душу, пока… О том, что случилось, я как-нибудь потом расскажу».
Кира чётко ощущала его эмоции — боль, тоску. А ещё она чувствовала, что и ему, и Варе можно доверять и не сомневалась, что они чувствуют по отношению к ней тоже самое. Никогда она ещё не испытывала такого единения. Будто повстречала частицы себя самой. Это было даже мощней, чем родственные узы.
«А теперь поделись своей историей, Кира, — попросил Борис. — А мы с Варей поделимся своими. Просто вспоминай и всё».
Кире показалось, что в её голове что-то сместилось и в этот проём втиснули файлы с записями событий, свидетелем которых она никогда не была.
История Вари.
По заснеженной трассе ехал автомобиль. В салоне мужчина, женщина и восьмилетняя девочка. Настроение у всех было приподнятое, в загородном доме их ждали друзья, чтобы вместе отметить Новогодний праздник. Из радиоприёмника звучала песня группы «Браво», «Стильный оранжевый галстук». Мужчина подпевал, женщина улыбалась, а девочка смеялась, ей казалось, что папа смешной, ведь у него совсем нет голоса и в ноты он не попадал. Мама сказала, что папе медведь на ухо наступил и девочка захохотала пуще прежнего.
Она думала, что это будет лучший праздник. Лучше, чем в прошлом году, в позапрошлом. Что ей подарят? Ох, как не терпелось достать из-под ёлки коробки в блестящих обёртках, с бантиками. А подарков будет много, девочка в этом ни капельки не сомневалась.
Папа свернул на просёлочную дорогу, по которой совсем недавно проехал трактор, расчистив её. Вокруг теперь был сосновый лес. Девочка залюбовалась тем, как в лучах вечернего солнца сверкали снежные шапки на ветвях. Красиво. Из радиоприёмника теперь звучала песня про настоящего индейца.
Но что это? Всё вдруг стало красным. Машину резко швырнуло вперёд, словно невидимые лапы схватили её и подбросили. Мама закричала. Папа крепко вцепился в руль, как будто это могло помочь. Автомобиль врезался в дерево… почти врезался…
А потом всё застыло. Время остановилось.