Страница 76 из 97
Я кошусь в сторону, где Зак уже вовсю напевает мотив песни Джона Денвера
Leaving on a Jet Plane
. Раздраженно смотрю на него.
— Что? — улыбаясь, спрашивает он и защелкивает замок своего пятиточечного ремня. — Немного атмосферы на этом полусамоубийственном задании нам не повредит, верно?
— Самоубийственной миссия считается только при уровне потерь выше тридцати процентов. У нас прогнозируется около пяти процентов, если всё пройдет гладко! — выкрикивает с противоположной стороны, из-за сложенного снаряжения, боец, чей голос я не узнаю.
Дружный хохот проносится по фюзеляжу самолета, который сейчас борется с редкими порывами ветра. Мои пальцы впиваются в ремень. Мне уже совсем не до смеха.
— Да что с тобой такое? — шепчет Зак так, чтобы слышала только я.
Я тяжело сглатываю. Как бы я ни старалась это скрыть, по мне за сто метров всё видно.
— Кажется, это приступ страха. Я думала, что оставила это чувство далеко в прошлом.
Зак задумчиво хмыкает.
— Ну, давать заднюю уже поздно. Нам всем страшно, Лорин. Конечно, мы мандражируем, но каждый справляется по-своему. Я стараюсь особо об этом не думать. Да и когда? Сейчас будет брифинг, а завтра на рассвете — сразу в бой. К тому же я верю нашему отряду. Своих не бросаем, помнишь? Мы же пообещали друг другу вернуться все вместе, живыми и максимум с тремя потерянными конечностями на всю компанию.
Я опускаю глаза и киваю. Мне стыдно перед самой собой, ведь я всерьез допускаю мысль при необходимости бросить отряд, чтобы в одиночку отомстить за смерть отца. Пусть даже я сделаю это только после того, как основная работа будет выполнена, и я не подставлю под удар жизни товарищей. Уже несколько дней во мне зреет мысль обрушиться на «Legacy front» подобно реинкарнации Афины. Эта идея засела в моей голове, как агрессивная опухоль, подчиняя себе всё остальное. Возможно, они выиграли локальную стычку, когда я была настолько наивной, думая, что смогу анонимно связаться с ними через публичный Wi-Fi. Но войну они не выиграют!
Самолет касается полосы и рулит на стоянку. Грузовые люки распахиваются, и начинается разгрузка — с военной точностью и быстротой.
Когда звучит приказ на выход, первыми идут лейтенанты, чтобы по установленной традиции поприветствовать руководство базы. Всё проходит формально, но напряжение в отряде окончательно берет верх. Навесив на себя тяжелую экипировку, чуть позже мы выстраиваемся в шеренгу и салютуем главному должностному лицу базы — генералу Торнтону.
— Завтра утром, пока Америка еще будет спать, вы впишете свои имена в военную историю, — открывает он свою приветственную речь. — И я говорю это не ради красного словца. Я убежден в этом до глубины души. Совершив серию актов агрессии против гражданских объектов, свободных выборов, критически важной инфраструктуры и отдельных лиц, организация «Legacy front» — которая едва ли заслуживает этого названия — развязала войну. Годами они проповедовали идею апокалиптической финальной битвы. И теперь они пытаются выманить нас.
Торнтон делает затяжную паузу, вглядываясь в лица бойцов.
— Есть ли здесь футбольные болельщики? Прошу всех любителей футбола сделать шаг вперед.
Я в замешательстве, но одновременно уверена, что сейчас услышу какую-то тактическую метафору.
Генерал Торнтон шагает вдоль строя и останавливается перед Джереми.
— Сержант Стоун?
— Так точно, сэр!
— Можете объяснить мне и вашим товарищам, в чем суть тактики оборонительного прессинга?
— Это значит выманить противника как можно глубже на свою половину поля, чтобы создать свободные зоны. Обычно её используют команды, делающие ставку на контратаки.
— Отлично, — отмечает главнокомандующий и идет дальше по шеренге. — Как вы знаете, армия США имеет численное преимущество. Фронтальная атака для «Legacy front» была бы чистой воды самоубийством. Поэтому они хотят выманить нас, чтобы получить пространство. Но мы не на футбольном поле. У нас есть вы. И вы устроите этой банде наемников такую встряску, дав четко понять, что их игра разгадана. Одновременно с операциями, задачи по которым вы получите прямо сейчас, будут проведены скоординированные удары беспилотников. Мы освободим заложников, нанесем сокрушительный урон их киберинфраструктуре и ликвидируем ключевых террористов. Поэтому я спрашиваю в последний раз: готовы ли вы выложиться здесь на полную? — Его голос всё громче разносится над герметично охраняемым аэродромом. — Готовы ли вы рискнуть своими жизнями, чтобы предотвратить гражданскую войну и спасти бесчисленное количество мирных граждан?
Словно по команде, мы все хором выкрикиваем:
— Так точно, сэр!