Страница 101 из 106
— Куда несёт волк свою добычу? В логово! Куда несёт орёл пойманного ягнёнка? В
гнездо! Для чего император раздаёт титулы и земли? Чтобы награждённый приумножил
своё родовое гнездо! Я имею в виду, родовое поместье. Ну, положим, нам с вами,
господин… э-э-э… — Барбара Браун сверилась с записной книжкой — господин Рей,
подобное не светит… но куда вы денете доходы от вашей лечебницы? М-м?.. Пропьёте и
прогуляете? Так вся неженатая, ветреная молодёжь поступает! А следовало бы уже
остепениться! Следовало бы подумать о гнёздышке! Об уютном, милом сердцу, гнёздышке,
с доброй, приветливой хозяйкой!
— У меня уже есть гнёздышко… — каменным голосом процедил хозяин, — Вы в нём сейчас
находитесь, не заметили?..
— Дом без хозяйки — это пустой, холодный склеп! — всхлипнула госпожа Браун, — Скучный
и безутешный…
Потом её взгляд вдруг упал на нас с Яриной, и она подозрительно прищурилась:
— Или тут, у вас, вместо склепа — вертеп?..
— Ни-ни-ни! — отмела все подозрения Ярина, — Мы девушки приличные!
Я смогла только согласно кивнуть. Голос мог меня и подвести.
Взгляд госпожи Барбары потеплел.
— Значит, склеп! — подвела она итог, — Мрачный и безысходный! Но у меня для вас,
птенчики мои, есть отличная новость!
Самый главный «птенчик», Фредерик Рей, уставился на посетительницу странным,
блуждающим взглядом.
— Я имею с виду, госпожу Глафиру Жармейк! — торжественно объявила госпожа Браун.
— Звучит, словно наждачкой по ржавому железу… — поджал губы хозяин.
— Напрасно вы так! — обиделась госпожа Барбара, — Одно моё слово, и я вас мигом
сосватаю! Моё слово, в этом вопросе, имеет вес! Во всяком случае, в пределах Нижнего
Волока!
— Так вы — сваха⁈ — наконец-то осознал очевидное Фредерик Рей.
— Нет! — отмела глупое предположение госпожа Браун, — Я не какая-то сваха! Я
лучшая
сваха этого города!
— Ах, вот оно что… — господин Рей откинулся на спинку кресла и ощутимо расслабился, —
А если я не хочу жениться?
— А придётся! — с нажимом объявила госпожа Барбара, — Вы же не хотите стать изгоем
нашего города? А это непременно произойдёт, если по городу поползут разные слухи… А
уж это я организую, не сомневайтесь! Вас не пригласят ни в один приличный дом! К вам
не придут по вашему приглашению! Вам не пришлют пригласительного билета, скажем, на
открытие нового фонтана! А ведь, там соберутся лучшие люди города… Без вас,
господин… э-э-э… — Барбара снова заглянула в блокнотик, — без вас, господин Рей! Вы
готовы терпеть роль изгоя? Не верю! Никто не хочет быть изгоем! А вдова Жармейк…
— Так, она ещё и вдова? — поперхнулся хозяин.
— Этому только радоваться надо! — всплеснула пухлыми руками Барбара Браун, — Госпожа
Глафира Жармейк трёх мужей пережила, значит, понимает толк в мужской ласке! И, в
полной мере, готова дарить избраннику ласку свою…
— От которой три предыдущих мужа окочурились! — едко вставил хозяин.
— А вы на кого рассчитывали, с вашим-то фамильяром? — госпожа Браун пренебрежительно
ткнула пальцем в сторону стола с прикрытой клеткой, — На дочку мэра, что ли? Не по
вашему рту кусок! Я вам больше скажу: у госпожи Глафиры Жармейк уже три претендента
на её руку и кошелёк. Вы — третий! Аптекарь, с Кислощёкинской улицы, отставной
барабанщик, какого-то там полка, с Жаберного переулка, и вы!
— Какая… солидная конкуренция! — бормотнул хозяин.
— Вот! — подхватила госпожа Барбара, — И я про это! Надо соответствовать! Вдова —
женщина серьёзная, график её посещения претендентами уже утверждён… ваш день —
четверг! Прошу прийти в чистой рубашке, имея при себе медицинскую справку об
отсутствии болезней. Особенно, об отсутствии болезней зубов! Вдова очень боится, что
это заразно и может перекинуться на её зубы.
Но, зато!.. Это же будет не жизнь, а сплошное наслаждение! Вдова — женщина солидная!
И фамильяр у неё не какая-нибудь летучая мышь, а настоящий поросёнок! Она ему каждый
день копытца золотой краской маникюрит… такая милая свинка получается! И не
голодранка, с приданым! Три козы, две овечки, два десятка кур, есть и гуси… два или
три… и дом — полная чаша! Не поверите, но на каждый предмет мебели госпожа Жармейк
собственноручно салфеточку связала! Очень, очень милый вид в комнатах! А какие
мягкие перины! Подушки! Утонуть, право слово, утонуть можно! Ну и… капиталец!
Госпожа Бабрара ещё раз оценивающе взглянула на хозяина:
— Прозябать за работой вам больше, пожалуй, не придётся! Не придётся днём надевать
сюртук и рубашки с галстуком. Если, конечно, не соберётесь в гости. А так, можно
ходить целый день в домашнем. Разве не уютно? Разве не заманчиво?
— Заманчиво и уютно! — поддержала я, — Я прямо представляю себе господина Рея в
просторном шлафроке и со спальным колпаком на голове. С кисточкой! Кстати, колпак
можно сшить ещё до сватовства! Где-то у нас был подходящий кусочек фланели…
Фредерик Рей глухо зарычал. Похоже, он тоже представил себя в колпаке и шлафроке.
— Мне кажется… — из последних сил сдерживаясь, процедил он сквозь сжатые зубы, — Мне
кажется, что я достаточно счастлив и без вдовы! И вообще, у меня уже есть невеста!
— Есть невеста⁈ — подпрыгнула на месте госпожа Барбара и быстро-быстро зашелестела
своим блокнотиком, — Кто такая? Из каких будет?
— Из прислуги! — с некоторой издёвкой заявил хозяин.
— Уф-ф! — госпожа Барбара с облегчением захлопнула блокнотик, — Это, считайте, нет
невесты… Кто же из приличных людей, в здравом уме, будет на прислуге жениться? С
какой-нибудь горничной можно только лишь… э-э-э… провести с приятностью время! Даже,
если жениться и изменить жене с горничной, это настоящей изменой не считается, так…
шалость! Самые строгие жёны на это сквозь пальцы смотрят… Да и девица эта ваша… надо
посмотреть ещё, что за финтифлюшка такая? Наверняка, вертихвостка! Кокетка и
ветреница!
Вот, зря она так… Следить за своими словами надо, когда с боевым генералом
разговариваешь…
— Что⁈ — взревел Фредерик Рей, подскакивая в кресле, и лицо его исказилось
бешенством, — Как ты обозвала мою избранницу⁈ Да я… тебя!..
И я увидела знакомые плазменные сполохи у него в руках. Ну, это я такая умная, благо