Самый темный долг

Глава 33

— «Суп» висит низко, — замечает Мариус, глядя в иллюминатор военно-транспортного самолета. Черно-зеленый камуфляжный грим на его лице грубо контрастирует с блондинистыми волосами, которые сейчас скроются под шлемом, облепленным ветками папоротника. — Идеальная погода для спецоперации.

— Сколько еще? — спрашиваю я его.

— Минут пятнадцать. Можете начинать надевать парашюты и проверять, правильно ли они сидят.

Пока самолет летит над плотным ковром облаков, я закрепляю парашют за спиной. Мой рюкзак пристегивается отдельно, так что во время полета он будет болтаться прямо под моим телом. Защитные очки я уже натянула на голову, пропустив резинку под заплетенную косу. Остался шлем.

Минуты пролетают как секунды. Не лучший знак, если вдуматься. Даже если пути назад для меня никогда не было: прыжок в самое сердце вражеской территории окончательно превращает происходящее в мою главную, решающую реальность. Десять лет я думала об этом каждый день. Десять лет своей жизни я ни разу не ложилась спать без мысли о том, чтобы отомстить за отца. Так близко к этой цели, как сейчас, я не буду уже никогда. И мне страшно облажаться. Мне чертовски страшно!

О том, что время пришло, я узнаю из голоса Мариуса в наушнике:

— Так, бойцы! Строиться. Помним про боевой порядок! Интеркомы у всех включены?

Мы выстраиваемся в шеренгу перед люком и поднимаем большие пальцы вверх.

Халворсен — выпускающий. Он поднимает кулак, затем выпрямляет один палец. Осталась одна минута. Я неосознанно хватаюсь за рукоятку кобуры пистолета-пулемета, проверяя надежность крепления. Между ног стоит рюкзак, привязанный стропой к моей подвесной системе. Сорок килограммов снаряжения — плюс моя обязательная экстра-порция взрывчатки C4, которую я аккуратно размяла и вшила в подкладку. Всё, что мне понадобится на ближайшие дни. По крайней мере, я на это надеюсь.

Огни меняются на зеленый.

— Пошли! — громко командует Мариус. Затем он с интервалом примерно в секунду выталкивает наружу Пола, Джереми и Зака. Нет времени думать, нет времени сомневаться — вот уже и моя очередь. Я тащу свой рюкзак обеими руками. Его ладонь жестко толкает меня в плечо вперед. Шаг в черную ночь. Земля уходит из-под моих ботинок, и я падаю. Холодный воздух бьет в лицо, гул самолета резко обрывается и удаляется. На мгновение остаются только ветер и рокот свободного падения.

Я принимаю правильное положение тела, стремительно приближаясь к слою облаков, который луна над нами окрашивает в темно-сине-серый цвет. Раз, два, три — и я прошиваю облака насквозь. Теперь я снова вижу своих товарищей, прыгнувших чуть раньше.

— Открыть купола, — командует Мариус, и все одновременно дергают за кольца.

Купол раскрывается с резким рывком, подбрасывая меня вверх. Я крепко держу стропы управления, вглядываясь в темноту под собой. Ориентироваться тяжело — видно крайне мало. Кажется, там поле. Но где же этот...

— Держать строй. Ориентир по точке «Браво».

Я чертовски благодарна, что двое парней уже засекли нашу точку «Браво» — приметный ориентир, который должен быть различим даже ночью. Это неиспользуемая щебеночная площадка. Скорее всего, раньше там стоял амбар. С трудом я различаю её и направляю парашют в нужную сторону.

Остаются считанные секунды, мир внизу стремительно увеличивается, а земля приближается всё быстрее. По крайней мере, так кажется. С глухим стуком мой рюкзак бьется о землю. Молниеносно я отстегиваю стропу груза и гашу купол на бегу. И всё же удар после невесомости каждый раз выходит жестким.

Отработано до автоматизма на тренировках, но сейчас — абсолютная премьера. Впрочем, мандража нет, ведь я в деле. На вражеской территории. Здесь никто меня не спасет, если я допущу ошибку.

— «Snowfox» в полном составе. Отстегнуть купола, забрать с собой. Надеть ПНВ. Сто faint пятьдесят метров на юго-восток.

Я быстро сбрасываю ремни, закидываю рюкзак на плечи и сгребаю парашют. Вместе мы бежим к густому лесу. К моему приятному удивлению, здесь не так холодно, как я ожидала. Градусов десять?

Спрятав парашюты под листвой и ветками, мы выдвигаемся, углубляясь в чащу. Всё кажется привычным, кроме осознания того, что сейчас всё иначе.

Найдя подходящее укрытие, мы устраиваем привал.

— Гуннарсон ведет нас к объекту. Незадолго до цели разобьемся на пары. Кому-нибудь нужно отлить или посрать?

К счастью, только по-маленькому. Гуннарсон, Зак, Пол и я поднимаем руки.

— Окей, у вас три минуты.

Когда с этим покончено, я вскидываю снаряжение, опускаю на глаза прибор ночного видения и перевешиваю оружие в положение готовности. Отныне — оружие наизготовку, отныне — никакого снятия с предохранителя без команды.

Настороженно мы продвигаемся вперед, шаг за шагом. В боевом порядке у каждого свой сектор. Мой — левый передний. Я реагирую на малейшее движение, но, кроме стада кабанов где-то вдалеке, ничего не вижу.

Начинает рассветать. Я сдвигаю ПНВ вверх, чтобы проверить, улучшает ли он еще видимость. Хм, пожалуй, уже не...

— Ложись, — внезапно шипит Мариус.

Рефлекторно мы вжимаемся в лесную землю. Пульс зашкаливает. Что он увидел?

— Вижу противника, тридцать градусов вест, сто семьдесят метров. Навскидку человек десять. Бинокль?

— Держи, — шепчет Гуннарсон, протягивая Мариусу оптику.

Я сама слегка приподнимаю голову и оглядываюсь. Ничего не вижу, но и шевельнуться не смею.

— «Snowfox» — командному центру: нас обнаружили. Замечен противник. Движутся в нашу сторону. Прием. — Он лихорадочно вытаскивает что-то из рюкзака, лежащего рядом. — Термоизоляционный тент. У этих ублюдков стопудово есть тепловизоры.

Я хватаюсь за край тента и натягиваю на себя. Технологически это лучшие плащ-палатки на рынке. Вот только толку от них мало, когда рассветет, и восемь солдат под одним покрывалом будут видны невооруженным глазом.

Дыхание Мариуса становится всё чаще и громче — адреналин бьет по венам наотмашь.

— О черт, о дерьмо! Они идут прямиком на нас! — Он изо всех сил пытается говорить тихо, но голос уже срывается. — «Snowfox» — командному центру: идем на фронтальный прорыв. Отход невозможен. Запрашиваем немедленную поддержку. Конец связи!

Мы все знаем, что делать. Каждое движение отточено до автоматизма на бесчисленных тренировках. И всё же я физически ощущаю коллективный страх, расползающийся под этим тентом.

— Атакуем по моей команде. Огонь и рассредоточиться. Дальнейшие указания — после уничтожения противника.